Клон. История любви - Лопез Габриэлла - Страница 57

Вечером дома Лукас устало опустился в кресло, разглядывая свою фотографию с братом, стоящую на тумбочке.

— Я принесла сок для моего сыночка. Ты вспоминаешь Диогу? — спросила нянюшка, присаживаясь рядом.

— Далва, ты думаешь, я изменился? Если бы ты не видела меня с того дня, как погиб Диогу, а сейчас бы встретилась со мной, ты бы заметила изменения?

— Для меня ты такой, как был раньше. Получше этих красавцев! Некоторые говорят, что сеньор Тавиньу просто неземной красоты, а по мне он рядом с тобой — ничто! — заявила служанка.

— Ты не видишь этот живот? У меня раньше его не было. У меня полно седых волос, как у папы, а у Тавиньу нет ни одного, — заулыбался Лукас.

— Ну и что? Седые волосы, подумаешь! А почему ты так беспокоишься? Так ведет себя мужчина, который влюбился, — подозрительно заметила Далва.

— Я просто вдруг затосковал по тому Лукасу, — объяснил Феррас.

Няня махнула рукой и ушла. А Лукас продолжал думать...

Жади сидела на кровати, внимательно и весьма критично рассматривая свое отражение в зеркале. Вошла Латиффа.

— Ты говоришь, что я не изменилась... Мне так не кажется, — испуганным тоном сказала Жади сестре.

— Да ты стала еще красивей, женственней, элегантней! По-моему, я тоже похорошела с тех пор, — объявила Латиффа.

— Наверное, это тяжесть пережитого. Даже если все наладилось, все нормально всегда есть тоска... Тоска по утраченному... Она в душе...

Латиффа села рядом с сестрой.

— Уж не думаешь ли ты встретиться с Лукасом?!

— В тот день, когда Саид выбежал на улицу с кинжалом, чтобы убить Лукаса, я поклялась Аллаху, что если Лукас останется жив, я никогда даже не взгляну на него. И не взгляну! — серьезно сказала Жади. — Я знаю, на что был способен Саид тогда, а сейчас он способен на большее.

Сестры обнялись. Жади Огляделась, будто что-то искала, и спросила:

— Где наши дети?..

Амим катался на улице на велосипеде. К нему подошла Одетта и спросила, женат ли Мустафа.

— Он отказался от своей жены, — ответил мальчик и поехал дальше.

Кадижа и Самира сидели в беседке и разговаривали.

— Я мечтаю носить платки, выйти замуж и иметь много золота! — призналась Кадижа.

— А я хочу надеть топик и коротенькую юбочку, чтобы оторваться на дискотеке, — призналась Самира. — Но замуж я не хочу, я собираюсь учиться.

Кадижа скорчила гримасу. Ведь это очень печальная участь — остаться незамужней. Сестры явно не понимали друг друга.

Саид и Жади неожиданно встретили в ресторане доктора Албиери, и он подсел за их столик.

— Я давно не был в Марокко, — вздохнул профессор и посмотрел на Жади. — А ты была знакома с моими крестниками — Лукасом и Диогу?

Похоже, ученый уже все забыл...

Саид пристально рассматривал взволнованную молчаливую жену. Ученый еще немного повспоминал о своей дружбе с Али и раскла- нялся.

— Он милый, правда? — сказала Жади, чтобы оборвать тревожное молчание.

— Крестный Лукаса, — с натянутой улыбкой ответил муж.

— Это не повод, чтобы ревновать...

— Ты в последнее время сильно изменилась, — упрекнул он жену.

— Это пытка, понимаешь?! Это пытка! Почему ты так поступаешь? — она взорвалась и ушла из ресторана.

Саид остался разговаривать со своими деловыми партнерами.

— Почему ты так себя вела? —. сурово спросил он, вернувшись в гостиницу.

— Потому что не могу так больше... — Жади печально и мрачно глянула на мужа. — Чего ты добиваешься?! Зачем ты притащил меня сюда? Ты хочешь, чтобы я вспомнила то, о чем не хочу вспоминать?! — она говорила резко.

— Что ты почувствовала, когда сеньор Албиери сказал о Лукасе? — выдержанным и спокойным, но от того не менее мучительным для жены тоном спросил Сайд.

— Хватит меня мучить Саид! — Жади оконча тельно вышла из себя, но взгляд Саида не изменился: он как бы испытывал ее.

— Ты говорила, что все забыла.

Саид будто не мог понять, какую боль причиняет любимой жене.

