Иначе не выжить - Ковалев Анатолий Евгеньевич - Страница 88

– Ну, и?.. – проскрипел Лось.

– Приехал в город по просьбе Пита. План вашего исчезновения – это тоже выдумка Криворотого. Пит вынашивал планы, как подмять под себя нашу организацию с помощью Шаталина. На самом деле в Америке Клейнер занимается бизнесом, но обороты невелики. Он рассчитывал на ваши деньги, на то, что вы согласитесь вложить капитал в его дело. Потому и принял предложение Пита приехать.

– Пит знает, что Клейнер до сих пор в городе?

– Нет. Они попрощались в среду. Клейнер сообщил Криворотому, что сделка сорвалась. Тот пожелал американскому бизнесмену счастливого пути.

– Он не мог проверить, улетел Клейнер в Москву или нет?

– Мы подстраховались и на этот случай, отправили в Москву человека по документам Клейнера, но, похоже, Пит не очень-то беспокоился о судьбе своего друга. На него, видать, навалились дела поважнее.

– Вы там не слишком переусердствовали с американцем?

– Что вы, Георгий Михайлович! – всеми зубами улыбнулся чернобородый. – Он даже рад. Мы перевезли его в шикарную гостиницу, приставили личную охрану.

Вы навестите его?

– Не сегодня, – подумав, решил Лось. – Ты нашел замену?

– Да, – весело ответил бородач. –Хотите взглянуть? Босс поморщился, махнул рукой и, откинув голову назад, проговорил еле слышно:

– С меня на сегодня хватит!

Сегодняшняя сделка с Поликарпом ему обошлась дорого – в несколько бессонных ночей. Он не представлял себе, как пожмет руку гробовщику, как сможет унизиться, дойти до такого. Он всегда воспринимал Карпиди как большую смердящую помойку, позорящую го-род, но необходимую ему. И вот ему самому пришлось покопаться в этой помойке, залезть с головой в дерьмо, как последнему грязному бомжу, ищущему пропитание в мусорном ящике. После сегодняшнего рукопожатия ему уже никогда не отмыться, да он и не собирается вылезти чистеньким из дерьма!

Шаталин, сам того не сознавая, усугубил ситуацию. Лось еще на юбилее Сани понял, что мэр поставил на молодого предпринимателя, и был отчасти этому рад. Шаталин нравился боссу. При таком раскладе он надеялся незаметно уйти со сцены. Теперь же, после отказа Шаталина занять его место, игра пошла вслепую, и каждый день до начала предвыборной кампании мог стать роковым.

Он усилил охрану. Он отправил свою старуху к родственникам в Одессу.

Там ее надежно спрячут, чуть ли не в катакомбы! Но он прекрасно понимал, что любые меры могут оказаться недостаточными. Он велел своим людям задержать Потапова-Клейнера в городе и не выпускать до тех пор, пока тот не понадобится ему. А что понадобится – это уже Лось решил для себя окончательно.

Он пошел на сговор с мэром, чтобы обезопасить свой уход. Пошел, вполне отдавая себе отчет, что апофеозом этого сговора станет рукопожатие с гробовщиком. И все-таки пошел, превозмогая ненависть и омерзение. «Так надо, чтобы выжить», – эта фраза стала для него девизом в последние дни.

Он всегда тяжело переживал разлуку с женой. В старости привязанность к любимому человеку приобретает патологический характер и разлука с ним, даже самая кратковременная, кажется фатальной – разлукой навсегда.

Он сказал жене на прощание: «До встречи в Америке!» «Скорей бы», – грустно ответила она.

Не поднимая усталых век, не отрывая от спинки сиденья налитой свинцом головы, он приказал бородачу, наполнив салон БМВ скрипом своего голоса:

– Предупреди Клейнера, что завтра свершится. Операцию назначаю на пять утра. И чтобы никаких проколов!

– Георгий Михайлович! – взмолился тот. Приказ босса явно застал его врасплох. – А что будет со мной?

– В каком смысле?

– Я что, так и останусь в заместителях у Шаталина?

– Что тебя не устраивает? Шаталин ничего не должен знать об операции.

Все останутся на своих местах. Нового босса изберет совещание.

– Неужели мне ничего не причитается за работу? – Улыбка исчезла с лица бородача.

– Не гони лошадей, Миша. Потерпи до совещания. Недолго осталось…

И снова утро началось с оглушительного телефонного звонка, как неделю назад, как во вторник…

– Бог любит троицу, – не очнувшись ото сна, прошептал Саня.

