Рабы «Майкрософта» - Коупленд Дуглас - Страница 61

Мы подъехали к выезду с Сэнд-Хилл-роуд (месту нахождения страшного торгового дома рискованного капитала), что на запад от 28-й и выходит к загонам, дубам, конезаводческим фермам; мы припарковали машину и пошли мимо Еловой фермы (где эти деревья выращиваются специально для Рождества) к Циклонному забору, окружавшему Стэнфордский Линейный Ускоритель — строение, похожее на многомильную тыльную сторону сети магазинов «7-11»: алюминиевая наружная обшивка, окрашенная в цвет песчаника, и со вкусом оформленный ландшафт. Смотреть особо не на что, но, позвольте сказать, экстремальность форм действительно подразумевает экстремальность функций. И если ты не видишь смысла у здания, значит, внутри точно творится что-то страшное и соблазнительное. Ни одного человека. Стэнфорд.

Не стоит и говорить, что на колючей проволоке по всему периметру ускорителя были прибиты предупреждающие знаки Департамента энергетики в духе «ОТВАЛИ И СДОХНИ!». Итен сказал:

— Почему всегда получается так, что все, чем я искренне интересуюсь, помечено штампом со словами «Осторожно: Департамент энергетики США»?

Сегодняшний день был одним из тех, когда возможно все: голубое небо и пушистые облака, плавно текущие шоссе, вся растительная жизнь после трех дней дождя вышла на 24-часовой хлорофилловый пост. Все так живо! Два ястреба кружили на ветру у нас над головами, крылья застывают в недвижимом состоянии по десять минут (мы, конечно же, засекали), они охотились на мышей, сусликов и белок. Безмятежность.

А потом мы пошли в горы, в зелень, такую густую, пестревшую солнечными лучами; пробежали через маленький деревянный мостик — нам пришлось напомнить самим себе, что мы еще не умерли и не попали на небеса. Покинули мы это место с таким чувством, что жизнь воистину хороша.

На обратном пути мы проезжали мимо «Ксерокса», что на Койот-Хилл-роуд, и Багу подурнело, но самую малость. Он больше не свирепствует, когда представляет, что «Ксерокс» стал бы уже крупнейшей компанией на Земле, если бы только они поняли, что у них было в 1970-х.

После этого мы остановились у Стэнфордского торгового центра, чтобы охладиться и купить шорты. Находясь в окружении товаров таких торговых марок, как «Нойман Маркус», «Вильямсы и Сонома», «Нордик Трек» и «Крэбтри&Эвелин», мы стали обсуждать внутриатомные частицы. В Стэнфордской лаборатории выслеживают те магические частицы, которые и держат всю Вселенную. Есть одна частица, которую еще не обнаружили. Я спросил своих пассажиров, знает ли кто-нибудь, какая именно.

— Суперкварк, — ответил Майкл.

— Трубопроводная лента, — предположила Сьюзан, сердито глядя на Тодда.

Стэнфорд такой странный! Вот с какими наклейками на бамперах ездят здесь машины:

«Я • АНТАРКТИКУ», «Я • Виолончели» и «Каллиграфия • к буквам или стихам».

Этот день научил нас одной вещи: мы совместно решили, что должны уделять немного больше свободного времени для личностного развития и простого отдыха. Даже Итен признал эту необходимость, попросив нас, однако, делать это по очереди. Нам пришлось объяснять ему, что досуг, как и ум, невозможно измерить.

Все тут же позабыли о работе, но я отправился в офис немного поиграть с «Ооп!» на своей космической станции. Карла поехала в Сан-Франциско, чтобы помочь Лауре из «Интервала» покрасить ее квартиру в такой же желтый цвет, как «мустанг» Мэри Тейлор Мур с откидным верхом. Баг тоже собирался им помогать.

Около 1.30 ночи открылась дверь — я подумал, что это Карла, но это оказался Баг. Он сказал, что Карла с Лаурой отправились на вечеринку после того, как у них закончилась краска.

Баг вошел и сел в кресло в углу рядом со мной, и мы разговорились. Освещение было слабым: только несколько мониторов и огонек кофеварки. Баг сказал, даже не мне, а скорее себе:

— Я только что из ночного клуба в центре города, Дэн. Я чувствовал себя неуютно. Я не привык к ночным клубам и не люблю сигаретный дым или то, как люди позерствуют и лицемерят в клубах.

