Песня огня - Коултер Кэтрин - Страница 94

— Засада! — крикнул Рольф во всю силу легких, круто оборачиваясь в седле. Рука его уже выхватывала меч из ножен.

Всадники с безумным видом оглядывали узкую тропинку между глыбами скал, вздымавшихся высоко в небо.

Грэлэм, привыкший сохранять хладнокровие даже в самых безнадежных обстоятельствах, на секунду замерев, пытался трезво оценить положение. Потом он крикнул:

— Всем спешиться и укрыться под скалами! Этим мерзавцам придется выйти из засады, чтобы напасть на нас!

Рыцарь схватил Кассию, сорвав ее со спины Ромашки, и держал, стараясь закрыть своим телом. Между кольцами его лат угодила стрела, но не нанесла ему вреда. Он потянул Кассию в укрытие между могучими валунами и постарался спрятать ее поглубже.

— Ты должна свернуться клубочком и закутаться в плащ!

Кассия повиновалась; голова ее кружилась от страха. Разбойники! Она вздрогнула, услышав отчаянный крик лошади. Грэлэм оторвался от нее и остался стоять, прижимаясь спиной к камню. Рядом с ним так же как и он, скорчились Рольф и еще трое его людей.

— Нам надо выявить предводителя, — сказал Грэлэм жестко, — Джеймс, здесь между камнями небольшой просвет. Вон он! Как ты думаешь, сможешь протиснуться там? Посчитай, сколько их.

— Да, милорд, — отозвался Джеймс, стараясь скрыть страх и волнение.

Он был новым человеком на службе у лорда Грэлэма, и теперь ему предстояло показать, чего он стоит. Джеймс отодвинулся от господина, облизал внезапно пересохшие губы и протиснул в щель между камнями свое узкое стройное тело.

Кассия дрожала от ужаса. Особенно ее пугала внезапно наступившая тишина. Лошади успокоились, потому что противники перестали стрелять друг в друга. Кассия молилась, вспоминая все литании, какие помнила с детства.

Ожидание казалось бесконечным. Грэлэм не издавал ни звука, он напрягал слух в надежде уловить что-то важное. Послышался шелест, и Джеймс, скользнув в расселину, оказался рядом с Грэлэмом.

— Похоже, их предводитель — важный господин, — сказал Джеймс. — Он сидит на боевом коне. На нем сверкающие доспехи. Человек с ним рядом держит его штандарт. Это орел, милорд, с клювом красным, как кровь.

Грэлэм нахмурился. Память его воскресила нечто, рассказанное ему Кассией много месяцев назад.

— Замрите! Оставайтесь на месте вы все!

Он двинулся, как пантера на охоте, скользя под защитой камней и скал, пока не добрался до Кассии.

— Все в порядке, любовь моя, — торопливо заверил он жену, увидев ее бледное как полотно лицо. — Штандарт, Кассия, с изображением орла с красным клювом.

— Жоффрей, — прошептала она, не веря собственным ушам, — Не понимаю, Грэлэм. Это безумие.

— Знаю, — ответил рыцарь спокойно, — оставайся на месте и не двигайся. Обещаю тебе, что все будет хорошо.

Он торопливо поцеловал ее и исчез.

Под прикрытием скал рыцарь добрался почти до конца узкого прохода между валунами.

— Жоффрей! Жоффрей де Лэси! Покажись, жалкий неудачник!

При звуке своего имени, сорвавшегося с уст врага, Жоффрей вздрогнул. Один из его людей просил его не брать с собой штандарта, даже убеждал не надевать лат. Но он только посмеялся, и поступил по-своему. Теперь он хмурился в раздумье.

Если он и его люди ничего не предпримут, Грэлэм сможет ускользнуть под покровом темноты. Жоффрей закусил губу. Черт бы побрал эти нависающие скалы и утесы, прикрывающие людей Грэлэма от стрел! Почему никто из его болванов не сказал, что под ними можно укрыться?

— Твой отец породил безгласного труса! — крикнул Грэлэм. — Выйди и сразись со мной, гнусный сукин сын! Неужели отвага нужна тебе только, чтобы набивать брюхо пищей и переваривать ее?

Жоффрей издал яростный вопль:

— Иди ко мне, англичанин! Я покажу тебе, как сражается настоящий воин!

Грэлэм презрительно рассмеялся:

— Что, трус? Хочешь, чтобы твои люди перерезали мне глотку? Твоя склонность к предательству всем хорошо известна, ты, жалкий пес!

— Черт бы тебя побрал, английская свинья! Тебе не удастся завладеть моим добром.

