Мы из Кронштадта, подотдел очистки коммунхоза (Часть 2) [СИ] (Прода от 28.01.2013) - Берг Николай - Страница 137

По-прежнему паршивая ситуация была со жратвой — еды было мало, даже очень мало, впереди была зима, а в день на пару десятков человек требовалось самое малое двадцать кило еды. А в неделю — сто пятьдесят. А в месяц — шестьсот. Жиры, белки, углеводы. И раздобыть такое посреди глухоманных новгородских лесов было очень и очень непросто. Потому эта фура оказалась очень к месту — из чертового вискаса варили «щи» — на крапиве и с добавкой нищенской — для запаха только — горстки какой-нибудь крупы. Рабыни, тем не менее лопали — огородные работы на свежем воздухе способствовали развитию аппетита. Пару раз и Витя кушал эту хряпу прилюдно — для поддержания боевого духа у подчиненных. Не так уж и мерзко, если ничего другого нет. Теперь — с перетащенной фурой можно было рассчитывать, что зиму точно пережить удастся. Это уже Верка успела подсчитать. Тем не менее Витя отлично понимал, что лучше было бы вместо кошачьих консервов найти все-таки человеческую жратву в достаточном количестве, а для этого надо ездить, вышибать мертвяков, чистить деревушки и обыскивать машины. В принципе это его не слишком огорчало, ему как раз такая работа нравилась, да и бабы-рабыни смотрели на него как на вооруженного героя кинобоевиков, причем одновременно и хорошего и плохого и злого. В общем, почти боготворили. Из них так ни одной и не оказалось, которая смогла бы не только таскать оружие, но и пользоваться им — тут в голову Вите не раз приходило, что может быть как раз по такому признаку их в рабство и отбирали. Это с одной стороны было хорошо, с другой — получалось, что на всю деревню только он один — стрелок. И в этом плане можно рассчитывать только на себя и никак иначе. Что с одной стороны почетно, с другой — тяжеловато. Валентин, хоть и был мужиком формально, но к своей берданке-фроловке относился непочтительно, ружо его висело в темном углу гаража, зарастало паутиной. Так что стрелок в деревне один, он же первый парень на деревне.

Не меньшей проблемой было и то, что патронов было маловато. Нет, пока еще хватало, но прикинув предстоящие чистки, получалось, что — маловато. Если без экивоков — катастрофически мало. Как-то не рассчитывал до Зомбокалипсиса Виктор, что стрелять так много придется. Вот сейчас, аккуратно ведя громыхающий натужно трактор с фурой на прицепе, стал вспоминать — а к чему готовился-то? Патрончики хомячил, но все это старое хомячество выглядело сейчас страшно убогим и мелким, мышиной возней даже, не хомяченьем. Да вообще-то, если честно признаться самому себе — готовился не к чему-то конкретному, а вообще. Вот этого вообще и не получилось. Потому мелкие удачи старого времени, когда удавалось притараканить полста патронов, удачно провернув подлог с припиской — сейчас казались несерьезным маьчишеством. Хотя — и тут Виктора словно осенним ветерком обдуло вдоль спины — корячится впереди такое времечко — годика через два, например — когда эти пятьдесят патронов будут таким сокровищем, что и мелкий подлог покажется героическим действом. Пока трофеев получалось меньше, чем расходов. Разгром той же банды дал патронов меньше, чем потратили Ира с Верой. Тут Виктор поморщился, вспомнив, как сам щедро поливал очередями из пулемета, завалив всего двух человек — подлеца со снайперским карабином и семью патронами к этому роскошному карабину, (а еще два патрона осталось на развод, только толку-то с них), да почти удравшую суку-бабу сбил с мотоцикла — у той патронов было аж четыре штуки, как потом доложила Ирка. Штуки — в смысле единицы, не тысячи. А извел два диска, 94 винтовочных гвоздя. Так что и сам хорош гусь, самокритично отметил водитель трактора.