Тут я понял, что Баг приоделся для вечера, или, точнее, сделал попытку скоординировать свой гардероб. Кроме того, Дасти записала его к тренеру в спортзале, и теперь он уже не выглядит так, словно собран из остатков деталек из коробки с «Лего», как это было раньше. По этой же причине и мы с Карлой сейчас выглядим лучше и подтянутее. Спортзал.

— Ну, короче, — продолжил Баг, — там с потолка свисала какая-то штука, типа картины в рамочке — часть клубного декора; и мне показалось, что я смотрю в зеркало, поэтому я протянул руку, чтобы поправить волосы, и, конечно же, мое отражение с другой стороны сделало то же самое. А потом вдруг я понял, мы поняли, в один и тот же момент, что мы — два разных человека, и оба воскликнули: «Ой!»

— И?…

— И я понял, что в принципе возможно, хотя на очень короткий момент и помимо своей воли, стать другим человеком или быть наделенным другим телом в мгновение ока. Это называется «вторжение в тело»? Карла должна знать.

Тут наступила молчаливая пауза, только жужжали компьютеры, звякнула чья-то система при получении электронного сообщения. Баг продолжил:

— Вот так я встретил Джереми.

— Ну, я рад за тебя.

— Это не любовь, — добавил он спешно. — Но мы с ним договорились встретиться опять. Но скажи мне, Даниил, я же знал тебя до того, как ты познакомился с Карлой. Ты когда-нибудь думал, что тебя любовь никогда не посетит?

— И очень часто.

— А когда это случилось, что ты почувствовал?

— Счастье. А потом я испугался, что она исчезнет так же быстро, как и появилась. Что это случайность, что я ее не заслуживаю. Это как авария очень, очень шикарного автомобиля, которая никогда не заканчивается.

— А как ты сейчас?

Я подумал:

— Наверное, доля страха уходит. Не знаю, что придет на его место. Но любовь не прошла, нет.

Баг выглядел озадаченным и счастливым, но в то же время немного печальным. Он сказал:

— Раньше меня очень волновало мнение других людей о том, как я провожу свою жизнь. Но недавно я понял, что большинство людей слишком заняты своими собственными жизнями, чтобы уделять кому-то еще даже скуднейшую мысль.

Он взглянул на меня:

— О, я не имею в виду вас с Карлой и остальную команду. А людей вообще. Свою семью в Айдахо. Кер д'Алин. Прекраснейшее место на Земле, но поверь мне, Дэн, там так трудно быть не таким, как все.

Как это обычно бывает в нашем офисе, он начал теребить кирпичики «Лего».

— Такое начинается смолоду, ты пытаешься не отличаться от других, чтобы выжить, стараешься быть таким, как все, анонимность переходит на уровень рефлексов. А потом ты просыпаешься однажды утром и понимаешь, что стал всеми теми другими людьми — другими, кем ты не являешься. И думаешь, сможешь ли ты когда-нибудь стать тем, кто ты на самом деле. Или беспокоишься, не слишком ли поздно об этом задумываться.

Я понятия не имел, что ответить. Поэтому просто слушал, а это зачастую самая лучшая идея. Я понял, что Баг проделал весь этот путь из Сан-Франциско, просто чтобы найти человека, которому он смог бы все это рассказать.

— Короче, я никогда не говорю о себе, да вы никогда и не спрашиваете, что я, впрочем, всегда уважал. Но иногда наступает такой момент, когда ты либо говоришь, либо лишаешься того, что грядет.

Он встал.

— Я еду назад, на Полуостров. Домой. Мне просто хотелось с кем-то поговорить.

Я сказал:

— Удачи тебе, Баг, — а он мне подмигнул.

О Боже!

Вторник

День кодирования. Ощущение почему-то очень майкрософтовское.

В полдень Карла с мамой пошли выгуливать Мисти и вернулись в совершенно коматозном состоянии от скуки. Я никогда не видел двух людей с большей несовместимостью. Я просто не понимаю, как я могу так сильно любить двоих людей, которые друг к другу совершенно равнодушны.