Денис Котик и царица крылатых лошадей - Зорич Александр - Страница 48

— Это точно. Во времена Колумба, например, — ввернул Денис.

— О Колумбе мне слыхивать не приходилось, — отмахнулся Густав. — Но уверен, что характер у него был получше, чем у ван дер Страхена.

— Пожалуй, да, — согласился Денис, а про себя подумал: "Кто его знает?"

— Ну так вот. Капитан Якоб ван дер Страхен был хвастуном и упрямцем. Он ходил в заморские плавания и хвастался, что во всем мире нет никого, кто умел бы лучше него управляться с каравеллами и галеонами. Однажды его король — а это был король страны под названием Гол-лан-ди-я, как вы уже догадались — попросил капитана сплавать в далекую страну Ин-ди-ю. Есть в вашем мире такая страна?

— Конечно есть, куда ж она денется, — подтвердил Максим.

— А чтобы попасть в Индию, каравелле ван дер Страхена нужно было обогнуть один опасный мыс, возле которого всегда ревели ветры и бушевали шторма. Каравелла капитана уже обогнула этот мыс, но тут разразилась буря и отбросила корабль далеко назад. Ведь, как вы знаете, в те времена люди еще не умели плавать на таких замечательных китах, как этот, а потому им приходилось полагаться только на паруса.

"Люди и сейчас не умеют плавать на китах", — хотел сказать Денис, но промолчал. Ему не хотелось ронять престиж своего родного мира в глазах жителя Архипелага — тем более такого образованного и благородного, как Густав фон Лютич.

Похоже, Максим и Влада пришли к тому же выводу. Ребята молча кивнули и Густав продолжал:

— Капитан снова попытался обогнуть мыс и снова налетел ураган, страшнее прежнего. Ураган был такой сильный, что ветер вырывал гвозди из палубы. У вас ведь бывают такие ураганы? — волк пытливо посмотрел на ребят.

— Б-бывают, — без особой уверенности в голосе подтвердила Влада.

— У вас опасный и жестокий мир, — сочувственно покачал головой Густав. — У нас, в Архипелаге, не случается ничего подобного… Разве что возле Порта Семи Штормов. Но вернемся к нашему капитану. Семь раз пытался он обойти этот роковой мыс. Само собой, семь раз бури и штормы препятствовали ему. Погода явно собиралась переупрямить упрямца. Добрый корабельный Кубеллан и матросы из команды умоляли его повернуть назад. Но капитан совершил ошибку: он поклялся самой страшной клятвой, что не повернет домой, не вернется в родной порт, но обязательно обогнет этот мыс, который он назвал Мысом Бурь, во что бы то ни стало.

— Как это? — переспросил Денис.

— А вот так. Якоб ван дер Страхен был готов положить всю свою жизнь на то, чтобы любым угодным образом, пусть даже при помощи колдовства, обуздать стихию и пройти против ветра в Ин-ди-ю. А стихия такого не прощает. И Якоб ван дер Страхен был проклят. Десятилетиями капитан вместе со своим галеоном скитался по морям, пока он сам и его матросы не превратились в скелеты, а галеон — в призрачную дырявую посудину с обвисшими парусами.

— Не очень-то понятно, — скептически скривился Максим. — И не очень-то похоже на правду.

— Если мои слова вызывают недоверие, я могу не рассказывать, — обиделся Густав.

— Продолжайте, очень интересно! — взмолилась Влада.

— В общем, все стали призраками — и капитан, и команда, и корабль. Кроме Кубеллана. Потому что он не человек, а корабельный. Этот призрачный корабль легко ходил против ветра, но по-прежнему какая-то невиданная сила отбрасывала его прочь от Мыса Бурь, стоило только Страхену попытаться обогнуть его в сотый или, скажем, в двухсотый раз. Но самым неприятным было то, что этот корабль-призрак, который в вашем мире прозвали "Летучим Голландцем"…

— Ой, как я раньше не догадалась! — всплеснула руками Влада. — Конечно же! Ребята, да ведь это же капитан "Летучего Голландца"! Собственной персоной!

— Так я рассказываю? — Густав недовольно покосился на Владу. — Или мы хором будем кричать "Летучий Голландец, Летучий Голландец!"?