Мгновение Грэлэм молча соображал: этот Жоффрей, очевидно, не знал о женитьбе Мориса, не знал, что между ним и Бельтером теперь стоит не он.

— Ты ревешь, как осел, Жоффрей! Возвращайся домой в свой замок, потому что это то, что будет твоим всегда. Морис женился снова, и Господь благословил его двумя здоровыми пасынками!

— Хороша сказочка! — завопил в ответ Жоффрей. — Я ничего не слышал об этом браке! Ты трус и лжец, англичанин!

Кассия больше не могла молчать:

— Это правда, Жоффрей. Клянусь тебе! Оставь нас в покое!

Жоффрей задумчиво жевал губу, чувствуя, что его одолевают сомнения и нерешительность. Это было настолько несправедливо, что он задрожал от негодования.

— Милорд, — пробормотал один из его людей, — возможно, это правда.

Жоффрей осыпал своего человека градом непристойных ругательств. Мысли мешались у него в голове, сменяя одна другую с лихорадочной быстротой. Наконец он улыбнулся.

— Кассия, — крикнул он, — выходи из укромного местечка и поговори со мной! Скажи мне в лицо, что хотела!

Грэлэм замер на месте.

— Кассия, назад! — крикнул он, предостерегая ее, но было уже поздно.

Его жена выбралась из-под скалы и, поднявшись во весь рост, оказалась на виду у солдат Жоффрея.

— Я здесь, Жоффрей! — крикнула Кассия своим ясным и звонким голосом. — Прекрати делать глупости. Если не хочешь мне верить, поезжай в Бельтер и познакомься с новой женой и детьми моего отца!

В этот момент Грэлэм решил, что непременно выдерет ее.

Не думая о собственной безопасности, он ринулся из укрытия и схватил жену. И тотчас же почувствовал, как жгучая боль пронзила его руку — стрела пробила кольчугу и угодила в предплечье. Грэлэм рванул Кассию и заставил встать на колени под прикрытие нависающего утеса.

— Маленькая дурочка, — проскрежетал он.

Но Кассия не обращала на него внимания. Она смотрела на стрелу, засевшую у него в предплечье.

— Спокойно, милорд, — сказала она, сама дивясь своей невозмутимости.

На мгновение Кассия закрыла глаза, набрала в грудь воздуха и взялась за толстое древко стрелы. Потом решительно рванула ее. Грэлэм не издал ни малейшего звука. Он видел, как Кассия подняла юбку и оторвала полосу ткани от своей рубашки. Тотчас же она быстро и ловко перевязала его рану.

— Не думай, что эта рана ослабила меня, жена. Ты ослушалась меня. Я выпорю тебя за неповиновение, потому что ты поставила под угрозу свою жизнь.

— Но я хотела спасти тебя от его предательства! Я знала, что кузен не осмелится сделать мне зло.

Ее взгляд упал на окровавленную стрелу, и она тотчас же поняла, что теперь ей вряд ли удастся убедить мужа.

— Вы правы, милорд, — сказала Кассия послушно. — Но что же нам делать теперь?

— Подождем, пока стемнеет, — ответил Грэлэм лаконично. — Тогда я доставлю себе удовольствие и убью этого дурака.

— Может быть, — начала Кассия, — если я выйду к ним… — Но под яростным взглядом мужа она проглотила недосказанную часть фразы.

Время тянулось медленно, и Кассию начала одолевать жажда. Грэлэм скользнул в сторону от нее и присоединился к своим людям, чтобы посовещаться с ними. Далеко за скалами садилось солнце, бросая свои косые лучи на выступающие утесы. И вдруг Кассия выпрямилась, не веря своим ушам. Нет, это и в самом деле была ее тетка Фелис! Разве могла она не узнать эти гневные вопли!

— Недоумок! — кричала Фелис своим неблагозвучным, как скрежет ржавых петель, голосом. — Тебе повезло, идиот, что один из твоих людей рассказал мне о твоем безумном плане! С каких это пор ты действуешь, не посоветовавшись со мной?

Кассия не расслышала ответа Жоффрея, но на какое-то мгновение ее даже охватила жалость к нему. Не дело, если мать унижает сына при его людях, при солдатах!

— Глупец, они сказали тебе правду! — вновь заскрежетала Фелис. — Черт возьми, Жоффрей! Я достаточно пролила слез из-за нас обоих, но теперь с этим покончено.

Кассия повернулась и увидела Грэлэма, скользнувшего к ней и оказавшегося рядом. На лице его сияла широкая улыбка.