Клон. История любви - Лопез Габриэлла - Страница 59

Вечером в танцзале все было, как обычно. Деуза танцевала с Катильей. Эдвалду обсыпал женщин стандартными комплиментами, а затем пригласил на танец Лауринду. Они танцевали, а Деу-

за приглядывала за ними, и вдруг... Лауринда и Эдвалду поцеловались... Деуза сразу же накинулась на свою подругу с кулаками. Продолжился скандал дома у Иветти.

— Лауринда — это шлюха, это змея! — не успокаивалась Деуза. — И сколько времени притворялась моей лучшей подругой!

Лауринда рыдала, оправдываясь тем, что на нее повлияла музыка и танец, да и потом Деуза сама сказала, что не любит Эдвалду. Сколько Иветти ни призывала подруг к разумной оценке ситуации — нельзя рвать многолетнюю дружбу из-за какого-то мужчины — но ей пришлось признаться, что если бы ее подруга поцеловала «львеноч-ка», то она тоже начла бы рвать и метать.

В итоге Деуза решила уйти от Иветти. Лауринда не переставала плакать.

— Это моя единственная ошибка за много лет нашей дружбы! — твердила она.

Но Деуза не слушала ее. Она вышла на улицу и хотела позвонить Албиери, но потом передумала и твердо решила, что больше не будет просить у него поддержки. Она сама купит маленький дом, и мать приедет к ней жить. Донна Мосинья соглашалась с дочерью, что именно профессор виноват в исчезновении Лео. И обещала Деузе, что сама попробует разместить фотографию Лео в газетах.

Саид сказал Жади, что он отвезет Кадижу к Латиффе, а потом они пойдут обедать в ресторан. Жади проводила мужа и дочь. Оставшись одна, она достала из бюстгальтера записку с номером телефона. Но Лукас, узнав, что звонит женщина и не хочет представиться, попросил секретаршу сказать, что он на совещании. Не надо соединять его с анонимами. Но лицо его стало серьезным...

— Скажите, а когда закончится это совещание? — Жади наивно продолжала диалог с секретаршей.

— Понятия не имею, оно только началось. Вы не хотите назвать себя? — спросила Кларисси...

— Нет, я перезвоню попозже, спасибо, — Жади положила трубку и тяжело вздохнула.

Она стала бродить по гостиничному номеру, описывая круги рядом с телефоном.

Лукас был в коридоре своей компании и взял трубку, когда вновь зазвонил телефон.

— Алло, алло, алло, — трижды повторил Лукас, но Жади узнала его голос и потеряла дар речи.

Вдруг вошел Саид, она испуганно положила трубку и смахнула слезу со щеки. Муж сразу заподозрил что-то неладное.

— Кому ты звонила?

— Латиффе, но не дозвонилась, — соврала Жади.

Когда она вышла взять платок, Саид нажал кнопку повтора на телефоне. Жена звонила на предприятие Феррасов...

Саид мрачно посмотрел на вернувшуюся обманщицу и не спускал с нее испытывающего взгляда на улице. Жади поняла, что муж догадался...

— Возьмем такси, — непринужденно сказала она, но Саид ответил лишь суровым кивком.

Иветти и Лауринда явились на открытие музыкального салона. Леонидас и Синира уже сидели за столиком. Иветти незаметно встала за спинкой стула Леонидаса и стала сжимать его руку. Синира изо всех сил хвалила вино, по виду напоминающее розовую шипучку. Старший Феррас чувствовал себя неудобно и одновременно блаженствовал, так как к нему прикасалась Иветти.

Невеста сказала Леонидасу, что она много о нем знает и понимает, почему он решил женить ся на ней. Они очень похожи, им обоим надоела вульгарность. «Львеночек» согласился. Иветти посмеивалась за его спиной. Когда Синира ушла, чтобы попудрить носик, Иветти подсела к Леони-дасу и поцеловала его.

— Эта дура ничего о тебе не знает! — ласково проворковала Иветти. — Львеночек, для чего тебе такая жена?!

Синира вернулась из туалета...

— Ты мужчина или бык, который кидается при виде красной тряпки?! — выкрикнула она. — Мне все ясно!

И взбешенная невеста уехала.

— Жить с ней было бы скучно, — вздохнул Леонидас и весь вечер протанцевал с Иветти, не замечая назойливых вспышек фотокамер.

У себя дома Иветти угостила «львеночка» рождественским кексом. Другое слово в рифму тоже входило в план...

Утром за завтраком Лукас увидел газету с фотографией отца рядом с Иветти и дал посмотреть Мел.

— Хоть кто-то в этом доме делает то, что хочет, — улыбнулась Маиза.

— Ты можешь помолчать? — буркнул Лукас, будто его раздражало каждое сказанное женой слово.

— Папа действительно ни в чем не виноват! — сказала Мел.

Маиза ухмыльнулась.

— Это наказание за то, что ты не хотела брака хозяина с Синирой! — заявила Далва.

Один лишь Леонидас оставил все без комментариев, он надеялся наладить отношения с невестой.

Иветти не понимала, почему Леонидас снова не дает о себе знать. Последний раз ей казалось, что он от нее без ума, и они до утра разговаривали по телефону. Она решила посоветоваться с Лукасом, позвонила ему в офис, и они назначили встречу в ресторане.

Когда явилась Иветти, Лукас, сидевший за столиком, ресторана, потерял на время дар речи. На шее Иветти висел кулон Жади. Лукас уставился на нефрит.

— Этот кулон... — наконец, с трудом начал он. Его руки сами потянулись к украшению. Лукас

не отрывал глаз от камня.

— Тебе нравится? Правда, красивый? —. Иветти прикоснулась к кулону пальцами с зелеными ногтями.

— Где ты его взяла?

— Его сдали в мой магазин. А почему ты так разволновался? — ничего не понимала Иветти.

— Продай мне его! Я заплачу, сколько хочешь, только продай! — взмолился Лукас. — Продашь?!

— Я тебе его и так отдам...

— Не надо, я хочу купить!

— Для меня он не имеет никакого значения! Держи, он твой! — она сняла кулон и положила его на ладонь Лукаса.

— Ты знаешь, кому принадлежал этот кулон? — Лукас увидел в глубине зеленого камня образ Жади.

— Кому? — заинтересовалась Иветти.

— Жади... — Лукас перевел дыхание.

Иветти изумленно отпрянула.

— В то время я хотел стать музыкантом, был готов на все ради любви... — Лукас сжал в руке кулон. — Мальчишеские выходки...

— Значит, я умру девчонкой, потому что до сих пор готова на все, — засмеялась Иветти. — Ты очень хорошо играл на гитаре.

— Я был очень застенчивым, очень слабым, весь нараспашку... Все меня трогало, все ранило...

— Ты был таким мягким?..

— Да... Мне было трудно пережить смерть Диогу, мне пришлось родиться заново. И теперь я знаю, что в какой-то степени я воскресил в себе Диогу, и чувствую себя цельным... Мы очень любили друг друга, мы были одним целым, но разделенным на два тела. Думаю, у меня ничего не вышло с Жади, потому что это происходило только с Лукасом...

— Но то, что ты забрал кулон, разве это ничего не значит?

— Раньше это многое значило, теперь это просто предмет... Жади, любовь — это все так далеко, что кажется, будто все происходило не со мной, а с кем-то другим. А кулон... Кулон напоминает, что это все-таки случилось, что это не моя фантазия...

— А я помню, как ты лежал на диване и страдал из-за нее. Мне кажется, это прекрасно, когда мужчина страдает из-за любви, — мечтательно сказала Иветти. — Неужели за это время ты так сильно изменился?

— Я растерял все свои романтические представления...

— Как жаль...

— Ладно, так о чем ты хотела со мной погово--рить? — Лукас сменил тему разговора

.— Поговорим о твоем отце... Лукас рассмеялся...

Саид сказал Жади, что завтра собирается пойти на предприятие предпринимателей, которые наладили с ним контакты. Потом владельцы наверняка пригласят их на ужин.

— Будь наготове! Если тебе нужна новая одежда и украшения, ты еще можешь купить, — невозмутимо сказал Саид, прекрасно понимая, на какой прием он поведет жену, и с кем она там встретится.

— Нет, мне ничего не нужно, — словно оправдываясь, ответила Жади.

Она сидела у зеркала со страдальческим выражением лица, когда пришла Латиффа.

— Ты идешь? Все уже собрались, — с улыбкой сказала она. — Приехал дядя Али и очень хочет тебя видеть. Он соскучился.

— Я сейчас, — грустно выдохнула Жади.

— Да что с тобой? — Латиффа села на кровать рядом с сестрой.