Поиск выхода - Кобылянский Павел Юлианович - Страница 92

Выстрелить мне не дал отец Яков, нарушил мой приказ, сделал шаг вперед и протянул к т’сареш руку, что-то бормоча себе под нос. Фигуру священника окутало легкое, слегка подсвеченное белым цветом облачко. Еле заметное, но все же. А вот вампир изменил цель и схватился за того, кто ближе к нему, за Якова и схватился… А дальнейшее… Как только кровосос коснулся руки инквизитора, свечение резко усилилось, и тело т’сареш поплыло, будто облитое кислотой. Ну похоже на действие серебра, только… все же немного по-другому. А ведь кровососу больно, похоже, стекающее лицо сложилось в ужасающую гримасу, и вампир буквально отшвырнул священника в сторону. Я на всякий случай всадил ему пару пуль в лицо. Готов, точно готов, еще жив, продержался дольше всех вампиров, попавших под серебро и встреченных мною ранее, но осознанных действий предпринимать уже не способен.

— Господь всеблагой, спаси и защити меня, я не знал… — пробормотал отец Яков, снова занявший позицию у меня за спиной. — Прости меня, Господи, я не хотел причинять боль, это не должно было быть так мучительно…

— Ты о чем, Шестой? — переспросил я. В проходе между повозками появился еще один т’сареш, но охрана уже очухалась, и вампир моментально превратился в пылающий факел. Я на всякий случай всадил в него еще и очередь из трех патронов, так, для порядка, хотя он уже и оседал мешком на землю.

— Дома они просто погружались в свет, в благодать и распадались прахом. Господь либо изгонял их из мира окончательно, либо останавливал, но тут… — Священник закашлялся. — Так не должно быть, какие бы злодеяния они ни совершили, как бы они ни нарушали Его заповедей, таких мук они точно не заслуживают.

— Потом обсудим, — прервал я его. — Сейчас выживать надо…

— Четвертый — Первому, «Печенег» пустой, — флегматично проинформировал меня Потапыч. Нуда, пулеметная стрельба не стихала, хоть и лупил он все время короткими очередями, но насколько можно растянуть двести патронов… На сколько можно — на столько и растянул.

Я вернулся к наблюдению за своим сектором, стараясь краем глаза следить и за промежутком между повозками. И тут воцарилась тишина… Ну в смысле стрельба стихла, звона клинков и особенно громких воплей я тоже больше не слышал. Потрескивали загоревшиеся от магических вспышек кусты, откуда-то неслись стоны, видимо, раненых, но по сравнению с тем, что творилось пол минуты назад, было тихо. Ну что, все, что ли?

— Великий… призываем… портал… старейший…

А вот это кто-то очень громко закричал… Только… «Понималка» дала осечку. Нет, отдельные слова она переводила, образы в сознании всплывали четкие, но смысл всей фразы от меня ускользал.

Метрах в пятидесяти от повозки, под которой я лежал, взвихрилось черное облако, перевитое фиолетовыми и оранжевыми спиралями. Оно пульсировало, как живое, и заодно повалило несколько деревьев, соприкоснувшихся с ним. Портал, точно портал. Одновременно и похож и не похож на тот, которым прибыл архимаг. Но где-то что-то очень похожее я уже видел. Ну точно, через такую же штуку мы сюда и попали. Ой е-е-е, они что, Древнего сюда притащили? Тваю мать, ща будет весело… И я, не рассуждая, пальнул в облако и, не раздумывая, добавил ВОГом. А чего их экономить, особенно теперь.

Так, видимо, рассуждал не я один, подствольники хлопнули еще пару раз, и рвануло в облаке не хило. Еще и маги добавили, причем одновременно, огнем и водой, так что весь портал заволокло раскаленным паром.

А вот само появление Древнего я пропустил — перезаряжал гранатомет. Когда опять всмотрелся в площадку перед нами — облака портала уже не было, на его месте сгущалась в человекоподобную фигуру дымка, очень похожая на ту, которую мы видели почти в самом начале наших приключений, только не белесая, а черная. И гораздо плотнее, материальнее, что ли. Ударил ужас. Нет, УЖАС!

Из повозки чуть ли не мне на голову выпал поскуливающий маг (судя по одежде и отсутствию оружия). Выпал и сжался в комочек у колеса, закрыв голову руками. А мне… мне было как-то все равно. Ну вроде осознавал, что страшно, но себя контролировал и бежать куда глаза глядят не собирался.

