Каэхон - Бражский Максим - Страница 24

Все шло своим чередом, пока не пронесся слух, будто Абатта под предводительством своего бога-покровителя хочет разрушить мир. Простые люди, короли мало кто об этом знал, их это не касалось. Но вот боги, их жрецы и маги серьезно озаботились этим фактом. Произошло невиданное дело — они объединились, хотя волшебники старались держаться немного в стороне. Была война богов — множество против одного-единственного, прозванного Мятежником. По-видимому, при поддержке своего народа он смог оказать достойное сопротивление, но все же проиграл.

Разумеется, просто так погибнуть вместе со своим островом, городом он не мог — богов вообще тяжело погубить. Последним совместным заклинанием Мятежника и фиолетовоглазых магов стало нечто породившее огромный выброс энергии, огромный водоворот, что знаменит до сих пор и считается чудом света… И усыпившее всех богов, сделав их Спящими. Сколько ни молились потом жрецы, они ничего не добились — сила молитв только слабела. Маги Обители, напротив, лишь укрепились, потеряв всех своих конкурентов.

Но больше всего из легенды мне запомнились последние слова то ли какого-то мага-фиолетовоглазого, то ли самого Мятежника: «Абатта будет жить!»

— Красивая легенда, — немного грустно произнесла Тайсама, когда закончила чтение.

— Красивая, — согласился я. — Значит, наш дом был разрушен до нашего рождения.

— Но мне кажется, что у нас есть шанс его восстановить…

— Все зависит от нас.

Акирон выполнил обещание и приступил к моему обучению. Немного удивившись тому, что у меня уже есть четыре камня Стихий, весьма дорогих и хорошего качества, не то что учебные, показал пару новых знаков и заклинаний, рассказал вкратце об особенностях стихийной магии.

— Для заклинания стихий Огня, Воды, Воздуха и Земли нужно знать несколько вещей. Во-первых, — объяснял он, — ты должен хорошо понимать, что делаешь. По сути, камни Стихий управляют не собственно стихиями, а всего лишь состояниями материи. Кстати, у тебя неполный набор: почему-то многие забывают про Холод… Даже в нашей обители. Собственно, три камня, Воды, Воздуха и Земли, на самом деле символизируют жидкое, газообразное и твердое состояния. Пар, испарения, туманы — это, заметь, стихия Воды. А камни Огня и Холода — это, скорее, вспомогательные камни. Конечно, их можно и нужно применять отдельно, с их помощью творятся мощные и эффективные боевые заклинания. Но настоящие маги чаще используют их в комбинации с другими стихиями, скажем, чтобы добыть пар из воды — одним камнем Воды тут обойтись сложнее, и сил будет затрачено больше.

Он показал и заставил выучить основные знаки, использующиеся для работы со стихиями. Некоторые я знал. Однако было несколько несимметричных знаков, то есть тех, которые невозможно выполнить одной рукой. Роко и Торо — Атака и Защита, похожие как зеркальные отражения. Атака — кулак левой руки бьет в ладонь правой, защита — ладонь левой принимает удар кулака правой. Как объяснил мне Акирон, подавляющее большинство камней при выполнении таких знаков воспринимают левую руку как основную. Ко — Стазис, Неподвижность. Пальцы рук переплетены. Асса — Цель. Знак, похожий на Хё, с тем лишь отличием, что переплетены все пальцы, кроме указательных, большие также вместе, прижаты к указательным. Эти знаки в некоторых случаях могли даже заменять друг друга. Сато — Изменение, несимметричный знак. Чем-то похож на знак Прошлого, Хаэ, с той разницей, что большие пальцы соединены не меж собой, а со средними пальцами — получается в некотором роде замкнутый круг. Этот знак особенно часто применяется, как объяснил Акирон, магами одной стихии: с его помощью можно преобразовать воду в пар, к примеру. Впрочем, для всех остальных магов он не менее полезен. И наконец Архо — Управление. Ладони вместе, средний и безымянный пальцы переплетены, большие — прижаты. Знак, при помощи которого можно управлять стихией…

Своей дисциплине маг Смерти пока не учил, объясняя это тем, что в Обители всего два камня Душ, и он не собирается рисковать одним из них ради обучения. Акирон несколько раз давал свой камень, и под бдительным присмотром наставника я постигал азы. Надо сказать, это было весьма нелегко. Камень чувствовался очень плохо, почти не отзывался. Маг-наставник утешал меня тем, что такое бывает у всех, просто, в отличие от других дисциплин, его магия не связана с материей, поэтому слишком сложно перенастроиться с реального мира на мир душ.

А по ночам мы с Тайсамой все так же продолжали тренировки, стараясь, правда, иногда поспать. Девушка становилась все более опасным бойцом, и мне было все сложнее побеждать. Возможно, физически она была немного слабее меня, что спорно, но скорость, реакция и мастерство Тайсамы в соединении с техникой «зрения телом» делали ее лучшим воином, чем я.

— Скоро придет время, и мне придется использовать магию, чтобы оставаться для тебя достойным противником, — заметил я на одной из тренировок, вытирая кровь с плеча.

— Боюсь, что нет, — рассмеялась она. — Нас учат работать против магов. Вы слишком медленно творите заклинания! И вам нужны обе руки.

— Ну это мы еще проверим, — хмыкнул я. — Не хочу проверять на тебе — если получится, будет мучительно больно.

— Уже интересно, — произнесла Тайсама. — Если на Испытании мы будем вместе, посмотрю.

— Вместе? — насторожился я. — Что, Испытание проходят не в одиночку?

— Тройками, насколько мне известно.

Вдруг я почувствовал присутствие на площадке еще одного человека. Сперва я удивился и приготовился отразить любые атаки. Потом прислушался к своим чувствам и спросил:

— Ширра?

— Сердце мое разрывается от сладостной боли, что даже в ночи, не видя меня, после долгой разлуки, мой друг Каэхон сумел узнать Ширру!

— Мы же вчера виделись в столовой, Каэхон даже умудрился не опоздать, — недоуменно заметила Тайсама и махнула рукой: — Впрочем, неважно. Доброй ночи, Ширра. Что, не спится?

— Вчера было вчера, и трапеза лишь трапеза, а не встреча! Я… Заблудился, — пробормотал иллюзионист неуверенно. Судя по тому, как кратко он это сказал, Ширра был немного не в своей тарелке.

— Заблудился? — удивился я. — А Проводник? Насколько я знаю, Акирон обеспечил этими безделушками почти всех.

— Эксперимент чудесный замыслил я и не стал брать с собой ничего магического, кроме камня Иллюзий. Удача постигла меня, — грустно добавил он. — И я заблудился.

— Опробовал новое заклинание иллюзии, наложил на себя? — Понял я.

— Воистину верны мысли твои, Каэхон. И теперь я блуждаю по коридорам бесконечно длинным Обители нашей Туманной вот уже не первый час, пребывая в унынии. Но теперь сердце мое возрадовалось, встретив вас. Что же Каэхон и Тайсама вместе делают ночью здесь?

— Тренируются, — усмехнулся я. — Каждую ночь. Бессонница, знаешь ли.

— Но ты же на кафедре целителей, неужели… — начал было наш друг, но был прерван Тайсамой:

— Шутит он, шутит. Мы просто тренируемся, чтобы стать сильнее и успешно пройти Испытание. А ночью — потому что днем времени нет.

— Но тренировки воинов и так великолепны по своей насыщенности, — заметил Ширра с легким оттенком недоверия.

— В чем это ты нас подозреваешь? — хмыкнул я. — Впрочем, неважно. Я учу Тай тому, чему не научат в Обители.

— Герен что-то пытался показать, но не слишком успешно, — подтвердила девушка.

— Да. А мне просто нужны тренировки, чтобы держать себя в форме. Я на кафедре целителей, но это не помешает мне стать боевым магом, поверь. Так что, Ширра, мы тут почти каждую ночь.

— А спать?

— Два часа в день. Достаточно, — пожала Тай плечами. — Мы воины. Даже Каэхон, хоть и маг.

— Отдохнем в гробу, — подтвердил я.

— Я в трепете перед вашими мудрыми идеями, — уважительно кивнул Ширра. — Скоро Испытание… Вы уже думали, кого возьмете третьим?

— Что? — в один голос спросили мы с Тай.

— Испытание скоро, уже через две недели, — терпеливо повторил иллюзионист.

— Я не про это, — махнула головой Тай. — Третьего? Взять? Разве тройки не составляют «наверху»?