Строптивая невеста - Коултер Кэтрин - Страница 44

— Молчи, молчи, глупая, — ответил Райдер и снова поцеловал Софию, однако она начала отчаянно сопротивляться, и он не стал настаивать, боясь причинить ей боль. Он просто стоял, крепко прижимая девушку к себе и ничего не говоря.

— Я плохо понимаю тебя, Райдер. Ты же так сильно ненавидел меня! Ты считал меня ужасной, гадкой женщиной, ты презирал меня, а теперь вдруг хочешь на мне жениться?

— Думай, что тебе нравится, Софи, — ответил, не глядя на девушку, Райдер. — Можешь считать, что я выполняю свой моральный долг. Или что меня замучили угрызения совести. Грэйсон сказал, что я сломал твою судьбу, и отчасти он прав. Кроме того, ты, возможно, станешь матерью моего ребенка. Прими во внимание эти соображения и добавь к ним риск быть повешенной. Молчишь? То-то же. Пойдем-ка лучше домой и не будем тратить время на споры.

София шагала рядом с Райдером, бессмысленно уставившись прямо перед собой. Она не могла поверить в то, что ее не очень-то счастливая жизнь скоро изменится, причем в лучшую сторону. Хотя в лучшую ли? Девушка посмотрела на профиль идущего рядом с ней мужчины — правильный, точеный, волевой. Этот человек сегодня станет ее мужем.

Глава 11

Священник, преподобный Джейкоб Мэферс, был маленьким, тощим, морщинистым стариком с ежиком седых волос, торчавших на макушке. Мистер Мэферс, разумеется, был в курсе местных пересудов, хотя, по правде сказать, никогда не сплетничал, а только слушал, особенно если в эту минуту в руке у него был бокал ромового пунша. И большей части услышанного он, как правило, не верил.

В течение двадцати лет священник находился в дружеских отношениях с Сэмюелем Грэйсоном, и поэтому, когда от управляющего Кимберли-холлом пришло приглашение на обед, он с радостью принял его. После обеда Грэйсон сообщил своему давнишнему другу, какие услуги от него требуются, и священник, особо не удивившись, вежливо улыбнулся и кивнул, выразив без слов свое согласие. Если об этом просит Сэмюель Грэйсон, значит, он считает такой шаг необходимым и не видит в бракосочетании ничего предосудительного. Райдер Шербрук как хозяин дома пригласил преподобного Мэферса остаться в Кимберли-холле до завтрашнего вечера, и это приглашение также было с радостью принято. Священник был хорошо осведомлен обо всем, что происходило в его приходе; не раз скандальная слава мисс Софии Стэнтон-Гревиль достигала его ушей. Не являлись для него секретом и действия судьи Шермана Коула, и, как никто другой, священник понимал или, во всяком случае, догадывался об истинных мотивах, которыми руководствовался судья; в конце концов, не входит ли в обязанности духовного лица умение разбираться в людских душах? Однако преподобный Мэферс не был чересчур любопытным и предпочитал не знать всех перипетий этой истории.

Церемония бракосочетания длилась недолго; все было заранее подготовлено и прошло замечательно, даже невеста, стоявшая с бледным и отсутствующим лицом и отвечавшая на вопросы едва слышным шепотом, не упала в обморок, чего священник сильно опасался. Жених, не в пример своей нареченной, держался с достоинством, как и подобало истинному английскому аристократу. Он стоял спокойно и прямо, говорил четко и внятно и если и испытывал ужас и страх, неудивительный для молодого человека, расстающегося навсегда со своей холостяцкой жизнью, то никто, в том числе и самый проницательный наблюдатель, ни за что бы об этом не догадался.

Райдер думал о Софии. Он понимал, что она согласилась выйти за него замуж, чтобы не оказаться на виселице, и только. Даже соображения будущего возможного материнства вряд ли заставили бы ее дать согласие на брак. И тем не менее Райдер был рад, что церемония состоялась. Внезапно он осознал, что хотел этого брака, и теперь был готов ради Софии на все.

