Хранитель волков - Лахлан Марк Даниэль - Страница 42

Все новые воины подходили к данам сзади, пробивались вперед, метали копья, подпирали плечами спины товарищей, чтобы заставить клин защитников сдвинуться. Вали толкался, его толкали. Он напрягал все силы, однако чувствовал, что его ряд сдвигается. Хотя даны спотыкались и поскальзывались на мертвых телах, их было слишком много для ригиров. Вали отступил на шаг назад, затем на два. Он стоял лицом к лицу с врагами, которые выкрикивали оскорбления, грозили скорой смертью, плевались, даже пытались укусить, однако никто из людей в передних рядах не был в силах что-либо сделать. Они были прижаты друг к другу так тесно, что не могли даже пнуть противника. За спиной Вали упал человек, потом еще один, и ему показалось, что еще миг, и клин не выдержит.

— Давай, Хогни, давай! — прокричал Вали.

Хогни не расслышал его, но воин хордов был внимательным и опытным, он прекрасно запомнил, чего хотел от него Вали.

— Вперед и не шуметь, — велел он своему засадному отряду.

Они вышли из рощи, всего пять человек, и выпустили облако стрел в спины напирающим данам с расстояния в пять шагов. Потом еще и еще. Два дана упали, затем три, потом еще два, прежде чем они поняли, что их окружили.

— Вперед! — надрывался Вали. — Вперед!

Даны пытались подняться по обрыву над дорогой, чтобы добраться до лучников, скользили на телах павших, оступались и падали. Лучники Хогни все стреляли и стреляли. Вали подсунул плечо под щит и ударил со всей силы. Дан перед ним потерял равновесие, замахал руками и упал, увлекая за собой соседа. Ригиры начали ускорять ход, они шагали вперед по покойникам, били врагов ногами, копьями и топорами.

Враг не выдержал и побежал. Лучники Хогни продолжали стрелять, хотя он велел им прекратить. Но ему тоже хотелось славы, и он помчался по дороге, преследуя врагов.

Воины Вали неслись вперед мимо него. Он закричал, приказывая им остановиться. Ведь около двух десятков данов перед началом битвы отделились от основного войска, и он нисколько не сомневался, что они ударят сзади. Однако не было никакой надежды удержать ригиров, которые преследовали данов; вслед за воинами вниз по дороге бежали почти все женщины и множество детей, размахивая на бегу палками и кухонными ножами.

Обогнав свое войско, Вали добежал до конца дороги и кинулся в долину за холмом. Данов там не было. Он машинально взглянул на дом Дизы. Над ним поднимался столб дыма. Вали пробрал озноб. Смогла ли Диза убежать на своих обожженных ногах? Увела ли ее Адисла? Дочь ни за что бы ее не бросила, в этом Вали был уверен.

Он огляделся по сторонам, ища помощников, однако единственным воином рядом с ним оказался Бьярки, он лежал, все еще оглушенный, едва ли не задушенный веревками, а двое маленьких детей тыкали в него палками. Вали прогнал их от берсеркера, каждую секунду озираясь и пытаясь понять, сколько народу уцелело.

— Браги, ко мне! — прокричал он во всю мочь.

Но Браги не было, он побежал к кораблям данов, собираясь отвести их в море и лишить врагов надежды на бегство. Вали остался совсем один. Страх прогнал усталость, и он побежал к горящему дому быстрее, чем бегал когда-либо в жизни.

Глава 19

КОНЕЦ

Дренги прибежал как раз вовремя, чтобы столкнуться с врагами лицом к лицу. Но он был простой крестьянин, а не воин, поэтому теперь лежал на краю пастбища, и его собственный топор торчал у него из груди. Даны не выказали милосердия и своему сородичу, старому дану Барту, — он замер рядом с Дренги, как будто задремав на солнце. В дверях дома Дизы остался лежать маленький Манни, который все еще сжимал в руках подаренный Вали нож.

Вали закрыл мальчику глаза и попытался собраться с мыслями. Сейчас не время для траура, необходимо узнать, что случилось с Адислой и ее матерью. Он вбежал в дымящийся дом. Даны попытались его поджечь, однако торфяная крыша не загорелась толком, огня не было, только дым, как от навозной кучи. Мертвая Диза лежала в постели. Кровь была повсюду, жуткая алая полоса протянулась по белой ночной рубашке. Вали подошел ближе и увидел, что у Дизы перерезано горло. Он прекрасно знал, что еще с ней сделали.

