Лич - Михайлов Михаил Михайлович - Страница 63

Зато сам маг вовсе не пренебрег личной защитой, таким доверчивым долго не прожить в этом мире. Стражники были всего лишь первым защитным слоем, расходным материалом. Молния, ударившая в щиты, испепелила их вместе со стражниками, оставив лишь обугленные куски плоти и развороченные доспехи. А потом ударила в Клота, пусть и немного ослабнув. Этого оказалось достаточно, чтобы пробить его собственный защитный барьер. Мага охватило зеленовато-серое пламя, с которым он сейчас и боролся, полностью сосредоточившись на защите, сбивая с себя языки пламени и снопы искр.

Вот тут и сработала дополнительная «примочка» использованного заклятия – его вторичная активация. Те осколки заклятия, которые сбивал с себя Клот, становились отдельными боевыми чарами – не самыми сложными, но достаточными для обычных людей. Исходная молния, рассыпаясь на сгустки пламени и крохотные искры, дотягивалась до соседних солдат, которые с криками повалились на камни стены, содрогаясь от боли. Уцелел только паладин, доспехи которого смогли устоять против этих вторичных последствий заклинания.

Впрочем, этому я не удивлялся. Не уцелей доспехи, подключилась бы его собственная аура, равно как и заемная камиртовская сила. Зато продолжать бой он явно не собирался. Быстро, не раздумывая больше ни о чем, он метнулся вниз по ступеням, исчезая из поля моего обзора. Вот она, особенность паладинов – бежать при опасности, оставляя умирать остальных. Ведь этот подлец даже не попытался защитить остальных «сынов Камирта», хотя мог бы это сделать. Даже магу не помог. Да, Клот тоже получил свое. Левая рука и лицо превратились в окровавленные, стремительно расползающиеся куски кровавой плоти. Если он и сможет уцелеть, то в этой битве от него толку не будет. Все силы придется бросить на собственное спасение, забыв о сражении.

Добивать? Лишнее. Придется расходовать силы, которые сейчас рациональнее направить на прорыв внутрь города. Этим и займемся!

Потратив еще около секунды на созерцание устроенного мной роскошного замешательства в рядах врага, я повернулся к воротам. До них было около тридцати метров, что вполне меня устраивало. На этот раз я активировал заклинание «Вечного тления». Полуметровый грязно-зеленый шар сорвался с моих рук и полетел вперед, к воротам. Столкнувшись с ними, он растекся по поверхности и немедленно впитался. Все, дело сделано, чары начали действовать. Ну а время зависит от уровня защиты, которая вплетена в доски, замок, а заодно и катаракту, что однозначно была опущена.

Минута, две, максимум пять, и преграда разрушится до такой степени, что ее сможет снести несколькими ударами любой из моих мертвых воинов.

– Атака! – вскрикнула Клара, одновременно ставя защитный зонтик над нами, равно как и над частью мертвецов.

– Не особенно отвлекайся на мертвых. Ждем, – отмахнулся я. – Сильвия!

– Да, повелитель.

– Свяжи магов.

С надрывным криком вампиресса ударила по невидимым, но ощутимым магам первой серией заклятий. Не самые сложные, они заставляли тех отвлекаться на оборону, ослаблять давление на мертвых воинов. А то ведь вставленная Кларой защита долго не продержалась бы под напором трех чародеев – опытного и двух послабее. Да. Их осталось всего трое, потому как паладины пока не вступали в бой, а маг-артефактор пока и вовсе не проявлялся. Что же до Клота – тот наверняка залечивал раны и более ни во что не лез. Пока что…

Вступить в бой? Рано. Сейчас только дебют нашей тактической игры. Паладины прикрываются гарнизонными магами. Я выдвигаю в авангард Сильвию с Кларой, приберегая собственные ресурсы на более острую фазу боя. А она начнется, стоит рухнуть воротам.

Готово! С жалобным скрипом-стоном преграда рухнула, открывая дорогу в город. Теперь дело пошло. Заранее приготовившиеся скелеты мрака с ростовыми щитами прикрывали нас троих – меня, Клару и Сильвию. У Текса была своя охрана, да он и не был в центре атаки. Пусть жонглирует группами бойцов, его миссия в уничтожении обычного противника. На нас же – маги.

