Песня огня - Коултер Кэтрин - Страница 73

«Черт бы ее побрал!» — подумал де Моретон, и в то время как руки ласкали и гладили ее бедра, в голосе его прозвучала насмешка:

— Какая ты покорная, какая страстная, жена моя. Ты думала о нем, когда я был с тобой?

Он почувствовал, как тело ее сначала затрепетало, потом оцепенело, но не выпустил ее из объятий.

— Спи, Кассия. Я не позволю тебе вымыться. Мое семя останется в твоем лоне.

Наконец Грэлэм уснул сном до крайности утомленного человека, не чувствуя слез Кассии, орошавших плечо, на котором лежала ее головка.

Глава 27

«Я должна запомнить все, — думала Кассия, подняв голову и рассматривая высокие сводчатые потолки собора, — потому что однажды мне придется рассказывать своим внукам о том, что я присутствовала на коронации короля Эдуарда Первого Английского». Она с жадностью впитывала впечатления от увиденного. Особое впечатление на Кассию произвели окна с цветными стеклами. На всем лежал отпечаток религиозной торжественности. Священники в развевающихся одеждах, не менее красивых, чем наряды короля и королевы, читали по-латыни надлежащие молитвы; голоса их звучали негромко и почтительно. Кассия подалась вперед, когда Эдуард принял скипетр и корону. Церемония, как показалось Кассии, была окончена слишком быстро. Молодых короля и королеву Англии оттеснили куда-то, и все лорды и леди неспешно двинулись из аббатства. Кассия услышала, как Грэлэм вздохнул с облегчением. Она неуверенно подняла на него глаза, но он только кивнул ей и сказал:

— По крайней мере король вернулся домой. А теперь, Кассия, мы отбросим все, что связано с религиозной стороной дела, всю эту ненужную шелуху, и я представлю тебя королю Эдуарду и королеве Элинор.

Она выглядит прелестно, подумал Грэлэм, неосознанно сравнивая Кассию с другими благородными дамами, собравшимися в огромном нижнем зале Белой башни.

— Не будь такой благоговейно-торжественной, — тихо предупредил он ее. — А иначе все сочтут тебя неотесанной деревенщиной.

— Я стараюсь удержать в памяти всё, — ответила она серьезно.

— Не торопись, мы, безусловно, приедем в Лондон еще.

Она кивнула и заговорила прежде, чем он успел продолжить:

— Да, но ведь это коронация. И мы сможем рассказывать о ней внукам.

Ее рука стремительно поднялась, а потом в нерешительности замерла у рта, будто она ждала, что он снова начнет ее мучить.

— Я об этом не задумывался, — отозвался Грэлэм, и глаза его приняли дремотное выражение. — Пойдем, Кассия, я представлю тебя присутствующим.

После того как муж представил Кассию бесконечной череде придворных, она чувствовала себя странно, а рот ее будто одеревенел от столь долго удерживаемой на лице улыбки. Но она вопреки своим ожиданиям не испытывала ни малейшей робости. Грэлэм прекрасно разыгрывал роль нежного мужа, притворяясь, что ему приятно знакомить свою жену со всеми ними.

«Еще это ожерелье», — думала Кассия… Хотя ей было ненавистно чувствовать его тяжесть на шее, оно придавало ей вид роскошный и несколько экзотический и, как ни странно, вселяло в нее уверенность.

— Клянусь всеми святыми! Ты погляди, кто здесь! Кого пригласил герцог, Чандра! Лорд Грэлэм!

Кассия, подняла глаза и встретилась взглядом с веселыми глазами мужчины, пожалуй, самого красивого из всех, кого доводилось до сих пор видеть. Он был почти так же высок, как Грэлэм, широк в плечах и узок в бедрах и талии, с волосами цвета полированного золота. Лицо казалось слегка загоревшим, и овал его был безупречен. Рядом с ним стояла необычайно красивая леди, и вместе они выглядели идеальной парой. Внезапно Кассия осознала, сколь она тщедушна, безобразна и косноязычна; уверенность ее вмиг испарилась при виде столь неправдоподобно прекрасного создания с длинными золотыми волосами и безукоризненно женственной фигурой.

— Итак, вы и Чандра проделали столь долгое путешествие и прибыли из своих северных диких мест по случаю великого события, — приветствовал их Грэлэм, похлопывая мужчину по мускулистому плечу. — Чандра, — продолжал он, слегка понизив голос и пожимая ее руку, — как получается, что каждый раз, когда я встречаю вас, вы выглядите, все очаровательнее?