Вали опустился на колени рядом с телом и взял руку Дизы. Эта женщина была для него словно мать, больше никто не заботился о нем так, как она. Он сидел молча. За этот день Вали уже успел понять, что значит верить в битву и браться за оружие не для того, чтобы грабить. Но сейчас Вали смотрел в глаза Дизы, и ему казалось, что он никогда не делал ничего другого. Он не плакал, и это сильно его удивило. Внутри него царил такой холод, что слезы замерзли. В горле стоял ком, который не давал чувствам вырваться наружу. Он обязательно отомстит за ее смерть. Адисла просила его убить сотню врагов. И он не остановится на достигнутом сегодня. Он убьет конунга данов, уничтожит весь его вонючий народец, разрушит их дома и сожжет поля. Своим поступком даны разбудили в нем волка. До сих пор в его жизни не было подобных устремлений. Но прежде необходимо сделать еще кое-что.

Вали подошел к изголовью кровати и поцеловал Дизу в лоб.

— Я найду ее, — сказал он и вышел из дома.

Его взгляд упал на мертвого мальчика. Он погладил его по голове и тоже поцеловал. Наклонился, чтобы подобрать свой нож, но передумал. Вместо этого он покрепче сжал детские пальцы на рукояти.

— Оставь себе, — сказал он, — пригодится в загробном мире. Иди в чертоги Фрейи, а не Одина.

Вали услышал стон. Оглянулся. Дренги был еще жив. Вали со всех ног кинулся к нему.

— Дренги, это я, Вали.

Дренги едва дышал: топор оставил в груди чудовищную рану, и на губах парня лопались кровавые пузыри.

Вали не знал, что делать. Диза или Джодис, наверное, знали бы, но одна мертва, а второй нет.

— Дренги, ты будешь жить, я видел людей и не с такими ранами. Они выживали.

Это была неправда, и они оба это знали.

— Они приходили за ней, Вали, они за ней приходили.

— Я знаю.

— Слышишь, они приходили за ней. Не за богатствами, не за сокровищами, за ней! — Дренги зашелся в жутком кашле, пытаясь глотнуть воздуха. В голове Вали царил такой сумбур, что смысл слов Дренги до него просто не доходил.

— Ты выздоровеешь, Дренги. Я позову матушку Джодис, она тебя залатает. Вот увидишь, все будет хорошо.

— Вали, они искали ее. Они спрашивали, где дочь знахарки.

Вали никак не мог взять в толк, о чем он говорит.

— Кого спрашивали?

— Они схватили мальчика, Лоптра. Он привел их сюда и рассказал, как она выглядит. Они звали ее по имени. — Дренги закашлялся, и изо рта его потекла кровь.

— Мальчик тоже погиб?

— Нет, он убежал. Вытащи топор, Вали. Убери топор. От него больно.

— Да.

Вали обеими руками взялся за топорище у самого лезвия. Он потянул, и Дренги закричал. Он потянул еще, и топор вышел. Дренги кашлял, плевал кровью, сипел. А потом затих. Вали взял его руку. Дренги был мертв.

Вали почувствовал, что за ним наблюдают. Он поднял голову и увидел, что Лоптр подглядывает за ним из-за угла хлева.

— Уже можно выходить. Они уехали, — сказал Вали.

Мальчик не сдвинулся с места. Он казался напуганным до смерти.

— Они ее увезли? Они забрали Адислу?

Мальчик кивнул.

— Куда?

Ребенок указал на дорогу, ведущую мимо домов на юг, к удобному пологому берегу. Если даны все-таки вывели корабли из залива, то отставших они будут забирать именно там.

— Беги скорее к причалу, — велел Вали. — Если встретишь кого-нибудь из наших, скажи, что я еду в Селстронд за этими пиратами. Пусть догоняют меня. Ну, быстрее. Беги!

Мальчик не двигался с места, а только смотрел на него. «Бесполезно», — решил Вали. Лоптр настолько испуган, что не в состоянии что-либо делать.

— Ладно, только не заходи в дом матушки Дизы, — сказал Вали и поспешил на берег.

Добежав, он узнал все, что хотел узнать. Знакомый предмет лежал на том месте, где дорога обрывалась, переходя в песчаный пляж; любой, выходя на берег, заметил бы его. Ее башмак. Она надела свою лучшую пару из зеленой кожи, когда прибежала встречать Вали. Очевидно, она нарочно сбросила башмак с ноги.