— Тссс, — Денис прижал палец к губам.

— Так вот самым неприятным было то, что встреча с "Летучим Голландцем" приносила несчастье другим кораблям. Стоило повстречать корабль-призрак посреди моря-океана — и пиши-пропало! Матросы болели, корабли в тумане налетали на скалы, страдали от бурь и только немногим из них удавалось вернуться домой. Так корабль-призрак сделался смертельной опасностью для всех ваших мореходов. И пробыл ею довольно долго, потому что сила клятвы Якоба ван дер Страхена не ослабевала. Наш сварливый голландец встал всем морякам костью поперек горла. Но никто не знал, как с ним справиться, пока вести из вашего мира не добрались до Архипелага. Тогда несколько лучших наших волшебников отправились в экспедицию, которая вошла в историю как Большое Мореходное Приключение. В конце концов они отыскали "Летучего Голландца" и убедили упрямого Якоба ван дер Страхена отказаться от его гиблой затеи. Тем более, что другие корабли уже давным-давно научились огибать Мыс Бурь по новым правилам мореходного искусства.

— Как же волшебникам это удалось? Ведь капитан и сейчас кажется очень упрямым! А тогда, наверное, его вообще ни в чем нельзя было убедить? — спросил Максим.

— Разумеется, он был упрям, как сто ослов! Упрям настолько, что называл черное белым, а белое — черным. Наши волшебники тоже долго не могли ему ничего растолковать. Тем более, что поначалу он принял их за "морских чертей" и пытался продырявить своей шпагой. Но потом волшебники сыграли на его самолюбии. Они сказали, что в жизни не видели более отважного морехода и предложили ему найти своим талантам лучшее применение. Якоб ван Страхен согласился, его расколдовали и освободили от проклятия. После этого он, его матросы и верный Кубеллан были переправлены в Архипелаг. Вот такая история.

— Здорово, — улыбнулся Денис. — Наверное, капитан много мог бы порассказать интересного о своих скитаниях!

— Не то слово, — согласился Густав. — Но я бы не советовал задавать ему вопросы о его прошлом. Потому что болтливость капитана превосходит даже его упрямство. Все закончится плачевно: он проговорит без остановки часов двенадцать, а когда заметит, что вы заснули от скуки, ужасно разобидится и никогда больше не пустит вас на борт "Веселого Голландца".

ИСТОРИЯ ШЕСТАЯ. НОЧНОЕ НАПАДЕНИЕ

Денис лежал на мягкой перине и не первую минуту старательно убеждал себя, что уже спит.

Но сон все не шел.

Может быть, Густав на прощание подал хорошую мысль? Может, следовало отыскать капитана и напроситься на длинную историю о его морских похождениях, чтобы заснуть от скуки?

Но даже сейчас, когда полный событиями и знакомствами первый день в Архипелаге закончился, Денису было совсем-совсем не скучно!

Он переживал, размышлял и сомневался.

Денис переживал за своих родителей. Как им там приходится, в далекой, кишащей хищными зверями тайге? Может, им холодно? Может, они попали в беду?

Ему-то хорошо. Рядом с ним — его новые друзья. Вместе с ними плывет Берендей Кузьмич, который, конечно, и в обиду их не даст, и всегда разъяснит что к чему.

Вокруг происходит столько разного, что только успевай говорить "ух ты!". И весело, и в школу ходить не нужно, и обязанностей никаких.

А родители? Они там совсем одни, им приходится много работать, а спят они, наверное, в палатке, за брезентовыми стенами которой звенят комариные тучи…

Конечно, папа с мамой могут поговорить о том о сем, или почитать друг другу книгу вслух… Но если книга попадется неинтересная?

Или вот, скажем, что случится, если закончится провизия? Без провизии-то особо не повеселишься!

Еще Денис размышлял над тем, как интересно получается: то, что раньше казалось страшным, вблизи оказывается совсем не страшным. И наоборот. То, что кажется обыкновенным и привычным, вдруг пугает. Да так сильно, что и думать об этом не хочется.

Скажем, волки.

В отличие от собак, которых Денис любил, волки ему никогда не нравились. Ясно же, что волк — опасный разбойник. Волк может украсть овцу или задрать теленка. А стая волков опасна даже для человека!