Чандра непринужденно рассмеялась:

— Это животное, Джервэл, в последний месяц не позволял мне тренироваться на стрельбище, чтобы я не позорила его при дворе своими синяками и царапинами.

«Стрельбище? О чем, — изумленно подумала Кассия, — она толкует?»

— Умоляю, Грэлэм, не верьте этим басням, — улыбнулся сэр Джервэл, легонько поглаживая плечо жены своими длинными пальцами.

— Единственное, что помешало ей заниматься любимым делом, — это рождение нашего сына четыре месяца назад.

— Полагаю, — сказал Грэлэм насмешливо, — вы и не подумали назвать парня Грэлэмом в честь меня?

— Не подумали, — отозвалась Чандра. — Его имя — Эдуард. Джервэл рассудил, что уж коли есть Эдуард в Лондоне, пусть будет и в Камбрии. У меня не оставалось выбора.

— К тому же она лежала на спине, слишком усталая, чтобы спорить со мной, — вмешался сэр Джервэл. Он понизил голос до многозначительного шепота:

— Конечно, я уже давно научился добиваться ее послушания.

Кассия недоуменно слушала их дружеское подтрунивание, желая, чтобы Грэлэм представил ее этим людям, и одновременно опасаясь показаться им дурой. Она чувствовала себя такой незначительной в их присутствии!

— Ожерелье! Боже мой, Грэлэм, я и забыла о нем! — воскликнула Чандра.

И тут, как показалось Кассии, муж наконец вспомнил о ее присутствии.

— Да, — сказал он весело, — это то самое, из лагеря Аль-Афдаль. А малышка, чью шейку оно украшает, моя жена Кассия.

Леди Чандра изумленно подняла брови, а ее синие глаза расширились.

— Боже, Джервэл, у нас с тобой появился сын, а Грэлэм обзавелся женой! Надеюсь, вы хоть дважды в день даете оплеуху этому негодяю. Наверняка он вас тиранит!

Услышав столь неожиданный совет, Кассия лишилась дара речи. Но леди Чандра продолжала открыто и дружелюбно улыбаться ей, и, попытавшись овладеть собой, Кассия пробормотала:

— Я полагаю, он не стал теперь большим тираном, чем был всегда.

— Кассия, — резко сказал Грэлэм, — это сэр Джервал де Вернон, а это его жена леди Чандра.

— Моя жена, — любезно обратился сэр Джервэл к Кассии, — всегда дает советы, которым не следует сама. Она так обожает меня, что мне стоит большого труда заставить ее подняться с колен…

Леди Чандра наградила мужа тычком под ребра:

— Ты негодяй и бессовестный лгун, милорд! Не обращайте на него внимания, Кассия. Он, как большинство мужчин, кудахчет, льстя своему тщеславию, и воображает, что ему все верят!

— Ха! — только и ответил лорд Джервэл.

Чандра никак не отозвалась на это и продолжала, обращаясь к Кассии:

— Грэлэм рассказывал вам о своих приключениях в Святой Земле? Кажется, это было так давно! А история ожерелья, которое вы носите… так любопытна. С ним было связано столько опасностей и приключений. Я не раз думала, что нам остается только прочитать последние в жизни молитвы!

— Чандра попыталась убить меня, зато потом спасла мою жалкую жизнь, — мрачно посетовал Грэлэм. — Но никакая история не выдержит повторения, особенно если рассказывать ее жене, которая…

Внезапно речь его пресеклась; потому что он и сам не знал, что собирался сказать, и испугался, что его горечь и разочарование прорвутся и будут замечены собеседниками.

— Ладно, — умиротворенно отозвалась леди Чандра, — я сама ей обо всем расскажу.

— Вы… вы пытались убить моего мужа? — спросила Кассия.

Она заметила, как глаза леди Чандры прищурились.

— Это было очень давно, — ответила она наконец, — и теперь уже не имеет никакого значения.

— Джервэл, Чандра, надолго вы останетесь в Лондоне?

— Еще неделю, не более, — ответил Джервэл, — Чандра приняла вызов короля Эдуарда и будет участвовать в состязаниях по стрельбе из лука. Боюсь, что мне остается только роль утешителя, который будет умерять ее дрожь.