— Они призвали Древнего, ублюдки! Ужас Бездны — в полную силу… — Рядом со мной рухнул взмыленный Гаррион. Тифлинга трясла крупная дрожь, его, видимо, тоже ударило, но он пока еще держался. В обеих руках мастер сжимал по корду, левый был измазан кровью, все лезвие на правом — в пятнах какой-то непонятной темной и тягучей субстанции. Наконечник хвоста, кстати, тоже в крови.

Я на пробу дал короткую очередь по фигуре. Вот мать, никакого эффекта, Древний только слегка дернулся, и накатила новая волна страха. На Гарриона было жутко смотреть, не знаю, на каких остатках воли он держался. А, нет, кто-то позади фигуры взвыл, видимо, попал дуриком, что называется. По сторонам от Древнего начали появляться т’сареш, разворачиваясь в цепь, они явно готовились идти в очередную атаку. Тирли прицельно пристрелил одного, Стингер с Потапычем лупанули длинными очередями, снося сразу троих. Вампиры оказались не идиотами, сделали выводы и моментально попрятались. А Древний сгустился еще больше, стал почти материальным и плывущим шагом, не торопясь, двинулся в нашу сторону, гоня перед собой леденящую волну страха.

Тут на сцену опять выступил отец Яков. Блин, я и забыл, у священника же нет нашего иммунитета, он же держится исключительно на вере и силе воли. В воздухе повисли слова молитвы, похоже, на старославянском, никогда ничего подобного не слышал. Слова повисали… в буквальном смысле. Казалось, каждое слово обретает некую форму, наливается светом и плывет в сторону Древнего. Ха, а вот это его, похоже, проняло. Повелитель вампиров взвыл, кстати, этот вой взвихрил вокруг него опавшую листву, хвою и прочий лесной мусор, вампирюга дернулся, взмахнул верхней конечностью, и священника сшибло с ног. Ох ты, я не предполагал, что можно так чем-то разорвать кевлар и титановые пластины под ним. Нет, пробить можно, но отцу Якову разворотило весь левый бок вместе с броником. Священник зажал рану локтем левой руки, но молитву не прервал, речитатив старославянского лился все так же размеренно и напевно. Древний ударил еще раз, но теперь промазал. Магический удар пришелся в землю. Небольшой недолет… Правда, инквизитора все равно снесло ударной волной. Молитва прервалась…

Фигура Древнего торжествующе двинулась вперед, между деревьями замелькали т’сареш, но передвигались они грамотно, не оставаясь надолго в зоне видимости, так что выцелить никого не получалось…

И тут прорвало… Казалось, в пространстве лопнул нарыв. Напряжение, все больше и больше разливавшееся в воздухе, внезапно исчезло, стало полегче. По деревьям, а заодно и по т’сареш, прятавшимся за ними, словно коса прошла. Древнего, кстати, тоже смело, как порывом ветра.

— Все готово, уходите немедленно. — У меня за спиной стоял архимаг с очень недобрым выражением лица и перекатывал в левой руке парочку крупных светящихся кристаллов. — Дальше мы сами как-нибудь справимся. Гаррион, помоги им и не лезь под руку.

Один из кристаллов исчез в неяркой вспышке, а с небес шандарахнула здоровенная фиолетовая молния, оставившая в земле дымящуюся воронку.

— Первый — всем, уходим, — рявкнул я. — Стингер, бери труп, остальные подберите барахло, бегом…

Схватил священника за подвеску на спине и волоком потащил к вратам, стараясь не терять при этом из виду Игнатиуса, да и само поле боя тоже. Впрочем, ничего толком видно и не было. Архимаг просто стоял, а все пространство перед ним было затянуто дымом и пылью. Только где-то в этой пелене постоянно раздавались взрывы и иногда вылетали комья вывороченной земли и обломки деревьев.

Священник глухо стонал, зажимая руками развороченный живот. Мать, скорее бы он сознание потерял, тащить легче будет. Убраться бы отсюда, обколоть его антибиотиками поскорее… Хотя если в ближайшие сутки он не окажется в хорошей операционной, то, скорее всего, шансов у Якова немного. Его так разворотило, что перитонит неминуем.