Гадко и муторно двигаться под плотным обстрелом со стен города. Чем ближе к воротам, тем сильнее становился ливень стрел – серебряных, а местами и обычных. Не дремали и маги, осыпая нас огнешарами, роями ледяных игл, спуская с короткого поводка смерчи и пыльные бури, пытаясь расколоть землю под ногами у меня и моих воинов.

Тяжко. Все это приходилось блокировать по большей части Кларе. Я помог ей лишь однажды, когда на нас надвинулась замораживающая пелена, грозящая отполовинить войско. Пришлось умертвить сами частицы воздуха вокруг, исторгнуть из них жизнь, тем самым создав совершенно противоположную структуру. И двинуть ее вперед. Взрыв, втянувшийся внутрь себя, обжигающий холод, дуновение смерти. И все схлынуло, лишив противника части сил и дав Кларе передышку.

Этим воспользовалась Сильвия, сметая со стен часть лучников. Ливень стрел увядал, да и ободренный поддержкой магии безумной вампирессы Текс с новой силой погнал мертвецов в атаку. Все, участок стены был наш!

Когда я вышел из зоны обстрела, щиты моих телохранителей могли поспорить с дикобразом по густоте и количеству «иголок». Настолько густо они усеивали поверхность щитов, что многие стальные наконечники пробили мореные доски насквозь, зацепив и наручи мертвых воинов. Еще хорошо, что мягкое серебро не было на такое способно, попросту сминаясь и входя неглубоко. Иначе кто-то из скелетов-телохранителей мог и рассыпаться прахом, оцарапавшись об острый наконечник.

Войско вливалось в город, часть мертвецов оставалась на стенах, контролируя возможные попытки гарнизона выбить нас из города. Ну а мы тоже продвигались. Вражеские маги и паладины отступили, не желая пока давать нам «последний и решительный».

И все же интересно, как там выведенный из строя Клот? Еле жив или все еще опасен? Хорошо бы первое, потому как маг совсем не из слабеньких, такой может доставить много проблем. Кстати, насчет моего поступка, связанного с нападением на мага, я совершенно не волновался. На войне все можно. Тем более сыграть на грани, но не нарушить принцип переговорщика. Я объявил, что разговор окончен, и только после этого нанес удар. Тут моя совесть чиста. К тому же я сейчас убил двух зайцев – серьезно ранил опасного противника и убавил численность командного состава защитников города.

– Вперед, – я дал команду своим солдатом, – Клара, ты и Сильвия должны особенно постараться, чтобы никаких неожиданных нападений не произошло. Текс, на тебе гарнизон и зачистка мелких групп и одиночек. Мне удары из-за угла не нужны.

– Это были внешние укрепления, Безымянный, – напомнил мне вампир. – Их сдали легко, для Тиберикума обычная тактика как раз и заключается в том, что первый пояс можно сдать. Сейчас все защитники перебрались на стены внутреннего города. Оттуда им удобно будет бить как простым оружием, так и магией.

– Не обрадовал.

– Этому никто не радуется. Тиберикум очень сильно укреплен. Не забудьте и о подземных переходах, город пронизан ими.

– Понятно, – процедил я. – Они могут перебрасывать силы с одного участка на другой. Способны и со спины ударить. Жаль, что я не владею магией земляной стихии.

– Вы некромант, повелитель. Сильный некромант… Омертвите участки на подозрительных направлениях. Такое вмешательство парализует подземные каналы.

Сильвия! Я готов был сейчас расцеловать вампирессу, на лице которой появилась жестокая улыбка. Только вот… ей это удовольствия не доставит. Мой внешний вид сейчас вызывает только ужас, не более.

Такую идею надо реализовать, причем не откладывая. Одна проблема – сил на это потребуется немало, как и на любое масштабное заклятие. Ну да ничего, справлюсь как-нибудь, не в первый раз. Да и сами чары по своей структуре простые, требовалось только растянуть их по всему радиусу вокруг внутренних укреплений Тиберикума.

Я на какое-то мгновение почувствовал себя частью чего-то большего, стоило лишь скользнуть мыслью по всем точкам, где начало работать заклятие. Десятки мест, разнообразие ощущений, устремляющаяся по множеству каналов мана. Зато и результат налицо. Если в каком-то месте был подземный ход, то пройти по нему было теперь невозможно без длительного восстановления пути. Омертвленная земля нарушала целостность хода. А обычная просто обрушивалась сверху, заваливая проход. Кое-где даже булыжная мостовая просела, показывая, что не зря я старался.