К тому же часть захваченных боеприпасов была вообще к такому оружию, которого в запасе не было. Толку-то от маслят, если к ним нет волын. Чистка Борков с разменом патронов на харчи — по сути была сплошными убытками. Патроны сожгли, харчи съели. Теперь Витя скорее разделял мнение своей супружницы — та самая роскошная двустволка «Перде», подобранная с восторгом на вымершей дороге, хоть и висела на почетном месте в спальне на ковре, но без патронов как-то очень быстро стала скорее деталью интерьера, к которому Витя всегда был спокоен, чем легендарным оружием. Зашкваренная драная вертикалка из которой мусорными патронами Витя укладывал медленных сонных упырей в его глазах сейчас была куда как более ценной. А «Перде»… Что самое паршивое — то же несение убытков ожидалось и дальше по ходу дела. Никаких военных складов в окрестностях не было, те части, что тут раньше несли службу при Горбачеве в угоду противнику ликвидировали. Потому надо было дотянуть до зимы, когда теплолюбивые зомбаки попримерзнут и во всяком случае не будут так опасны…

Тут Витя опять же сам себя перебил, тревожно прикинув, сколько снега будет на дорогах — и можно ли будет хотя бы на тракторе проехать. Потом совершенно не к месту подумалось, что зомбаки вполне могут зиму пережить, отлежавшись под снегом на манер зимующих барсуков и медведей. И наконец самое кислое — складов с оружием и боеприпасами никак больше не станет. И что с зимы будет толкового? Разве что поздней осенью мяса можно будет поесть — свиней придется забивать, нечем их кормить, вискаса только на людей и хватит. Или уменьшить число едоков? Мысль, конечно паскудная, но и такую думать надо, потому как придется рассматривать все варианты дальнейшего бытия. В конце концов для выживания любые методы годятся. Весь вопрос в цене.

За прошедшее время Витя узнал всех этих своих соседок и по имени и в лицо. Близко не сходился, держал дистанцию. Уже немножко чувствовал себя бароном, но не слишком это показывал, вот Вера — та уже вошла в роль и не стеснялась ни капли. Ну женщины они такие, им только волю дай, они тут же такое устроят — привычно подумал Виктор. Да и опять же вряд ли Вере интересно, чтобы кто-то устроил ей так же как она сама Ирке подстроила абшид. Вера будет бдить — хмыкнул Витя. Впрочем трахать всех этих баб по очереди он был не готов. Ну разве что если Вера начнет ему на мозоли наступать. Придется на место ее ставить. Но это все потом, не суть важно. После пропажи Ирины накал страстей уменьшился резко, да и некогда было лирику разводить. Патронов бы побольше, чтобы не трястись так над каждым. Но патронов много не бывает, это-то Виктор помнил четко и был полностью согласен со своими коллегами из той, дозомбиной жизни, когда работал в оружейном магазине. Патронов может быть или совсем мало или мало, но больше не унести — этот постулат Виктор помнил железно. Интересно, как у коллег дела сложились? Николаич был мужик — жох, выкручивался из любой ситуации как скользкий угорь. Серега — стрелок от бога, да и Андрей не хуже, если не лучше. Несколько раз за прошедшее время Витя самую малость жалел, что тогда так необдуманно рванул из города. Самую малость и всего несколько раз. То, что крупные города моментально стали колоссальными могильниками только подтверждало правильность сделанного тогда выбора. И пробки успел проскочить, ясно же, что уже через пару часов и въезды и выезды были забиты наглухо. Палец не просунешь. Это амеры дисциплинированные — Витя мрачно улыбнулся, вспомнив виденное по телику кино с зомбями, где шериф, бывший главным героем, одиноко ехал по пустой дороге в город, а вот все полосы, ведущие из города были битком забиты брошенными автомобилями. Не, для кино оно конечно получился хороший образ, впечатляющий. А на деле наверное бы и амеры валили из города по всем полосам, а не так законопослушно. Наши люди точно бы болт на правила забили. Причем сразу. И без Катастрофы-то забивали постоянно. Мысль крутанулась вокруг того самого шерифа и Виктор поморщился. Тупой шериф ровно так же поступил у себя в участке, забирая оружие и боеприпасы, как поступил Витя в магазине. Набрал зачем-то кучу стволов, отчего стал сразу малоподвижным, с таким-то грузом в сумке, а вот патронов не запас. И Витя ровно так же поступил, отчего сейчас было стыдно, перед самим собой-то не попритворяешься. Очень стыдно. Зачем было брать пятую часть стволов, выбрав в основном ружья 12 калибра? Ну себе ружье, Ирке ружье, пару в запас. А остальные зачем? Шесть двустволок!!! Одинаковых!!! Совершенно бесполезный груз. Так смазанные и лежат, а на дело он брал замурзанную вертикалку из трофейных. Кстати, а почему? — подумалось Витьке. Куда он те-то двустволки бережет? Солить их что ли?