Рабы «Майкрософта» - Коупленд Дуглас - Страница 29

Я начал с полного этих слов экрана, и они растворились и потеряли свое значение, как это всегда происходит со словами, когда повторяешь их снова и снова, — как теряет смысл что угодно вне контекста. Как быстро мы можем войти в мир несущественного, используя такое простейшее действие, как умножение.

Суббота

Бедная или нет, жизнь снова стала кодировочным безумием, за исключением того, что теперь мы убиваемся для самих себя, а не для какой-то огромной компании, для которой мы равноценны бескровными статуэтками. Мы приступили к написанию кодов на следующий же день после прибытия. Код Майкла превосходен — отлаживать его одно удовольствие. Но их тут целая куча. Недостатка в работе у нас нет. И так много планирования, у всех нас есть поэтапные графики, приклеенные на стенах нашей будки.

И вновь работа придает нам утешающее ощущение нормальности: жизнь и работа внутри кодировочно предсказуемого сегментированного времени/пространства. Простое вкалывание в какой-то области придает жизни ощущение стабильности, несмотря на то что внешние условия жизни (такие, как наши счета, офис и так далее), мягко говоря, неопределенны.

Баг удивил нас своим неизвестным доселе талантом генерировать игровые идеи и кодировочные хитрости. Итен назвал его «мистер генератор неиспробованных идей». Он расцветает — в 32!

У Майкла более или менее отдельный офис, позади бара, окруженный звукоизолирующими перегородками. Он делит его с Итеном, который приезжает только дважды в день для «момента истины»: прежде всего утром поговорить с Майклом, а следующий раз после обеда — получить сводку новостей. Негативная сторона в офисе с закрытыми дверьми — это перенакопление кусочков мертвой кожи. С перхотью Итена пол выглядит, как город Вейл, штат Колорадо.

Не так редко Майкл закрывает себя внутри и с головой уходит в код. Мы называем это «закупоренное кодирование». Он всегда делает самую лучшую работу, именно когда шизеет. Никто не обижается, такой уж он есть.

Я спросил у мамы, что она знает о папиной работе с Майклом. Она ответила, что это Совершенно Секретно, но дала мне намек: у него все пальцы красные и болят по ночам.

— Не волнуйся, Дэн, он счастлив, и, пока не вмешиваются федералы, пусть все так и будет.

Вот сколько любопытства.

Сегодня попробовал смотреть на коллекцию маминых камней. Они продолжают озадачивать меня. Красота заключена лишь в глазах смотрящего.

Сегодня Тодд побил 400-разовый рекорд по отжиманию пресса на скамейке и отпраздновал это, приготовив всем по протеиновому напитку, но они отдавали запашком гниющего протеина. Мы прикинулись, что нам очень понравилось, а потом сгруппировались в команды для игры в пятнашки, чтобы забежать при этом в ванную и вылить их.

Я посмотрел на папины руки, они действительно раздраженные и красные.

Сьюзан встречается с каким-то парнем из «Интел», но не думаю, что у них получится, потому что корпоративная культура «Интел» такая странная.

— Они как борги, — говорит Сьюзан. — У них один общий ум. Прямо как в том научно-фантастическом фильме: когда один ребенок в деревне узнавал что-то, то и все остальные дети узнавали это одновременно с ним. Разум улья. Появляется такое чувство, будто играет действующая на подсознание кассета, говорящая: «Сопротивление бесполезно… ты ВСЕ РАВНО ассимилируешь…»

Тут Сьюзан помолчала и добавила:

— Чем больше я думаю об этом, тем больше понимаю, что это прямо-таки «Майкрософт». Вообще-то все огромные технические фирмы подобны «Майкрософту».

Ходили с Итеном перекусить в «Эмпайр-тэйп рум» на Эмерсон-стрит. Он сказал:

— В Долине нет центра в любом смысле этого слова. Никто за ней не следит, она симпатичная, однако это вакуум; царство с тысячью князей, но без царей.

