Денис Котик и царица крылатых лошадей - Зорич Александр - Страница 59

— А это что? Сыр в чизбургере должен немножко свисать с котлетки, как одеяло с кровати. А у нас что получается? Сыр прячется под булку, как собака в будку! Это самая настоящая халтура! Так что принесите мне еще поролона, я сам выкрою сыр правильного размера!

Денису же досталась самая нудная работа — пришивать пуговицы к костюмам и вшивать змейки. Он исколол иголкой все пальцы, потерял три катушки ниток и вообще измучился.

Но он не роптал — на что только не согласишься ради общего дела?

Наконец наступил долгожданный день гуляния.

Жара, которая донимала ребят с самого утра, к вечеру пошла на спад. Застрекотали цикады. И Гуслярская поляна осветилась мягким светом фонариков, развешанных на вековых деревьях.

Вскоре прибыли гости. Как и обещал Данила, много было хрулей и волков.

Волки дружелюбно скалились и во весь голос восхищались понравившимися костюмами.

— Ты посмотри, какой зайчик! Ты только посмотри! Лапки беленькие, хвостик резвенький, ушки торчком и тельце такое… упитанное, — говорил один барон другому. — Пальчики оближешь! То есть, я хотел сказать, неземная красота!

Делегация змей-скоропей тоже оказалась довольно представительной. Вблизи скоропеи были вовсе не страшными. И даже довольно-таки величественными.

Денис приметил, что змеи-скоропеи — большие любительницы золотых украшений. На одной из них, особенно старой и морщинистой (а это была Мать-змея собственной персоной), золота было надето не меньше килограмма! Так Мать-змея и ползла по дорожке, сверкая проницательными зелеными глазищами и позвякивая десятком ожерелий.

— Скоропеи до чертиков боятся дурного глаза. Поэтому они и носят столько золота. А золото, как известно, отводит порчу, — пояснила Влада. — Это нам Данила рассказал.

А вот крылатых лошадей на празднике было совсем мало — всего четыре.

— Это потому, что у них сейчас траур, — прошептала всезнающая Влада, одетая наливной грушей с золотистым бочком. — Данила сказал, что приехали они в основном из вежливости. А еще потому, что им нужно поговорить с Берендеем с глазу на глаз. Между прочим, если ты посмотришь повнимательней, то увидишь, что на шее у каждой лошади — бубенчик. Это признак того, что все они очень знатные!

— По-моему, тебе не в Аптечкином посаде учиться надо, а в Следопытном! Все-то ты знаешь, — проворчал Денис.

Он завидовал осведомленности Влады. Надо же быть такой пронырливой!

Особенно он завидовал тому, как много она знает про лошадей. И даже почувствовал нечто вроде ревности.

Крылатые лошади просто ошеломили Дениса своей красотой и статностью. Столько силы и уверенности было в их движениях, когда они ступали к своим местам по красному ковру, раскатанному вдоль края Гуслярской поляны!

Какими умными и понимающими были их глаза! А могучие крылья так и вовсе делали их существами совершенно чудесными!

Как мало общего было между этими гордыми конями и теми понурыми, грустными лошадками, что катали детей в любимом Денисом парке…

И уж нисколечко не вязалась с обликом крылатых лошадей сама мысль о седле, подпруге или уздечке.

"Наверное, на них никто никогда не отваживался ездить. Потому что это — как ездить на облаке", — заключил Денис, когда лошади скрылись из виду.

Мало-помалу предпраздничный хаос уступил место порядку.

Гости заняли свои места на зрительских трибунах, гусляры тронули струны, а глашатай объявил начало маскарада:

— Ко всеобщему удовлетворению и душевному умилению, объявляю гуляние открытым! В первой части гуляния маскарад. Во второй — соревнование котов-архивариусов в хождении по цепи!

Зрители начали аплодировать и заулюлюкали. И начался маскарад, в котором принимали участие ученики всех пяти посадов.

Таланты ряженых оценивало специальное жюри, в которое, помимо Берендея и руководителей посадов, входили два хруля, один волк и позлащенная Мать-змея.

Главный приз покоился в хрустальном ларце, который стоял прямо перед Берендеем и светил так ярко, словно внутри у него был упрятан увесистый осколок Луны.

Поодаль, напротив Данилы-мастера стоял еще один ларец, поменьше. Но он вовсе не светился. Видимо, в том ларце лежал приз, предназначавшийся для самого проворного кота-архивариуса.

— Интересно, что там, во втором ларце? — спросила Влада.

— Ну… Может быть, палка сухой колбасы? Коты же любят колбасу, так?

— Нет, колбаса — это ужасно пошло! — осуждающе изрекла Влада.

— Зато питательно. А может быть, там просто валерьянка. Я бы на месте Берендея валерьянку туда положил бы. Видала, небось, как ее Базилеус, что в Шутиловом посаде архивариусом работает, лакает? Целыми пузырьками! Тут, оказывается, даже несколько сортов валерьянки делают. Вот, например, "Кошачья Особая", "Абсолютовка", "Мяучная".

— Никогда не думала, что ты такой неромантичный, — неодобрительно заключила Влада. — Я думаю, там во втором ларце какой-нибудь красивый кошачий ошейник, украшенный драгоценными камнями. Или, на худой конец, свежеизобретенный противоблошиный эликсир…

Не раз и не два Денис ловил алчные взоры, которые бросали в сторону обоих ларцов все, кому не лень. А особенно — ученики заезжих волшебников, званые на этот праздник жизни с других островов. Что же до Дениса, то для него самой лучшей наградой за все его труды было хотя бы разок подержать перстень-самосвет в руках.

Денис оказался совершенно прав, когда предостерегал товарищей от костюмов Бэтменов и Снежных Королев. Потому что и тех, и других на маскараде объявилось хоть отбавляй!

И то подумать: за несколько минут Денису, одетому в костюм пиццы с грибами, пришлось повстречаться с двумя Мальвинами, четырьмя Чебурашками и шестью Покемонами!

Впрочем, попадались и действительно оригинальные костюмы — хоть сразу неси их в музей.

Один мальчик из Аптечкина посада (Денис сразу узнал его, потому что сутулиться так сильно умел не каждый конек-горбунок) смастерил себе костюм парусного корабля. Так и ходил, с мачтами на голове, расталкивая кормой любопытствующих.

Другой, дылда из Шутилова посада, представился водонапорной башней. Молодчик из Следопытного изображал паровоз, причем из трубы, которая помещалась у него на спине, валил всамделишный черный дым!

А другой ученик из Следопытного смастерил костюм… песьеголовца. Люто оскаленная морда, набедренная повязка, на шее — ожерелье из черепов, вылепленных из гипса. Получилось настолько натурально, что в первый момент Денис едва сдержал в себе испуг (разве что побледнел немного) — слишком уж живо вспомнилась ему та кошмарная ночь на борту левиафан-каравеллы.

Но его чувства не укрылись от хозяина костюма песьеголовца, имя которого — Олег Шульга — Денис узнал многим позже. "Песьеголовец" подошел к Денису, положил руку ему на плечо и очень-очень натурально зарычал.

— Что, страшно? — злорадно спросил Шульга.

— Ни капельки, — стараясь казаться невозмутимым, ответил Денис.

— Так я тебе и поверил, малявка. У самого, небось, уже все штаны мокрые, — спесиво прокомментировал "песьеголовец" и удалился.

Денис вздохнул с облегчением и снова принялся разглядывать костюмы — благо, поглядеть было на что.

Девчонка из тех, что учились в Мастеровом посаде, и которая запомнилась Денису своим басовитым голосом, нарядилась оленем. А ее довольно упитанный друг по имени Вениамин — белкой.

Белка Вениамин агрессивно трясла пушистым хвостом и время от времени высоко подпрыгивала на месте, как будто кто-то тыкал ей в мягкие места острым шилом.

— Хороша белка, шестьдесят кило, — процедил Роман, красуясь костюмом вареника.

— А сам-то ты? Разве бывают такие брюзгливые вареники? — не удержался Денис.

Вокруг расхаживали неандертальцы с дубинами, римские легионеры с дротиками, европейские рыцари с мечами и египетские фараоны с курительницами, в которых дымились настоящие благовония.