Часовое имя - Щерба Наталья Васильевна - Страница 64

Василиса не могла даже пошевелиться — так и лежала, уткнувшись носом в сырую, вонючую солому Она вдруг подумала, что никогда еще, никогда ей не было так страшно. Потому что самая ужасная вещь на свете — это бессилие, невозможность остановить того, кто поступает плохо. Хуже всего — это несправедливость…

— Перстень вытянет из тебя последние воспоминания, — зло прошептал Марк ей в самое ухо. — Если приложить чуть больше силы, можно вытянуть вообще все. Ты забудешь, что видела и слышала в своей маленькой, незначительной жизни… Очень сомневаюсь, что я смогу рассчитать свои силы.

В следующий момент ее шею обожгло сильной болью.

Василиса закричала — кожу запекло так, словно к ней только что приложили раскаленное железо.

Но вдруг все прекратилось. Раздался глухой, тяжелый звук — словно кому-то дали сильного пинка, яростный вскрик, снова удар и вслед за этим жалобный скулеж.

— Пшел вон, щенок!

— Я ни в чем не виноват, — лепетал Марк. — Меня заставили!

— Пошел вон!!!

Василису дернули вверх и подняли на ноги.

— Доигралась?!

Нортон-старший был взбешен, глаза его сверкали безумным, гневным огнем. Василиса никогда не видела его таким. Она хотела ему что-то сказать, но совсем обессилела, — ноги подкосились, и она упала на руки отца, успевшего подхватить ее на лету.

— Почему ты не рассказала мне, что задумала? — прошипел отец сквозь зубы.

В его светло-зеленых глазах вновь полыхнула ярость. Теперь он все узнает, что бы там ни было…

Василиса поняла, что теперь уже бесполезно рассказывать, что она хотела только проверить свою догадку. Не вязалась как-то маленькая музыкальная шкатулка с той самой легендарной Черной Комнатой, которую все так искали. А еще стоило бы напомнить, что они, старшие, не хотели пускать Василису во вторую экспедицию. Разве хоть кто-нибудь тогда к ней прислушался? Списали все на «душевное потрясение»…

— Я начинаю думать, что Елена права, — пробормотал вдруг Нортон-старший, словно в забытьи. — Права, что ты — мое проклятье… Из-за твоей сумасбродной выходки я только что чуть не объявил духам войну, — жестко произнес он. — Едва сдержался… К счастью, Черной Королеве удалось предотвратить общий конфликт. Все разошлись недовольные друг другом, но с миром. Одно плохо: тебе придется побыть еще некоторое время здесь.

У Василисы от ужаса перестало хватать воздуха.

— Ты не заберешь меня домой? — растерянно прошептала она, часто дыша. — Как же так?

— Тебе больше не причинят вреда. — Нортон-старший поджал губы. — Но этот чертов крючок, сын Астрагора, прав: ты нарушила закон, пробралась к ним в замок. Ты понесла заслуженное наказание. Ранее ни один шпион не выживал! Уж поверь мне… Главное, что тебе сохранили жизнь. Но тебе придется пробыть здесь до третьего путешествия в Расколотый Замок.

— Значит, я все-таки пойду снова? — не поверила Василиса. Она даже приободрилась, несмотря на весь ужас своего положения. Может, ей удастся забрать проклятый сверток, из-за которого теперь столько ужаснейших проблем!

— Я связан с Астрагором клятвой, — глухо произнес отец Василисы, игнорируя ее реплику. — И не могу идти против него. Даже несмотря на то, что знаю его числовое имя… Вот почему мне придется оставить тебя здесь. Единственное, насчет чего я смог договориться — тебе принесут еду. А завтра ты всем расскажешь правду. Рок дал слово, что больше никаких пыток не будет.

Неожиданно отец шагнул к Василисе и схватил за плечи.

— Ты должна больше доверять мне, — сказал он, глядя ей прямо в глаза. — Да, в прошлом между нами было много недоразумений. Хотя, признаюсь, я не рассчитывал на то, что ты окажешься такой смышленой…

— Вот именно.

— Что? — Нортон-старший недоуменно нахмурил лоб.

— Ты сам мог бы больше доверять мне.

Серо-зеленые глаза приблизились к ее лицу настолько, что Василиса смогла разглядеть мелкие коричневые крапинки на радужке.

— Договорились.

Отец ушел. Василиса плотнее закуталась в теплый плащ и погрузилась в свои думы. Следовало подготовиться к завтрашнему рассказу о своем путешествии. Время шло, еду так и не принесли. Но Василиса была только рада — пусть лучше вообще не будет никаких посетителей, она сыта ими всеми по горло.

Вдруг чья-то тень метнулась по полу — в камеру проскользнул маленький черный треугл. В тонких зубах-иглах он держал лист бумаги.

Василиса осторожно забрала у него листок и тихо ахнула, узнав их фотографию с Мааром.

— Где ты достал?! — изумилась она.

Короткое «мяу» в ответ.

— Наверное, ты видел, как я пыталась вытащить ее из ящика под часами?

Еще одно «мяу», на этот раз утвердительное.

— Тебе за это не попадет, а?

Треугл издал шумный вздох и, приблизившись, толкнулся своей треугольной мордочкой в ладонь Василисы: поторапливайся, мол.

Девочка быстро наклонилась и поцеловала его в мягкий, мокрый нос. Довольно улыбнулась, услышав ошалелое «мяу», прищурила один глаз, как на фотографии, прошептала часовое имя и — дотронулась до снимка.

Несколько вспышек одна за другой — словно Василиса попала под прицел множества фотокамер… И вот она уже видит перед собой улыбающегося Маара. Без всякого стеснения мальчик заключил ее в такие крепкие объятия, что у нее даже кости хрустнули.

— Ты чего? — Она смущенно высвободилась.

— Знаешь, я поменял свое мнение о среброключнике, — сказал ей Маар. — Он связался со мной и все рассказал. Это ведь мы с ним вместе тщательно настроили переход между часограммами — он дал мне точные координаты, поэтому удалось так быстро переместить тебя. Правда, я волновался, сможет ли он передать тебе одну из копий, но вот — ты здесь.

— Я тоже поменяла о нем мнение, — устало вздохнула Василиса. — Впрочем, в последнее время я делаю это довольно часто.

Маар поднял брови, недоумевая, но вскоре вновь улыбнулся.

— Сюда уже идет Черная Королева, — со значением сообщил он. — Так что готовься… Но вообще я на тебя ужасно зол. Ты меня подставила. — В его голосе промелькнула обида. — Хотя могла бы просто рассказать о своем замысле. Мы пошли бы вместе! И тогда бы ты не попалась.

— Я переживала, что ты не одобришь мой план, — виновато ответила Василиса. — Извини.

— В следующий раз, когда тебе в голову придет еще одна хорошая идея, не забудь посвятить меня во все подробности. — Он неловко усмехнулся. — Но сейчас лучше приготовься к визиту нашей королевы. Признаться, я тебе сейчас не завидую.

— Да уж… — протянула Василиса. Она уже спешно придумывала оправдание содеянному, со страхом ожидая гнева повелительницы лютов.

23 ГЛАВА

ПЕРЕД ПОХОДОМ

Часы в Каминной Зале Чернолюта показывали ровно семь вечера.

Василиса сидела перед тарелкой и рассеянно рассматривала золотистые поджаренные сухарики на горке из салатных листьев. Есть не хотелось.

В покоях Черной Королевы продолжалось совещание по поводу ее судьбы. Старшие — отец, Миракл, обе королевы, старик Дарос и, конечно, Рок решали, что делать с Василисой — брать ее в новую экспедицию или не брать.

Еще вчера ей пришлось рассказать все, что она видела во время двух своих путешествий: комнату игрушек, музыкальную шкатулку, даже серебряный кубок и часы с железной шишкой. Ее заставили подробно описать таинственного «дворецкого» и вспомнить все, что он говорил.

К счастью, к Василисе не стали применять часовое зелье, поэтому о маленькой Николь она все-таки умолчала. Как и о том, что перепрятала сверток, найденный в сундучке.

Еще вчера решили идти целенаправленно в комнату со странной музыкальной шкатулкой и проверить, все ли на месте. Кроме прочего, после вчерашнего «допроса» девочке пришлось выслушать длинную лекцию от отца, как она подвела всех, не сказав правду своевременно.

И вот сегодня ее вообще не пригласили на собрание, хотя остальные ключники там присутствовали, а отправили дожидаться всех в Каминную Залу.