Я знаю, о чем он говорит — дефицит творчества, бесцентровая скука жизни в Долине. То есть если хорошенько подумать, люди в Долине только работают и спят, работают и спят, работают и спят, и где-то по пути границы сна растушевываются. Словно существует тут коллективное решение вызвать немилость Божества. Это не отчаяние, просто они хотят «Чего-то Настоящего». Зверя.

А скупость в грошах! Договоры о неразглашении! Крайнее благосостояние генетических подарочных корзин с высоким «Ай-кью», выигранных в лотерее жизни! Я полагаю, что именно здесь и есть место рождения новой, постиндустриальной экономики, посреди призраков абрикосовых садов, шпинатных ферм и лошадиных ранчо; здесь, внутри научных парков, индустриальных областей и классных, покрытых листвою пригородов. Здесь, где сексуальные новые технологии задумываются, автоматизирование проектируются, разрабатываются, рождаются в воображении и моделируются — пост-машины, в одночасье делающие бессчетные миллионы людей ненужными. Пало-Альто скрытен для всех окружающих, но скрытность — это неизменное прикрытие для ДЕЙСТВИЯ.

Проработал до 3.30 утра. Прохладная ночь. Прогулялся по Ла-Креста. Так тихо. Я словно впал в медитацию. Я чувствовал, будто мой внутренний человек намного ближе к поверхности, чем бывает обычно. Приятное чувство. Для этого требуется тишина.

ИНЖЕНЕРЫ по ЖИДКОСТЯМ оставили включенным бассейный нагреватель слишком надолго, пары ХЛОРКИ поднялись над растительной жизнью планеты, и я ПРЕДСТАВИЛ, ЧТО МОЯ ПЛОТЬ находится в бассейне, ей тепло и спокойно, она чувствует ГРАВИТАЦИЮ, но может посмеяться над ней, плывя по поверхности. Ты бы поплавала сейчас со мной, если бы я попросил тебя, прыгнула бы ты в бассейн, забыв даже РАЗДЕТЬСЯ? Мог бы я раздетьтебя, выкинуть твою одежду, и могли бы мы вместе упасть в воду?

Меня это пугает.

Я не хочу потерять тебя. Я не могу вспомнить, чтобы когда-нибудь чувствовал это так сильно по поводу кого-нибудь или чего-нибудь.

ЭТО БЫЛО ТАК НЕОЖИДАННО, МОЯ ДУША СОЕДИНЕНА С ТОБОЙ.

Ты украла мое одиночество.

Никто не знает, что я мечтал, чтобы ты, воровка, вошла в мой автономный дом, что я уже закрыл свои двери, но окна были открыты в надежде, нет, в уверенности, что ТЫ войдешь.

Воскресенье

Майкл заставил нас посетить семинар «Интерактивная мультимедиа, дизайн продукции и 2000 год». Они проходили в месте под названием «Хайат» или что-то вроде того в Сан-Хосе. Майкл хотел, чтобы мы получили «хорошее общее представление об индустрии».

На следующий день после семинара, должен я добавить, Майкл купил всем нам в качестве вознаграждения игрушечных надувных «акул Сан-Хосе». (Акулы тут очень популярны. Похоже, я уже начинаю привязываться к ним.) Если мой гонорар за сданный продукт придет в этом году, то я куплю сезонные билеты на все игры в будущем. Не могу дождаться сезона.

Я послал по электронной почте свои записи Эйбу.

«29 шагов: мое посещение семинара по интерактивной мультимедиа»

Даниил Андервуд

Некоторые люди считают, что беспокойство неуверенности преодолевается с помощью интерактивности.

Люди, которые посещают «Мультимедийные Семинары», — это не те же самые люди, которые разрабатывают игры. Их рубашки отглажены, они носят новенькие кожаные атташе-кейсы, они безгранично серьезны и выглядят так, словно работают на самые великие и престижные компании. Пока весь этот антураж — всего лишь блеф, но достаточно скоро они «врубятся» и стянут «визионерами».

Все истории традиционно приходят к определенному концу (в отличие от жизни), вот почему мы любим фильмы и литературу — из-за этого чувства завершенности, — потому что они заканчиваются.