В качестве мужа он постарается сделать все, чтобы из ее памяти изгладились неприятные воспоминания о тех мужчинах, которые встретились ей раньше. Райдер вспомнил о своих многочисленных связях с женщинами, о том, как он радовал их, радуясь вместе с ними, был счастлив, одаривая их своими ласками. И вот обстоятельства сложились таким образом, что теперь он навеки связал свою судьбу с девушкой, которая не только не стремилась к браку с ним, но дала свое согласие исключительно потому, что у нее не оказалось другого, лучшего выхода. Эта мысль наполнила сердце Райдера горечью. Какие сюрпризы преподносит жизнь! Разве он предполагал, что ему придется жениться вот так, наспех? И не в родной Англии, а на далеком, чужом острове?

Мысли невесты, так же как и мысли жениха, были грустными. Она с трудом дождалась конца брачной церемонии, все время с ужасом думая о том, что будет дальше. Хотя она и понимала, что Райдер берет ее в жены, желая вызволить из беды, она боялась своего будущего мужа. После венчания он получал полное право делать с ней все, что ему вздумается, София, конечно, боялась не побоев или грубого отношения со стороны мужа — Райдер явно не относился к тому типу мужчин, которые вымещают на жене злость с помощью кулаков, — она не могла смириться со страшной мыслью, что по закону он теперь становится собственником ее тела, ее тело будет принадлежать ему. И когда он захочет получить то, что причитается ему по праву? София боялась не только Райдера, но и судьи Шермана Коула и молила Бога о том, чтобы ничто не помешало ей и ее брату благополучно попасть на борт корабля и отплыть в Англию.

София вспомнила приготовления к свадьбе, примерки белого подвенечного платья, сшитого Коко за один день. Увидев этот девственный наряд, Райдер сказал:

— В этом платье ты будешь выглядеть непорочной девой, Софи.

Перед обедом он пришел к ней в спальню элегантно одетый и, осмотрев свою невесту с головы до ног, одобрительно заметил:

— Какая ты красивая, просто загляденье!

София в ответ на восхищение Райдера равнодушно пожала плечами и ответила:

— Прям уж красивая. Симпатичная, и все.

— Ничего подобного, — возразил он. — Именно красивая. Ты готова? Сначала состоится обед, а потом бракосочетание. Мне искренне жаль, что нельзя никого пригласить из Кэмил-холла, но мы не можем идти на такой риск.

— Зачем ты все это затеял, Райдер? Зачем?

— Не волнуйся, — успокоил невесту Райдер и предложил ей руку. Вдвоем они вышли из комнаты, спустились по широкой лестнице в холл и прошли в столовую.

За обедом не произошло ничего примечательного, а после трапезы священник приступил к совершению брачного обряда.

Райдер, видя волнение Софии, ласково прошептал ей на ухо:

— Не бойся, скоро все кончится. Ты должна довериться мне, слышишь? Я никогда не причиню тебе зла, девочка моя. Обещаю.

София отнеслась к его словам с явным недоверием. Какие странные речи! И как не похоже на самоуверенного Райдера! Вместо того чтобы торжествовать победу, он утешает и ободряет. Чудеса. Хорошо хоть Джереми выглядит довольным и радостным; Райдер без труда завоевал его любовь, мальчик относился к нему с восхищением и готов был слушаться во всем. Чудеса.

Когда церемония закончилась, Сэмюель подошел к новобрачной с поздравлениями. Он выглядел довольным и успокоенным. Прижав Софию к своей груди, он сказал:

— Теперь все образуется, моя дорогая. Значит, так было тебе суждено. Бог послал тебе мужа, и ты должна слушаться его и доверять ему. Твой муж, Софи, честный и благородный человек, поверь мне, старику, прожившему на этом свете долгий срок.

София посмотрела на Джереми, который весело смеялся над словами Райдера; мальчик буквально повис у него на шее и болтал без умолку. Внезапно и смех, и оживленные разговоры прекратились как по команде. Все присутствующие обратили свои взоры к двери: там стоял Шерман Коул собственной персоной.

— Какая приятная неожиданность, мистер Коул, — воскликнул Райдер. — Хотя вы и явились в этот дом без приглашения, милости прошу. Что вам угодно на сей раз?

Шерман Коул обвел взглядом собравшихся в гостиной людей. Увидев застывшую на месте Софию в подвенечном платье и стоявшего рядом с ней Сэмюеля Грэйсона, он спросил: