Мы из Кронштадта, подотдел очистки коммунхоза (Часть 2) [СИ] (Прода от 28.01.2013) - Берг Николай - Страница 149

База у казаков имеет довольно стандартный вид, насмотрелся уже на эту новодельную готику — стены периметра из бетонных плит, щедро намотанная колючка с повисшими на ней лохмотьями одежды и привешенными гроздьями пустых консервных банок, огневые точки, перекрывающие сектора обстрела и защищенные мешками с песком, только вот тут еще по периметру нагорожено бетонных блоков везде, где может проехать грузовик. Колонна наша потому задерживается и просачивается зигзагообразным маневром через эти препятствия. До меня доходит, что ребята опасаются, что шахид-такси с грузом взрывчатки может пойти на таран. Да, это новенькое, у нас такого нету.

Людей на базе довольно много, но мне хочется познакомиься с коллегой, который тут при боевом отряде. Я понимаю, что это поп и, отпросившись у командира и узнав, где этот поп сейчас находится иду его искать, благо он сейчас в расположении. Когда захожу, спрашиваю у первого встречного — кто тут священнослужитель. Встречный — подвижный, темнорусый мужичок с неохотно растущей рыжеватой бороденкой и такого же окраса усишками остро взглядывает умными глазенками и отвечает:

— Что за надобность, сыне?

— Да я врач, хотел с коллегой пообщаться.

— Сын мой, тогда меня звать вроде бы и рано? Если еще врач помочь может? — не без ехидства вопрошает мужичок, одетый в камуфляж, как и многие тут. Мне сначала кажется, что он так прикалывается. А потом наконец доходит, что это поп и есть. Нормальный боевой поп. И с чего я подумал, что он одновременно и врач — сам не понимаю. Наверное отголосок компьютерных забав, там в играх как раз клирики лечением занимались, как правило.

— А, так вы, значит, просто священнослужитель, но не лекарь! — понимаю я очевидное.

— Истинно глаголешь, сыне! — опять же не без ехидинки говорит он и посматривает своими прищуренными глазенками хитровато, но доброжелательно. Как-то не укладывается в голове, что вот он — поп. Выглядит он как совершенно нормальный человек, не дурак выпить, подраться и вообще не чуждый радостям плотской жизни. Да и снаряжение на нем развешено грамотно, привычно.

— А, ну тогда извините, что побеспокоил. Я почему-то решил, что совмещаете, — поясняю я.

— Исцелять души тоже важно, сыне, — замечает он.

— Ну, наверное. Вы еще скажите, что все это безобразие вокруг оттого, что люди Бога забылиб — ехидничаю я в ответ. В немалой степени еще и от смущения, что облажался.

— Разумеется, сыне. Именно наказание Божие за неверие и поклонение ложным богам. Испытание и наказание. Или говоря более доступным языком — фальшивые идеалы, сатанинская идеалогия и демокская религия всему случившемуся причиной — невозмутьимо наставляет меня этот пастырь в камуфляже и с пистолетом в кобуре. ПМ между прочим.

— Да бросьте, Отче. Религии государственной уже девяносто лет нету, атеизм был, а идеалогии у нас в стране не было вообще никакой последние двадцать лет, прямо так и в Конституции написано, — поясняю я.

— Религия есть всегда, всегда была и всегда будет. В обязательном порядке. Было православие. Потом атеизм — который тоже религия. Потому как Вера и мораль были и при атеизме. Доказать отсутствие Бога ведь не смогли? А сейчас мультикультурализм? Чушь. Сейчас бог давался — Мамона. Деньги вместо бога. Потому что Мамона — гнусный демон, падший ангел, а не бог. Из тех, древних и диких лжебогов. Типа Ваала. Золотой Телец. Вот и пришли людишки в ад на земле, хотя думали, что это будет рай с двумястами сортами колбас. Так что, сыне, имеющий глаза — да увидит, а имеющий уши — да услышит. А лекарь наш отрядный — Доктор Трелони — сейчас у себя в офисе, отсюда выйти, пятьдесят метров направо — и аккурат его офис.

— Эээ… Наверное все-таки Доктор Ливси? — удивляюсь я.

— Нет, именно Доктор Трелони, — улыбается поп.

Ухожу озадаченно, опиум для народа этот поп выдал толково. Действительно в массе своей поклонялись Мамоне, причем не только христиане, отсюда и победы ваххабизма пошли. А так этот поп даже и понравился, хотя, конечно жук еще тот. Иду по указанному ему маршруту и ни с того ни с сего вдруг вспоминаю, что когда в Лиссабоне было землятрясение и особо горячие священнослужители заявили, что это — Божья Кара, в ответ, мэрия города показала статистику, согласно которой развалилось множество церквей, но устояли все публичные дома. Странноватая тогда вышла кара Господня. Но у меня сейчас не получилось что-либо возразить быстро и внятно.