Конго - Крайтон Майкл - Страница 59

Эми подняла руки, поскребла подмышки, потом пальцем ткнула себе в грудь. Смысл ее жестов был ясен и непосвященному.

— Женщина, что с нее взять, — притворно вздохнул Мунро, наклонился и принялся энергично чесать гориллу.

Посапывая, фыркая и широко улыбаясь от удовольствия, Эми каталась по земле. Когда Мунро выпрямился, она не встала вслед за ним, а выжидающе посмотрела — в надежде, что удовольствие будет продлено.

— Пока хватит, Эми, — сказал Мунро.

Горилла явно просила его о чем-то.

— Прости, я не понимаю твоего языка. Да нет же, — засмеялся Мунро, если ты будешь жестикулировать медленнее, я все равно ничего не пойму.

Впрочем, Мунро тут же сообразил, чего хотела Эми, и перенес ее назад в лагерь. В знак признательности Эми обслюнявила ему щеку.

— Смотрите внимательней за своей обезьяной, — сказал Мунро Эллиоту за ужином.

Сидя у костра, он добродушно подшучивал, понимая, что нервы у всех напряжены до предела. Когда же с ужином было покончено, а Кахега ушел проверять оружие и раздавать патроны, Мунро отвел Эллиота в сторону и посоветовал:

— Посадите ее на цепь в своей палатке. Мне не хочется, чтобы ночью, когда начнется стрельба, она путалась под ногами. Едва ли наши ребята будут разбирать, та эта горилла или другая. Объясните ей, что мы будем стрелять, поэтому может быть очень много шума, но ей бояться нечего.

— Что, действительно будет много шума? — спросил Эллиот.

— Думаю, да, — ответил Мунро.

Эллиот отвел Эми в свою палатку и прочной цепью, которой он часто пользовался еще в Калифорнии, привязал гориллу к койке. Впрочем, он понимал, что горилла посажена на цепь скорее символически: при желании она легко сдвинула бы и койку и палатку. Поэтому он взял с Эми слово, что она не будет убегать из палатки.

Эми обещала. Эллиот направился к выходу, и Эми знаками сказала:

«Эми любить Питер».

«Питер любит Эми, — улыбаясь, ответил Эллиот. — Все будет в порядке».

Эллиот оказался в ином мире.

Красные ночные огни Росс отключила, но в мерцающем свете костра были отчетливо видны фигуры стоявших по периметру лагеря часовых в огромных очках — приборах ночного видения. Сетка ограждения басовито гудела под напряжением. Эти странные звуки и еще более странные фигуры часовых создавали впечатление нереальности происходящего. Питер Эллиот вдруг остро ощутил уязвимость их положения: горстка испуганных людей оказалась в глубине тропического конголезского леса, более чем в двухстах милях от ближайшего города.

Все ждали.

Эллиот споткнулся о черный кабель, змеей извивавшийся по земле, и только после этого заметил, что ими опутан весь лагерь: они тянулись к оружию каждого часового, а от оружия — к приземистым устройствам на коротких треногах и с вздернутыми носами, установленным вдоль всего ограждения. Да и само оружие стало другим, необычно изящным и хрупким.

Возле костра Росс настраивала магнитофон.

— Что это за чертовщина? — шепотом осведомился Эллиот.

— Это ОЛНАЦ — оружие с лазерным наведением на цель, — тоже шепотом ответила Росс. — Система ОЛНАЦ состоит из нескольких УЛН, связанных с СССУ.

Росс объяснила, что часовые держат в руках не оружие, а только УЛН устройства лазерного наведения, которые кабелями соединены с СССУ скорострельными сенсорными устройствами, стоящими на треногах.

— Часовые только обнаруживают цель, фиксируют на ней лазерный луч, а СССУ стреляют, — сказала Росс. — Эта система разработана специально на случай ведения военных действий в джунглях. СССУ снабжены марлановыми глушителями, так что нападающие даже не поймут, откуда ведется стрельба.

Только постарайтесь не вставать перед СССУ, потому что на источник тепла они нацеливаются автоматически.

