Как принцесса из сказки - Коултер Кэтрин - Страница 49

Она снова пустилась бежать, пока не обогнула выступ и не глянула вверх. Она нашла выход! Очередная узкая тропинка вилась вверх, совсем как та, по которой она спустилась. Две мили до вершины? Три мили?

Стараясь ступать бесшумно, она почти взлетела по тропинке. Цеплялась за камни, кусты, лишь бы не упасть, зная, что они не увидят ее, пока сами не обогнут выступ.

Не убьют они Саймона. Он остался лежать в машине. Если за ним и присматривает кто-то, связаться с ним они не могут. Если только у них нет сотового. О Боже, пожалуйста, только не это! Наверняка они блефуют!

Лили споткнулась, увидела, как из-под подошв разлетелась галька и щебень, замерла на секунду и снова пустилась в путь. Она сама не поняла, как очутилась наверху, но продолжала бежать. Преследователи скоро поймут, куда она исчезла.

Скорее, скорее, нужно спешить. У нее все болело, болело отчаянно, но она думала о Саймоне, о его длинных волосах, концы которых загибались на затылке. И знала, что с ним ничего не может случиться. Она не позволит. И без того в ее жизни слишком много потерь, еще одну она не перенесет.

Лили зашла с дальней стороны кладбища, перелезла через железную ограду и метнулась к стоянке.

Клаксон больше не выл.

Она почти на месте. Вот он, их взятый напрокат автомобиль. Но где же Саймон?

Она распахнула дверцу со стороны водителя. Он распростерся на переднем сиденье, то ли без сознания, то ли мертвый.

— Саймон! Да очнись же, черт возьми! Приди в себя! Он застонал, сел и уставился на нее невидящими глазами.

— Саймон, это я, Лили. За нами гонятся двое. Я улизнула от них, но времени у нас мало. Подвинься, нам нужно выбраться отсюда. Я немедленно еду в тюрьму и попрошу лейтенанта Доббса запереть нас в свободной камере. Похоже, это единственное безопасное место на свете. И никаких адвокатов. Только лейтенант. Он может приносить нам еду. И позовем Диллона и Шерлок. Они все распутают, и мы сможем убраться отсюда ко всем чертям.

Не переставая тараторить, она толкала его на место пассажира.

— Все будет хорошо. Тебе ничего не придется делать, я сама поведу машину. А ты отдыхай.

— Нет, Лили, никуда ты не поедешь. И никогда. О, как хорошо она знала этот паточный голос!

Лили медленно обернулась и уставилась в глаза Шарлотты Фрейзер, целившейся в нее из пистолета.

— Ты доставила нам чересчур много неприятностей. Не реши я сама этим заняться, ты наверняка ускользнула бы от нас. Снова. Но я верю в счастливые числа, а «три» — счастливое для меня число. Выходи из машины, Лили. Немедленно.

Лили почему-то не удивилась. Значит, не Элкотт, а Шарлотта?

Она едва не улыбнулась. Шарлотта понятия не имеет, что и она вооружена. Интересно, неужели бывшая свекровь рискнет застрелить их здесь, посреди стоянки?

В глубине души Лили верила, что Шарлотта способна на все. Недаром по-прежнему гуляет на свободе, а мистер Монк уже несколько дней как мертв.

Но тут она заметила мужчин, бегущих навстречу. Значит, нужно действовать, и поскорее.

Она открыла дверь, подняла руку, прикрывая ею другую.

— Где Элкотт? — спросила она, пытаясь отвлечь Шарлотту хотя бы на миг. — И ваш чудесный сын, который так любит меня, что не может дождаться, пока похоронит? Случайно, не прячутся в кустах, ожидая ваших приказов?

— Не смей говорить о моих муже и сыне в таком…

Наконец-то!

Лили подняла пистолет и выстрелила.

В кабинет Савича ворвался взволнованный Олли.

— Поймали! Мы поймали знаменитого Энтони Карпелли, иначе говоря, Уилбура Райта! Он действительно отсиживался в Китти-Хок! Стоял на коленях перед памятником, а когда мы набросились на него, тут же скис и раскололся.

Савич был так погружен в свои мысли, что даже не понял сразу, что имеет в виду Олли. Ах да, тот главарь секты из Техаса, приказавший своим адептам убить шерифа и его помощников, канадец сицилийского происхождения, учившийся в университете Макгилла и с блеском защитивший диссертацию по микробиологии клеток.

