Необоснованные претензии - Коултер Кэтрин - Страница 66

— — Да, — ответила Элизабет, — Кое-что очень даже не так.

Теперь она вспомнила, и вспомнила очень даже отчетливо. В то утро, когда Тимоти был убит, он сломал браслет своих любимых часов. Она видела мысленным взором, как он открыл верхний ящик шкафа и вынул оттуда часы, которые она ему подарила, брюзжа, что вынужден их надеть.

До дня своей гибели он никогда их не надевал. А Кристиан Хантер сказал, что любовался этими часами. О Боже!

Элизабет покачала головой и вскочила на ноги. Она едва сознавала, что и Кэтрин, и Коги наблюдают за ней с обеспокоенными лицами. Ошибка. Конечно, тут явная ошибка. Кристиан просто помнил совсем другие часы.

Но кто-то дважды пытался ее убить. А она сказала ему, что не выйдет за него замуж, А потом появилась женщина, любовница Кристиана, — позвонила ей, чтобы предостеречь ее.

— Ради Бога, Элизабет, в чем дело? Она почувствовала руку Кэтрин на плече и стряхнула ее. Повернулась к Коги, глядя на него ненавидящими глазами.

— Пожалуйста, позвоните окружному прокурору. Я должна с ним поговорить сейчас же.

— Вы с ума сошли! — воскликнула Кэтрин.

— Может быть. Но, возможно, я впервые все увидела ясно. Позвоните Моретти, Коги.

Глава 23

— Лучше пусть эта новость будет хорошей…

— Садитесь, мистер Моретти.

— А что она здесь делает? — Он ткнул пальцем в сторону Кэтрин.

— Кэтрин.., мой друг.

Моретти рассмеялся, услышав такое заявление.

— Одна из Карлтонов? Дочь Тимоти Карлтона? И вы в этом уверены, леди? Может быть, она только притворяется. А может быть, и того лучше: может быть, как раз она-то и хочет вас угробить.

— Я знаю, кто убил моего мужа. Знаю, кто теперь пытается убить меня.

Эти слова привлекли внимание Кэтрин.

— Да? Значит, вы действуете много лучше полиции?

— Это доктор Кристиан Хантер. Моретти оцепенело уставился на нее, потом откинул голову назад и разразился утробным смехом — О, великолепная версия, миссис Карлтон. Он хлопнул себя по коленям.

— И в самом деле здорово! Но, пожалуйста, давайте обойдемся без этих бессмысленных движений. Если вы хотите скормить мне еще какую-нибудь чепуху, можете приехать ко мне на прием. Но испросите сначала моего согласия. Я — занятой человек.

Она не могла поверить своим ушам.

— И не хотите услышать, как мне стало все известно, мистер Моретти?

— Этот сопляк из Лиги Плюща лгал, стараясь вас спасти. Потом стал вашим любовником. Что же случилось после? Он вас бросил? И вы представляете себе именно так отмщение? Да?

— Нет, все дело в часах.

Кэтрин только смотрела на Элизабет во все глаза. Как ей удается оставаться такой спокойной? Боже, будь она на месте Элизабет, уж наверняка расцарапала бы морду этому идиоту копу.

— У вас было достаточно времени, чтобы выдумать хорошую историю. Готов пари держать, так и было. Ладно, миссис Карлтон, валяйте, выкладывайте, но поторопитесь. У меня есть дела поважнее.

— Почему бы вам не перестать валять дурака? — спросила Кэтрин, не в силах удержаться от колкости.

— Послушайте, вы, маленькая… Ну, рассказывайте, миссис Карлтон, мне надоело. Он уселся и вытащил сигару.

— Примерно два месяца назад доктор Хантер обедал здесь. Он обратил внимание на часы Коги и сказал, что всегда любовался ими, когда видел на руке моего мужа. Я подарила эти часы Коги после смерти мистера Карлтона.

— После его убийства…

— Да, после убийства. Я подарила часы Коги, потому что они ему нравились. И я об этом не вспомнила до недавнего времени. Видите ли, мистер Моретти, мой муж никогда не носил эти часы до того дня, когда он.., когда он умер. И тут я все вспомнила. Тимоти сломал браслет своих часов как раз в то утро. Ему не нравились часы, которые я ему подарила, но в то утро у него не было выбора, и ему пришлось их надеть.

Моретти изучал свои ногти и пыхал сигарой, пуская клубы дыма в сторону Элизабет.

