Кристинины сказки, или Фантазии двенадцатилетней девочки - Выборнова Кристина - Страница 47

— А то как же! Но за этой стеной меня ждет большое количество людей с копьями.

— Да, — согласилась я, — от такого побега толку мало! А что если их… угостить конфетами, которые мы, помнится, сорвали в какой-то роще?

Все тут же порылись по карманам и вытащили измятые коробки. Дивкот в отличие от остальных вытащил коробку не из кармана, которого, кстати, у него и не было, а из уха. Мы кое-как разгладили коробки и стали звать дикарей. Дикари сбежались. Я взяла у Дивкота, Андрея и мумии коробки и раздала всем конфеты. Дикари весьма недоверчиво посмотрели на продукты питания, и все разом надкусили по конфете…

В суматохе, поднявшейся через секунду, нам ничего не стоило ускользнуть от врага и затеряться в джунглях.

Через некоторое время мы остановились перекусить фруктами.

Мумия, пребывающая в хмуром расположении духа из-за того, что не могла забинтовать себе указательный палец, разбинтованный дикарями, от еды отказалась. Дивкот в принципе вообще питался кислородом, у меня же не было аппетита, и поэтому есть стал один Андрей. Но мы так смотрели на него, что он в конце концов подавился и выкинул еду.

— Если никто не ест, идемте, — сказала мумия и повела нас.

Только вела недолго. Вскоре мы оказались у мокрого и противного болота.

— Не понимаю, откуда в джунглях… — начал Андрей, но кот оборвал его.

— Здесь все волшебное. Придется перебираться через это мокрое место.

Мы послушно стали перебираться, и оказалось, что это довольно трудно. Мы с Андреем и мумией прыгали по кочкам не хуже чемпионов мира, но было очень неприятно, когда кочка под кем-нибудь утопала, и этот кто-нибудь: я, мумия или Андрей, оказывался по шею в болотной жиже. Дело Дивкота было еще кислее, чем наше. Весил кот около трех тонн, и поэтому окунался даже чаще, чем мы. Его черно-бело-рыжая шерсть намокла и загрязнилась, но он все равно упорно двигался через болото.

Скоро болото стало менее трясинистым. Появились крепкие кочки и даже поваленные деревья. Одно такое дерево было пустым изнутри и таинственно светилось.

— Загляни-ка в дерево, — попросила я мумию. — Может, там суше, чем тут, и мы сможем переночевать внутри него.

Мумия кивнула и, осторожно заглянув, в дерево, с воплем отлетела назад.

— Что там? — бросились к ней мы.

— Ничего, — удивленно ответила Карадум.

— Ничего не видно, — поправилась она.

— Так что же ты вопила? — спросил Андрей.

— Нельзя, что ли?! — возмутилась мумия. — Не нравлюсь, пусть Аделя смотрит.

Я заглянула в дерево. Там явно кто-то ворочался. Я схватила ветку и, ткнув нечто, крикнула:

— Кышь! Уходи! Люди спать хотят!

И тут же отскочила, потому что из дерева с ревом полез огромный бежево-зеленый медведь. Лез, лез, а потом застрял своей задней частью и заорал на все болото.

— Сухой! — пощупав медведя, доложил Андрей. И тут мы с мумией, не сговариваясь, впихнули медведя обратно.

— Что это вы делаете? — спросил Андрей.

— Иди лезь на новую постель! — ответила я и подтолкнула Андрея к дереву.

Он наконец все сообразил и улегся. Мы с мумией пожелали Дивкоту спокойной ночи, и, тоже просочившись внутрь дерева, легли на зверя.

Медведь был мягкий, сухой и удобный. Мы на нем устроились очень комфортно. Единственным его недостатком было то, что он все время ворчал и сопел прямо мне в ухо, поскольку я лежала на его голове… В час ночи мы проснулись. Медведь ревел, как автомобильная сирена, пропущенная через усилители.

— Чего он орет, а?!! — завопил Андрей.

— Не знаю!!! — заорала в ответ мумия. — Аделя!!!

— Чего?!!!

— Что с медведем?!?

После долгого осматривания животного выяснилось, что я наступила ему на ухо. Я сняла ногу. Звук пропущенной через усилители сирены затих, и мы заснули.

В пять часов утра заорал Андрей.

— Этот мед… ведь! Он стоит у меня на пальце!

Мы с трудом сняли медвежью лапу с его руки и снова заснули.

Проснувшись, я еле разлепила глаза. На руках у меня красовались синяки.

— Медведь несчастный лапой что ли меня ночью трамбовал? — проворчала я и вылезла.

На улице лежал проснувшийся Дивкот.

— Буди всех! — муркнул он. — Долго жить на болоте вредно.

Я бросилась будить дружков и нечаянно разбудила медведя. Андрей и мумия еле успели вылезти, как зверь с воплями полез тоже. Застряв, естественно, задней частью, он заорал в три раза громче, чем раньше.

— Дивкот, вытяни, — попросила мумия, затыкая уши руками.

Кот взял медведя за лапу и дернул. Медведь высвободил заднюю часть и полез обратно. Застрял, но орать не стал, а захрапел. А мы тем временем тихонечко ретировались.

Болото мы наконец прошли и радостным маршем направились навстречу новым приключениям.

Мумия вывела нас из джунглей. За ними расстилались луга. Мы пошли за мумией, которая по дороге все еще пыталась забинтовать свой указательный палец. Все вроде бы было спокойно…

И вдруг прямо перед нами опустилась большая свинья размером с Дивкота. Она махала широкими крыльями и стреляла из ноздрей пулеметной очередью.

— Ложись, — крикнул Дивкот и, выдрав клок шерсти, залепил свинье нос.

Свинья раскашлялась. Из ее рта вылетела небольшая ручная граната и разорвалась совсем рядом с нами. Мы с Андреем шарахнулись в какую-то канаву и там притаились. Мумия неуклюже шлепнулась на нас. А Дивкот уже вовсю боролся со свиньей. Свинья принялась плеваться ракетами, а кот шлепать по ним лапой и растворять. Грохота особо не было, и мы могли спокойно поговорить.

— Интересно, кто нам подложил эту свинью? — произнесла я.

— Муравьедки, кто же еще, — сердито сказала Карадум.

— Ой, смотрите! — сказал вдруг Андрей.

Было на что посмотреть! Свинья вдруг взорвалась, а вместо нее появилась пушистая кошка, размером чуть пониже Дивкота.

— Мурм… — выгнул спину кот.

— Хрюрм… — ответила кошечка и, подталкивая Дивкота лапой, куда-то повела.

— Быстрей! — крикнула я, выскакивая из ямы. — Уведет ведь кота не знаю куда!

Мы помчались за животными.

— Дивкот, это свинья! — крикнула мумия.

— Свинья?! — угрожающе повернулся к ней кот. — Я тебе дам свинью! Это кошка!

— Не кошка! — крикнул Андрей, но Дивкот смел его хвостом и отвернулся.

Свинокошка скромно кашлянула ручной гранатой. И тут я поняла, что делать! Я бросилась к гранате и, не дав ей упасть, подхватила. А затем размахнулась и бросила в кошку. Кошка взорвалась. Дивкот повернулся ко мне, но убить не успел, поскольку увидел вместо кошечки большую мерзкую свинью, которая опять стала плеваться ракетами.

Битва возобновилась. Но на этот раз бились и мы, потому как свинья через каждые пять минут превращалась в кошку, и надо было кидать в нее ручные гранаты.

Дым стоял коромыслом. Поминутно жахали взрывы. Свинья, пытаясь время от времени превратиться в кошку, плевалась ракетами, фыркала пулями, кашляла гранатами, чихала дробью и зевала ящиками динамита. Дивкот, растворяя все это когтями, пытался ими же достать свинью, но это было трудновато.

Наконец кот позвал нас и велел:

— Спилите мне коготь! Вот пила! Быстрей!

И мы стали пилить. Помню, каких только мы не выделывали упражнений, чтобы, не прекращая пилить, поймать ручную гранату, уклониться от пулеметной очереди, подбросить вверх ящик с динамитом, чтобы Дивкот растворил его…

Но все же, пилить мы закончили и только отволокли огромный коготь от кота, как свинья зевнула вагоном динамита, и надо было его ловить. Потом посыпались ручные гранаты, и пришлось носиться за ними.