— Садись, Олли, — вздохнул он. — Говоришь, стоял на коленях перед памятником? И что же, молился?

— Вероятно. Наши, вне себя от радости, что так легко удалось его сцапать, пошли пить пиво прямо в одиннадцать утра! Он у нас, Савич. Переправим паршивца в Техас, где, возможно, его и поджарят на электрическом стуле.

— А может, и нет. Помни, непосредственно он никого не убивал. У нас только показания женщины, затаившей на него злобу.

— Да. Очевидно, она будет выступать главным свидетелем со стороны обвинения. Кроме этого, мы схватили еще двоих людей Уилбура, тоже членов секты. Они считают, что все наконец прозреют и прижгут ему задницу. По крайней мере больше он никого не убьет. Черт возьми, Савич, ты должен быть счастлив. В конце концов, именно ты и твой «Макс» предсказали, что Райт появится в Китти-Хок.

Савич понял, что все его мысли занимает Тамми Таттл. Настолько, что он остался совершенно равнодушен к известию о поимке Райта. А ведь это победа. Настоящая победа! Недаром все так довольны.

Он вымученно улыбнулся Олли.

— Я очень рад. Кстати, «Макс» обнаружил еще шестнадцать убийств по всему юго-западному району Штатов, весьма похожих на работу Уилбура Райта. Так что можно связать их с убийством шерифа. Нужно как можно скорее сообщить местным представителям закона и начать действовать. Пусть Дейн Карвер этим займется. Кстати, советую показать Райта врачам. Пусть посмотрят, что с ним.

— Я и знать не хочу.

— А вот присяжные обязательно захотят. Повидайся с Дейном, рассмотрите другие случаи и только потом приступайте к допросу Уилбура.

— Знаешь, я взглянул на него поближе, Савич. Никогда не видел таких мертвых глаз. Как у дохлой рыбы. А я многое повидал на своем веку, У меня мороз по коже прошел. Интересно, что же он все-таки ими видит? Ничего, недолго ему осталось. Отправят в Техас с более чем достаточным количеством улик, чтобы поджарить его зад.

— Можешь побиться об заклад, что адвокаты опротестуют все попытки переправить его туда.

— Да. Предпочтут штат, где смертная казнь запрещена, но, если мы соберем улики, все протесты не имеют никакого значения.

— Мы молодцы, Олли, осталось только как следует все оформить. Думаю, Дейн не подкачает.

— Это точно.

Агент Олли Хэмиш подался вперед, зажимая руки коленями.

— Я всякого наслышался, Савич, насчет того, что случилось на Антигуа. Что там было?

Савич начал свое невеселое повествование.

— Теперь наши люди хотят узнать, каким искусством она обладает и на что способна. Местная полиция прочесывает аэропорт в Антигуа, пытаясь понять, как она ускользнула, допрашивает жителей, проверяет лодки и все частные рейсы, — докончил он.

— Но ведь у нее одна рука и рана до сих пор не зажила, верно? — спросил Олли.

— Это трудно сказать. Хирург сказал, что без антибиотиков она уже через неделю умерла бы. Инфекция. Но если она колола лекарства, значит, все прекрасно заживет. Она хорошо перенесла операцию. Я спросил доктора, видел ли кто-то ее там, где она не должна была быть? И не казалось ли кому, что на ее месте кто-то другой?

— А он вообще понял, что ты имеешь в виду?

— К сожалению, да. Вроде бы санитар сказал ему, что заметил, как Тамми поднялась и пошла в ванную сразу же после операции. Когда он решил проверить, в чем дело, оказалось, что она привязана к кровати. Никто ему не поверил. Но тут она сбежала, и никто не мог понять, как именно. Кстати, Олли, как Мария и Джош? Ему только исполнилось два, верно?

— Да. Бегает по всему дому, открывает каждый ящик, бьет посуду. Орет «нет» по пятьдесят раз в день и куда умнее, чем наш щенок, который надул на ту рубашку, что я собирался надеть сегодня утром.

Савич рассмеялся. Ну до чего же хорошо!

Он проводил Олли и снова повернулся к «Максу».

Ему позвонили через час, Тамми Таттл заметили в Бар-Харборе, штат Мэн, где агенты показывали ее фото по всему городу вместе со снимком Мэрилин. Местный владелец фотостудии позвонил в полицию по оставленному ими телефону и сказал, что она собирается вернуться за пленкой.