Шут (СИ) - Кочешкова Е. А. "Golde" - Страница 46

  Как бы то ни было, а Нар вряд ли захочет силой захватывать власть в Золотой. У нее есть только один способ удержать свои позиции - вернуть Руальда.

  Но как?

  Это ей предстояло решить с верными людьми короля, которые были ничуть не меньше заинтересованы в его возвращении.

  Внезапно Шут понял, что ему нет смысла вместе с остальными собравшимися в королевском кабинете ждать приезда Нар и Гиро. Его присутствие в Золотой ничего не решит и не определит. А в гавани еще стоят корабли Белых Островов...

  Чего же он ждет?

  14

  На сборы Шут потратил считанные минуты. Много ли надо времени, чтобы достать кошель с монетами и набросить на плечи теплый плащ...

  Сначала он хотел попрощаться с теми, кто всегда был добр к нему, ибо не знал, вернется ли когда-нибудь назад. Но в последний момент передумал. Махнул на все рукой. Кому сейчас до него?

  Брать себе лошадь в королевской конюшне Шут тоже счел излишним. На корабле ему конь не понадобится, только матросам лишние хлопоты. А что касается Белых Островов, то там, наверняка уж, ему удастся разжиться хоть каким-нибудь ишаком. Он решил спуститься до гавани пешком. Внутреннее чутье безошибочно подсказывало Шуту, что на одном из кораблей его все равно обязательно дождутся. Перед отъездом он желал своими глазами взглянуть на город, истерзанный событиями минувшей ночи. Почему-то полагал, что должен увидеть и запомнить страшные следы, оставленные глупой, никому не нужной войной.

  Золотая Гавань казалась не то мертвой, не то погруженной в глубокое беспамятство. Невзирая на относительно поздний - по крайней мере, для утренних дел - час, на улицах почти не было людей. И никаких обычных звуков... даже собаки лаяли лишь изредка. Все горожане, кого Шут встретил по дороге, выглядели или убитыми горем или просто оцепеневшими от ужаса. Они еще не поняли, что все кончилось, не поверили до конца. Шут понимал - испуганные люди начнут приходить в себя только, когда солнце дойдет до полуденной черты, и станет окончательно ясно, что вражеские корабли покинули залив.

  Дома через один стояли заколоченными, в большинстве своем - наскоро, кое-как. Горожане, до последнего момента уверенные в своей безопасности, спасались бегством, когда корабли Белых Островов уже подошли почти вплотную к причалам. Шут знал, что со сторожевых башен на врага обрушили целый каскад огненных стрел, но ни одна из них не воспламенила вражескую флотилию. Люди поминали магию, и все тех же демонов, которым, якобы, продался Давиан, но Шут понимал - предусмотрительный король Островов просто нашел, чем обработать и сами корабли, и их снасти.

  Дорога до причалов была не так, чтоб очень длинной, однако Шут успел увидеть и выгоревшие дворы, и трупы на мостовой, и многочисленные потеки замерзшей крови. Среди убитых были в основном островитяне, но он не обольщался на тему ратной силы воинов Закатного Края. Просто почти всех своих мертвых люди Золотой уже унесли. Шут вспомнил мальчиков-гвардейцев, которых Дени готовил к принятию присяги незадолго до приезда Руальда из княжества тайкуров. Остался ли в живых хоть кто-то из этих ребят?

  Какая-то женщина сидела на земле и монотонно раскачивалась из стороны в сторону. Глаза у нее были настолько безумные, что Шут даже не увидел смысла попытаться помочь. Скорее всего, несчастная потеряла кого-то из близких. Возможно, ее ребенок сгорел в одном из тех домов, которые оказались на пути захватчиков. На пепелище неподалеку воровато копошились два подростка, одетых в такую рванину, что у Шута не достало решимости осудить их за это. Двумя кварталами ранее он видел еще одного мародера, тот, оскалившись, издалека пригрозил Шуту кривым ножом и продолжил рыться в куче прогоревших бревен.

  Несколько раз он останавливался, чтобы хоть на миг прикрыть глаза. Идти было страшно. Очень страшно. До тошноты. Еще никогда в жизни Шут не видел столько боли, крови и смерти. Ужас подкатывал к горлу горячим комом, и хотелось просто исчезнуть, спрятаться, перестать воспринимать этот ужасный мир.

   'Ох, боги... Сколько мертвых... сколько крови... Светлая Матерь... Может, оно и к лучшему, что Руальда схватили так быстро...', - думал Шут, в очередной раз стиснув веки и с дрожью обходя еще одно тело, лежащее на побуревшем снегу. Он понимал, что Золотая отделалась легким испугом. Погибших было бы гораздо больше, останься король во дворце. Так ли безумен был его поступок? Может быть, это и есть истинно королевский выбор - пожертвовать собой ради своего народа?

  Ветер нес по пустым улицам мелкую холодную крупу, снег уже частично замел изувеченные тела, но того мальчишку он узнал сразу... Парнишка так и лежал, как привиделось Шуту три дня назад - с длинной черной стрелой в спине, кровь впиталась в утоптанный снег обочины. Наверное, в него попали случайно... кому нужен нищий ребенок... Просто не повезло...

  Борясь с тошнотой, Шут медленно присел рядом и дрожащими руками обломал древко, не надеясь выдернуть стрелу из окостеневшей плоти. Он перевернул легкое тело и заглянул мальчишке в лицо. Ужас... это было последнее, что почувствовал ребенок, которого до сих пор никто не хватился и не нашел среди мертвецов. Шут хотел закрыть ему глаза, но не смог этого сделать - кожа век заледенела. Он просто накрыл лицо мальчика шапкой, лежавшей рядом, и, тяжело поднявшись, пошел дальше. На душе было пусто и стыло. Даже страха не осталось. Мысли и чувства будто подернуло изморозью.

  Корабль Белых Островов Шут увидел сразу. Это крутобокое, изящное судно ничем не напоминало ни привычные глазу 'торговые бочонки', которые в основном швартовались в гавани, ни нарядные вычурные шхуны местных вельмож. Корабль стоял чуть поодаль от причалов, на достаточном расстоянии, чтобы не долетали стрелы. Шут ни мгновения не сомневался - боевой красавец ждет именно его. Навряд ли у капитана были другие причины задерживаться.

  Но как подать ему знак?

  Шут огляделся, ища лодку. Как назло, все они были либо без весел, либо болтались на волнах вне пределов досягаемости, иные - вовсе кверху килем. Однако долго вертеть головой не пришлось. Непонятно откуда возник тот самый человек, что принес ему послание от Элеи. Шут почти сразу узнал его по походке - стремительной и плавной, точно у хищника. Мужчина не стал подходить близко, он просто поднял над головой факел и сделал лишь одно короткое отточенное движение. Шут бросил взгляд на корабль и тотчас заметил ответный сигнал. Когда он вновь обернулся к незнакомцу, тот уже исчез... А от корабля почти сразу же отделилась небольшая шлюпка с двумя гребцами. Несколько минут - и она уткнулась носом в причал.

  - Вы - господин Патрик? - спросил один из мужчин, почти седой, но вовсе не старый. Шут кивнул. - Нам приказано доставить вас на Острова. Вы готовы?

  - Вполне, - он почувствовал волнение - жизнь его в очередной раз делала странный непредсказуемый кульбит.

  - Тогда поторапливайтесь. Нам не хотелось бы застать здесь вашу ведьму.

  - Она не моя, - машинально ответил Шут, перебираясь через борт. Лодка закачалась, когда он ступил на дно.

   - Ваша, не ваша... нам до этого дела нет. Ступайте на корму, - седой взялся за весла, а следом за ним принялся грести и второй парень. Лодка сначала рывками, а потом все более и более плавно заскользила по спокойной темной воде.

  Выбираясь из туч, над гаванью медленно всходило солнце.

  15

  Каюта, куда поселили Шута, предназначалась, судя по всему, как минимум для генерала. По сравнению с той, что досталась Элее на 'Болтунье', она была просто роскошна. Ковер на полу, письменный стол, широкая койка, а главное - небольшое застекленное окно, пропускающее настоящий дневной свет...

  Сначала Шут даже растерялся. Еще никогда ему не оказывали таких почестей. Одной каютой дело не ограничилось - почти сразу же к нему прислали юнгу в качестве личного слуги. Расторопный юноша споро накрыл завтрак на белой скатерти, а вино, что он подал к столу, явно было из личных капитанских запасов. Шут безошибочно определил сувартийское.