— Я пытаюсь, но ты не даешь мне это сделать! Ты все время напоминаешь мне о Лукасе, произносишь его имя, делаешь все, чтобы моя память не спала!

— Ты сама позвала сеньора Албиери за наш стол.

— Я лишь поздоровалась, а позвал ты.

— Если ты поздоровалась, то я был вынужден пригласить его за наш стол.

— Но я не говорила о Лукасе!

— Это неважно, — Саид холодно покачал го-ловой.

— В Бразилии тысячи предприятий! Почему ты выбрал именно его?!

— Я не искал их, они сами нашли меня. Может, они были информированы, может, кто-то знал и сказал им...

— Этот кто-то — я?! — Жади вскочила.

— Я этого не говорил, — так же испытующе глядя на нее, сказал муж.

— Ты приехал сюда, чтобы встретится с Лукасом, и меня заставил ехать! Зачем?! Почему ты так добивался этой встречи?!

— Ты боишься?

— Я боюсь тебя, Саид! — Жади ушла, и Саид остался один.

Но вечером, когда Кадижа уснула, он вновь начал разговор с женой.

— Я закажу еду в номер, — предложил он.

— Нет, я ничего не хочу, я ложусь спать.

За последние дни Жади действительно изменилась, темная одежда делала ее строже и холоднее.

— Ты не хочешь поговорить?

— Я хочу только спать.

— Жади, я влюбился в тебя с первого взгляда... — пробормотал Саид.

Она бессильно закрыла глаза.

— Это невыносимая боль — любить женщину и чувствовать, что она думает о другом мужчине, что в ее сердце живет другой... Иногда я не понимаю, что я делаю... Но я хочу знать, как ты посмотришь на него, что ты будешь чувствовать в его присутствии. И в то же время я не хочу этой встречи.

— Аллах... — в ужасе выдохнула Жади.

— Единственное, чего я хочу, — это осознать, что он не нужен тебе. Я бы стал самым счастливым человеком в мире, если бы увидел в твоих глазах равнодушие к нему, — он взял ее руку. — Я не хотел обидеть тебя, прости...

— Хорошо, — она смотрела на него все тем же взглядом, несчастным и непонимающим.

Саид поцеловал жену и ушел.

Леонидас пришел домой, не подозревая, кто ждет его в гостиной.

— Иветти... — нервно вздохнул он.

— Львеночек, — улыбнулась ему Иветти.

Феррас медленно попятился назад, хватая воздух частыми глотками, как выброшенная на берег рыба. Иветти побежала за ним во двор.

— Вернись, трус! — заорала она, когда он уже был в машине. — Я разлюбила тебя! Ты думаешь, я пришла к тебе?! Нет, я пришла к Лукасу! — тут на балконе весьма некстати появились Маиза и Мел. — Я пришла поговорить с твоим сыном, слышишь, львеночек?!

Машина Леонидаса уехала, но Иветти побежала следом за ней, будто надеялась догнать.

— Кто это, мама? — спросила недоумевающая Мел.

Маиза спустилась по лестнице вместе с дочерью, громко стуча каблуками.

— Прошу тебя, Лукас, когда ты заводишь любовниц, хотя бы не сообщай им, где ты живешь! Уважай меня и свою дочь!

— Ты с ума сошла! — резко бросил Лукас. На этот раз ему не в чем было себя упрекнуть.

— Надо же! Эта женщина теперь будет устраивать скандалы у дверей нашего дома! — продолжала возмущаться Маиза. — Ты циник!

Она ушла наверх, Мел осуждающе посмотрела на отца и отправилась вслед за матерью.

— Сегодня он зашел слишком далеко, — Маиза горестно уткнулась в колени дочери.

— Мама, у папы есть любовницы?

— Ты же видела, — Маиза села и посмотрела на Мел заплаканными глазами.

— Значит, ты знала, ты так разговаривала с ним, что я поняла... А кто она?

— Не знаю, одна из них... Их так много... Я на все закрывала глаза, но скандал в доме... Этого я не прощу! Унизить меня перед слугами, перед моей семьей!

— Как ты терпишь, зная, что у мужа есть другая? — наивно поинтересовалась Мел.

— Наш брак длится до сих пор только ради тебя.

— Ради меня?! — изумилась девочка.

— Я должна была развестись с твоим отцом еще до твоего рождения. Именно тогда я даже ушла из дома, но обнаружила, что беременна, и вернулась. Я решила, что надо попытаться сохранить семью ради будущего ребенка...