Росс передала магнитофон Эллиоту, а сама отправилась проверить источники питания, подающие напряжение на ограждение. В темноте Эллиот с трудом различал силуэты часовых. Мунро беззаботно помахал ему рукой, и только тогда Эллиот понял, что похожие на гигантских кузнечиков часовые с их огромными очками и сверхсовременным оружием видят его намного лучше, чем он их. Эллиоту часовые напомнили инопланетян, по ошибке высадившихся в глубине бескрайних джунглей.

Ожидание.

Час проходил за часом, а из джунглей не доносилось ни звука, если не считать журчания воды в крохотном рве. Время от времени носильщики негромко окликали друг друга, перешучиваясь на суахили. Опасаясь сенсоров, реагирующих на источник тепла, они не курили. Миновала полночь, прошел еще час.

Из палатки Эллиота доносился громкий храп Эми, отчетливо слышный даже на фоне неумолчного басовитого гула ограждения. Росс прилегла отдохнуть прямо на земле; впрочем, рука ее лежала на выключателе ночного освещения.

Эллиот в очередной раз бросил взгляд на часы и зевнул. Мунро ошибся, решил он, этой ночью никаких происшествий не будет.

А потом он услышал знакомые звуки: то ли вздохи, то ли затрудненное дыхание.

Эти звуки услышали и часовые; они тотчас взяли устройства лазерного наведения на изготовку. Эллиот хотел было направить микрофон в ту сторону, откуда доносились странные звуки, но определить, где именно находится их источник, было невозможно. Казалось, звуки летят со всех сторон одновременно, таинственным образом скользят в ночной темноте вместе с редкими полосами тумана.

Эллиот не сводил взгляда с указателя уровня записи. Плавно колебавшаяся стрелка вдруг резко дернулась, одновременно послышались глухой удар и всплеск воды. Конечно, эти звуки услышали все, и часовые щелкнули предохранителями.

Эллиот, не выпуская из рук магнитофона, подполз ближе к ограждению и осмотрел сооруженный ими вечером ров. Кусты за ограждением шевелились, вздохи становились все громче и громче, но самое главное было в другом: через ров был переброшен толстый сухой ствол и тон журчания воды изменился.

Так вот что означал глухой удар! Оказывается, нападавшие соорудили мост через ров. В этот момент Эллиот понял, что они явно недооценили своего противника, кем бы он ни был. Ученый хотел было показать мост Мунро, но тот замахал руками, отгоняя Эллиота от ограждения и одновременно выразительно показывая в сторону устройства на низкой треноге, стоявшего рядом с Эллиотом. Пока Эллиот раздумывал, что ему следует сделать, в кроне деревьев громко закричали обезьяны колобусы, и тут же началась первая атака горилл.

Эллиот лишь мельком успел увидеть огромное животное (определенно с серой шерстью, отметил он), которое неслось прямо на него. Он бросился на землю, а через долю секунды гориллы наткнулись на сетку ограждения. Дождем посыпались искры, отчетливо запахло паленой шерстью.

Это было лишь началом фантастического сражения, которое проходило почти в полной тишине.

Ночную темноту прорезали изумрудные лазерные лучи, установленные на треногах пулеметы посылали одну очередь за другой, разворачивая стволы, тихо жужжали механизмы автоматического наведения. Каждая десятая пуля была трассирующей, и теперь все небо над головой Эллиота испещряли перекрещивающиеся зеленые и ослепительно-белые полосы.

Гориллы предприняли массированную атаку со всех сторон. Шесть огромных животных одновременно налетели на ограждение и тут же в снопах искр отпрянули назад. Появились другие гориллы, которые тоже бросились на хрупкое ограждение. И тем не менее самыми громкими звуками на всем поле битвы были крики колобусов и треск электрических разрядов на сетке ограждения. Потом люди заметили горилл и на ветвях больших деревьев, нависавших над лагерем. Мунро и Кахега направили лазерные лучи устройств наведения вверх, прямо в листву. До Эллиота снова донеслись громкие вздохи: несколько горилл рвали сетку ограждения, уже вышедшую из строя: искр больше не было.

Вдруг Эллиот осознал, что сложнейшая сверхсовременная система защиты горилл не остановит. Им нужен был шум, как можно больше шума! Очевидно, та же мысль пришла в голову Мунро, потому что он на суахили приказал прекратить огонь, а потом крикнул Эллиоту: