Страж. Наемник - Кривицкий Кирилл Михайлович - Страница 17

– Стоп, друг мой, вот с этим погоди немного, чуть позже объясню свои мотивы. Я не принимаю твою клятву!

Пока процедура кровопускания повторялась с остальными побежденными, в себя пришел Язулла, ударившийся при падении головой о стену, Чатлан сидел в углу, понурив голову. Полукровки Заллос и Элкос тихо переговаривались между собой, наблюдая за развернувшейся перед ними картиной.

– Слышь, Зал, что тут происходит?

– Обряд сохранения воинской чести. – ответил обескураженный полукровка, глянул в глаза вопросительно смотрящему на него Элкосу, пояснил. – У старших существует своеобразный кодекс чести, нарушив который они покрывают себя несмываемым позором. Я как-то слышал, что после этого, они сами отрекаются от рода или клана, смотря, что за старший, чтобы не очернить его позором. После этого уходят в проклятые земли, чтобы погибнуть в бою с запертыми.

– А что они сейчас нарушили?

– Находясь вне поля боя, напали впятером на одного противника и потерпели поражение, это для них позор. Если остался жив, старший обязан самостоятельно лишить себя гордости, для орков это клыки, для гномов – борода, для оборотней – уши.

– Вот Дантаровы отпрыски, а еще людей называют варварами! – пробормотал Элкос. – А Дан, что делает?

– Как я уже сказал, проводит обряд сохранения чести, проводит его по старинке, по всем правилам, вон как старшие удивлены. Только вот никак не могу понять зачем? Алетагро хотел поклясться, не поднимать на него оружие, но он от этой клятвы просто отказался! Опять же зачем? Ни Дантара, не понимаю!

Тем временем, орки и гномы, поочередно завязали оставленные по краям все двенадцать косиц вокруг правого запястья Данте, торчащие концы обрезали саблей, тем самым, сделав своеобразный браслет.

– Вот и прекрасно, браслет останется у меня, пока не решу, что вы свою вину искупили, если погибнем на арене, считайте себя искупившими вину. – Данте повернулся к Алетагро. – Клыки у вас отрастут через пару месяцев. – полукровка похлопал по плечу гнома. – Ороллин, Конгами, вы бреетесь, пока у них не отрастут заново клыки, после чего разрешаю вновь отпустить бороды.

Старшие понуро поплелись в свой угол, к Данте подошел Язулла, пристально посмотрел полукровке в глаза.

– Дан, возьми мою жизнь вместо жизни Чатлана.

Данте отошел на пару шагов, яростно сверкнув белыми глазами, сжимая кулаки до белых костяшек.

– Яз, твой дружок окатил меня магическим огоньком ни за что, ни про что! Из-за него я до сих пор не могу восстановиться полностью. – Язулла красноречиво посмотрел на сморщенную кожу, противно розового цвета, выглядывающую на месте осыпавшейся запекшейся крови. Уловив его взгляд, искривил губы в сардонической усмешке. – Раны-то затянулись, вот только шрамы на пол тела останутся со мной лет на пять, а пол лица вообще может не восстановиться! Так разукрасил – родная мама не узнает! А, Ангел с внешностью, он умудрился мне дыры в ауре расширить, да еще россыпь мелких добавить! Мне теперь прорву энергии на восстановление нужно, а где ее взять?!

Данте раздраженно начал бродить по камере, погрузившись в мысли. Язулла прикрыл собой ничего не замечающего друга, снова погрузившегося в черную меланхолию.

– "Северье – Северье, долбанное приключенье! Крови мало, тело энергию еще не может самостоятельно вырабатывать, внешней подпитки нет, если не считать подачек духа арены, в общем, дело швах! На полное восстановление тела крови нужно немеряно! Блин, крыло еще даже не думало восстанавливаться!" – Данте скрежетал зубами, мысленно перечисляя возникшие проблемы. – "В ауре дыры размером с голову орка, к тому же каждая схватка дается ой как не легко, приходится отбирать у себя же жизненную энергию, потом чувствую себя словно выжатая драная тряпка!" – Данте бросил взгляд на мага сидящего в углу – "Жесточайшее энергетическое голодание не дает восстанавливаться ауре, мне бы сейчас десятка три-четыре громадных погоста в самую пору, а не всего лишь два трупа с жалкими крохами энергии! Еще с этой гадской арены выбраться живым нужно!"

Полукровка остановился, сверкнув глазами.

– Чатлан, мы в глубокой заднице и каждая пара рук, способная держать оружие, нам нужна, живи до поры до времени! – Данте обернулся к старшим. – Только поэтому я вас не убил и оставил честь, а то вы со своим гипертрофированным чувством чести удавились бы у себя в уголочке! Не умеете драться, так не суйтесь, куда не следует, а то в следующий раз мужские достоинства под корень отрежу! – в глазах старших медленно закипала ненависть и жажда убийства, даже оборотни недобро стали поглядывать. Данте обернулся к людям. – Язулла, ты тоже не заступайся за него, пусть сам отвечает! Надо будет, я сам возьму твою жизнь и спрашивать не буду!

Полукровка схватил за бороду Листака – наемника, подтянул к себе и прошипел в лицо.

– Мерзкий выродок, сгребай свою поганую шеблу и пшел отсюда к отхожему ведру, там твое место! – резко развернув человека, Данте запустил наемника в кучку людей, сбивая их на пол камеры, сам отошел к противоположной стене, предварительно забрав обе сабли.

Усевшись на пол, Данте вновь погрузился в размышления. – "Вроде не сильно перегнул палку? Пусть покипят, пусть при виде меня испытывают страх и ненависть, ярость и жажду убийства! Чтобы выжить, мне ваша любовь не нужна, мужики, как раз наоборот. Вот такой парадокс – чтобы жить нужно ходить по лезвию клинка и создавать вокруг себя нездоровую взрывоопасную обстановку. Хотя, надо признать, что орки, что гномы, если бы хоть один попал, я бы вряд ли встал, ну, да так им и надо!" – усмехнулся при виде нахохлившихся наемников, сверлящих его ненавидящими глазами, перевел взгляд на двух друзей и еле удержался, чтобы не сорваться с места. – "Убивать действительно никого нельзя, но как же хочется устроить тут кровавую бойню!" – сделав несколько глубоких вздохов, постарался успокоиться. – "Одному мне не выжить и скрывать свою природу долго не смогу, как ни старайся, значит надо обзаводиться верными людьми, а лучше старшими, как ни стыдно признавать у них больше чести".

Данте принялся медленно осматривать сокамерников. – "Орки с гномами – на меня не бросятся, сейчас ненавидят, но не бросятся, честь не позволит. Лучше подружиться, свои орки и гномы в землях старших пригодятся. Алетагро предводитель отряда наемников, стоит войти в состав, чтобы как-то легализоваться на Северье. Кудорго и Грумандо – по первому впечатлению дуболомы, но умные глаза настораживают, неизвестный фактор. Алетагро тоже что-то скрывает, слишком настораживает его невежество в воинском искусстве. Ороллин и Конгами – гномы. Для предварительной оценки Конгами слишком мало данных. Ороллин – полукровконенавистник, подружиться будет труднее. С оборотнями проще – малолетки, хоть и сорокалетние, чувствуют во мне высшего оборотня, если осмелятся признать своим мастером, пойдут за мной хоть в огонь, хоть в воду. Оборотни стаю никогда не предадут, сейчас для них стая – орки, ребята уже признали меня мастером, только еще не озвучили клятву в слух, потому встали на мою защиту. Из человеческих наемников оставить в живых можно только Листака, остальных надо будет убрать, способны продать за ломаный медяк и воткнуть кинжал в спину. Язулла – воин, человек чести, если сделать его своим другом, порвет за меня любого, кого сможет правда. Чатлан – хочется убить, но нельзя, придется подавить в себе ненависть и тоже подружиться, он маг огня, значит первый потенциальный учитель стихии огня. По первому впечатлению предан друзьям. Оба уроженцы Халифата, знают местные обычаи, способны стать подспорьем, когда будем уходить с арены. Тут только два выхода, либо подружиться с обоими, либо…, в общем, от живых пользы намного больше. Заллос – полукровка, вор, личность неопределенная, наполовину гном. Элкос – убийца, холоден, не легче собрата, наполовину орк. Оба могут пригодиться, так как знают местную жизнь с изнанки, определенно остаются в живых, дальше посмотрим".