— Доктор Хантер попросил меня выйти за него замуж, но я отказала. Вскоре после этого какой-то человек попытался сбить меня машиной. Потом произошло несчастье с Дрейком.

Моретти зевнул, потом выпустил облачко дыма вверх и смотрел, как оно расплывается у него над головой.

— Если до него дошло, что я могла вспомнить о часах, о том, что он мог их видеть только в день убийства… Хантер решил защитить себя. Разве я не права? Он должен был понять, что я рано или поздно заговорю об этом.

— Все лучше и лучше, — заметил Моретти.

— И еще эта женщина, которая позвонила мне. Она сказала, что доктор Хантер посещал ее время от времени, а точнее, что он снял здесь, в Нью-Йорке, квартиру для нее. Она боялась его и хотела предупредить меня.

Моретти выпрямился:

— Имя этой женщины?

— Она не назвалась.

«Но ведь Кристиан упомянул ее имя. Да, ее звали…»

— Сьюзен, — сказала Элизабет. — Ее звали Сьюзен.

— Когда же именно она вам звонила? В какое время дня?

— Не вполне ясно помню.., постойте, в среду утром. Кажется так, да, да, именно так.

— Это все?

— Коги может показать вам часы, — сказала Элизабет.

Моретти покачал головой.

— Нет, не сейчас. Сейчас мне пора идти, миссис Карлтон. Не высовывайте голову из окон, ладно?

— Вы шут гороховый, а не прокурор! — выкрикнула Кэтрин.

— А что касается вас, мисс Карлтон, почему бы вам не держать ваши ножки плотно сжатыми?

— Ах вы, тупой подонок!

— Нет, Кэтрин, — сказала Элизабет. — Пусть уходит. Ему наплевать.

Моретти, посвистывая, удалился. Кэтрин и Элизабет смотрели друг на друга.

— Что вы собираетесь предпринять? — спросила ее Кэтрин.

— Отправляйся домой, Кэтрин. Все будет хорошо.

— Не делайте глупостей, Элизабет! Ради Бога…

— Пожалуйста, Кэтрин, иди домой. Я тебе позвоню…

После ухода Кэтрин Элизабет осталась сидеть, безмолвная и неподвижная, как камень. Она взвешивала свои возможности. Ум ее был, как никогда, ясным, и в душе царило полное спокойствие. Вдруг она решительно направилась в свою спальню и упаковала саквояж. Больше одного, решила она, ей не потребуется.

Коги внимательно наблюдал за ней, а желваки на щеках Гэлэхера заходили ходуном.

— Вы не можете этого сделать! Полиция…

— Послушайте, Лайэм, — перебила она его, — полиция считает все это замечательной игрой, вроде игры в кошки-мышки. И мышка в этой игре — я. — Она рассказала им обоим о Кристиане Хантере. — ..Моретти все равно. Он считает, что я все это придумала. И главное, нет доказательств. Никаких. Коги, вы не помните, мистер Карлтон носил когда-нибудь эти часы до того, как они попали к вам?

Коги повесил голову.

— Я чувствовал себя виноватым за то, что восхищался ими. Я помню, как они отдали вещи мистера Карлтона, и мне захотелось иметь эти часы на память.

— Все в порядке, Коги.

— Я найму людей, чтобы защитить вас, — сказал Лайэм.

— Нет, это ни к чему. Коги, берегите часы — единственное, что у нас есть. А теперь слушайте меня внимательно.

В этот вечер в половине десятого все небо было густо обложено тучами, в воздухе ощущалось приближение дождя. Элизабет позвонила вниз Гэлэхеру.

— Проверьте, как там на улице, Лайэм. Смотрите внимательнее. Если никого поблизости нет, вызовите такси.

Тремя минутами позже Элизабет с саквояжем в руке, одетая в джинсы, тяжелый вязаный свитер и лыжную куртку, выскользнула из дома и села в ожидавшее ее такси.

— Вокзал “Гранд-Сентрал”, пожалуйста, — сказала она.

Она никому не сообщила, куда собирается ехать, лаже Коги и Лайэму Гэлэхеру. Сев на заднее сиденье, тотчас же осмотрела улицу в окно заднего вида. В Нью-Йорке всегда так много машин и в первую очередь такси. Она оглядывала улицу в поисках темно-синего седана. Ничего.

Ей хотелось расслабиться, но она была напряжена, как часовая пружина, когда шофер остановил машину перед вокзалом. Элизабет заплатила, потом ринулась в здание вокзала. Поезд “Амтрэк” до Филадельфии отправляется через двадцать минут.