Как и неделю назад, как и во вторник, звонил Пит.

– Ты совсем охренел, Петька!

– Ночью надо спать, а не развлекаться с дамочками! Все про тебя знаю, Санек! Не ожидал, что какая-то актрисочка сможет так тебя увлечь!

– Иди к черту!

– Моя агентура славно поработала! Имя, фамилия, год рождения, – продолжал веселиться Криворотый.

«А я до сих пор ничего этого не знаю!» – больно отозвалось внутри у Шаталина. Он проснулся окончательно. Посмотрел на кровать. Девушка, по обыкновению, накрылась с головой.

– Че тебе надо? – задиристо крикнул он в трубку.

– Ладно, не дрейфь! Шантажировать тебя не собираюсь! Звоню совсем по другому поводу. Хочу поздравить с избавленьицем.

– С каким избавленьицем? – не понял Саня.

– А сам не догадываешься?

– Дочь Овчинникова?

– Молодец!

– Ее больше нет?

– Умничка!

– Ты все-таки выполнил задание Поликарпа, – ухмыльнулся Саня.

– Не болтай чепухи! А лучше буди свою актрисочку, чтобы она сварила тебе кофе покрепче, и валяй ко мне. У меня сегодня огромная развлекательная программа. Во-первых, посмотрим кино. Этот сука охранник в доме Овчинникова оказался ушлым парнем. Заснял наши рожи на пленку. Так что вспомним молодость, Санек. Ты, кстати, получился замечательно! Ну, а у меня – сам знаешь – морда нефотогеничная! А во-вторых, есть что обсудить. Как говорится, заглянем в прошлое и потолкуем о будущем.

– Хорошо, – еле выдавил из себя Шаталин.

– Знаешь, как добраться до моего загородного дома?

– Найду.

– Ладушки!

Когда Саня повесил трубку, она уже сидела на кровати и затравленно глядела на него.

– Что с Настей?

Он уже знал, что сейчас будет. Утро у них обычно начиналось с истерики. Истерика переходила в безудержный любовный вихрь. Потом они говорили друг другу кучу нежных слов, но времени всегда не хватало – он опаздывал на работу. А когда возвращался домой, все начиналось снова, как по писаному.

Но сегодня произошли изменения в сценарии. Она не закричала, слезы не брызнули, ему в голову не полетели тяжелые предметы.

– Я сразу поняла, что судить ее за убийство не будут.

– Некому судить, – пробурчал в ответ Саня и закурил.

– Ты поедешь к нему?

– Да.

– Зачем тебе это надо?

– Он что-то разузнал про тебя. Надо выяснить.

– Вторая кассета у него?

– Да.

– Так я и знала.

Видеокассета не давала ей покоя с того момента, как она узнала об аресте подруги. У нее были ключи от Настиной квартиры, и она знала о тайнике, но Шаталин ее не пускал. «За квартирой наверняка следят», – предполагал он.

«Но, если кассета окажется в руках милиции, ты пропал!» – «А если в руках милиции окажемся мы?» – «Тебе помогут выкарабкаться!» – «А тебе?»

В конце концов девушка настояла на своем, и вчера вечером они отправились на проспект Мира.

Он не вошел в квартиру, вжавшись в дверь.

– Что с тобой? – спросила она.

– Не понимаешь?

– Нет.

– Начинается приступ. Эти стены не принимают меня. Давай побыстрей!

Но задерживаться не пришлось. Тайник был кем-то вскрыт…

– Я сварю тебе кофе, – последовала она совету Криворотого. Встала, набросила легкий халатик и спустилась на кухню. Она привезла из общежития все свои вещи. Окончательно перебралась к нему. «Ты меня больше не презираешь?» – «Я не могу без тебя жить!»

Саня остался в спальне, поставив перед собой телефон. Он не понимал, что происходило вокруг него в последние дни, а что-то происходило. О нем будто забыли. «Отец» явно избегал встречи с ним. Впрочем, он и сам не жаждал столкновения с Лосем после разговора во вторник «У Сэма». Еще более странные дела творились с его замом. Миша всю неделю провалялся на больничном, а между тем один из сотрудников фирмы видел его выходящим из дорогой гостиницы, другой сотрудник рассказывал и вовсе небылицы: Миша вчера приехал в клуб в машине босса. Сотрудники сообщали все новые и новые подробности, совсем маловероятные, они явно наушничали, чернили бородача, чтобы низвергнуть того с пьедестала, чтобы самим поскорее подняться на ступеньку выше.