Кристинины сказки, или Фантазии двенадцатилетней девочки - Выборнова Кристина - Страница 55

— Какая большая ладья! — с уважением сказала Инна.

— Да что ты, это самая маленькая ладьишка «Тон-конюх», — фыркнула Кристина.

— А вон на ту штуку стоит взглянуть, — добавила она, указав в сторону большой ладьи.

— Называется «Боковест», — сообщила Кристина.

— Носовая фигура красивее, чем на «Тонконюхе», — заметила Тигрокоха, разглядывая деревянную фигуру человека с лошадиной головой.

— Вот бы подняться на борт! — тоскливо протянула она. — Там, может, еда…

— А почему бы и нет? — произнесла Кристина. — Только бы никто не заметил.

— Да ладно! — сказала Инна и взошла по трапу.

Тигрокоха облизнула себе затылок — настолько длинный был у нее язык — и вместе с Кристиной прошлепала на борт.

Как только компания посмотрела вокруг, ее парализовало. Деревянная лошадь-человек осторожно слезала с носа, медленно передвигая копыта. Она обернулась к трем статуям и сказала:

— Привет!

Молчание.

— Ну в чем дело?! — заорала фигура.

— Привет, привет, — поспешно ответил хор голосов.

— Меня зовут Лошария. Поплыли со мной? — без лишних церемоний спросила лошадь.

— Куда?!

— На гору Арарат, за волшебным виноградом для феи Кошарии. Она варит из него зелье.

— Какое еще зелье? Для чего оно? Клумбу поливать, что ли? — насмешливо фыркнула Инна.

— Нет, не клумбу. Ведь если это зелье не вылить в море, оно зальет весь берег и все утонут.

— И залью! — неожиданно заорало из глубины воды. — В прошлом году виноградное зелье обещали. В позапрошлом тоже! Надоело ждать! Крайний срок — неделя. И то спасибо скажите.

— А зачем тебе зелье? — вежливо спросила Кристина.

— Голодное, — буркнуло море и злобно шарахнуло о берег двухметровую волну.

— Не сердись, получишь зелье к сроку! — крикнула Лошария.

— Сними нас со швартовых.

— Это я могу, — с явным удовольствием сказало море и, послав волну, отвязало канаты.

Ладья тронулась. В глубине воды слышались странные звуки. Голодное море облизывалось.

— Давайте зайдем внутрь, — предложила лошадь и открыла входную дверь.

Кристина вошла первой, Инна — второй, а за ними впрыгнула сытая и только что сожравшая огромную рыбу Тигрокоха. Рыбу дало море за сто рублей, которые Коха нашла в пыльном углу ладьи.

…Когда все зашли, лошадь крепко закрыла дверь и включила люстру. Гости молча созерцали четыре мягких кресла, дорогущий коврище, стол из черного дерева, на котором находился магнитофон «Филипс», а в уголке, на тумбочке, скромно стоял телевизор «Сони». На стене висели чудесные пейзажи и портреты.

— Присаживайтесь, — небрежно сказала Лошария.

Девочки и коха сели.

— Какие у вас красивые картины! — похвалила Кристина.

— У меня еще и получше есть, пойдем, покажу.

Лошадь повела девочек и Тигрокоху по коридору, открыла какую-то дверь и указала на шедевр:

— Вот самая лучшая. Называется «Праздничный обед».

— Вот это да-а-а-а… — произнесла потрясенная Инна.

На картине была изображена комната, посреди которой дрались два человека, лупя друг друга пирогами. Один парень тихонько отползал в угол, пряча за спиной селедку. Еще один парень висел на потолочном крюке, жадно поедая банан. Так что неудивительно, что картина так потрясла Инну.

Неожиданно раздался вопль последней:

— Ой, что это такое?!

На нее прямо с картины свалилась пестрая птица.

— Осторожно, это чучело китайского петуха!!! — закричала Лошария, ловя чучело в воздухе и прижимая его к груди.

Ладью начало ощутимо покачивать. Потом раздался резкий удар и бульканье.

— Рыба-молот! — воскликнула лошадь. — Она пробила днище!

— Началась буря! — сообщила Кристина, выглянув в иллюминатор. — Все на палубу!

— А как же чу… — начала Лошария.

— Да ну тебя со своим чучелом, у нас пробоина в днище! — рассердилась Тигрокоха и потащила лошадь по коридору.

…Девочки были уже на палубе.

— Слушай, море, — сказала Кристина. — Это что еще такое?

Но море молчало, а ладья тонула. Из коридора вынырнула Тигрокоха, таща за собой лошадь.

— Ныряем! — крикнула Инна и первая бухнулась за борт.

Остальные тоже прыгнули, и ладья моментально потонула.

— Это еще что за свинство! — возмутилась Кристина, подпрыгивая как поплавок на волнах. — Море поступает нечестно!

— Спит оно, — вздохнула лошадь. — А шторм — от его храпа.

— Понятно, — произнесла Кристина.

— Какой-то остров! — вдруг объявила Инна. — Поплыли к нему.

— Фофлыли, — согласилась Тигрокоха сквозь пойманную рыбу и стала подгребать к острову.

…Когда четверо путешественников выбрались на остров, солнце клонилось к закату. Море было спокойно, как зеркало.

— Не люблю долго купаться, — заявила Кристина, растягиваясь на траве.

— Я тоже, — зевнула Инна. — После моря спать хочется…

И девочки тут же заснули.

… Лошадь сидела на травке и дремала. Ее разбудила Коха.

— А девочки хотят р-р-рыбки? — спросила она, держа в зубах окуня.

— Нет, — отрезала лошадь. — Ложись спать.

Компания проснулась от грохота волн и воплей:

— Вставайте, сони! Утро давно! — орало невежливое море.

Пришлось всем встать. После завтрака из ягод, найденных на острове, все сошлись на том, что пора делать лодку. Тигрокоха с Лошарией тут же притащили огромное сухое дерево и принялись продалбливать в нем выемку когтями и камнями. Инна с Кристиной тоже притащили какой-то булыжник и чуть не отломили им полствола. Но несмотря на отсутствие инструментов, лодка скоро была готова. Под понукания противного моря ее спустили на воду, сели и изо всех сил погребли палками в абстрактном направлении. Но вскоре всем надоело сидеть по колено в воде, которая сочилась сквозь щели в рассохшемся дереве.

— Лучше уж поплыли без лодки, — сказала Кристина и вдруг, охнув, оказалась в воде.

Рядом отплевывались Инна, Тигрокоха и Лошария. Услужливое море самым мерзким образом исполнило Кристинино желание, потопив лодку.

— Думать надо, что говоришь, — набросилась на Кристину лошадь.

— А откуда я знала, что оно не спит?! — отбивалась Кристина.

— Когда спит, тогда шторм, а сейчас шторма нет, — сказала Инна.

— Ну извините, — покаялась Кристина. И только Инна и лошадь хотели милостиво кивнуть, как прямо перед ними остановился маленький катерок со стеклянной кабиной. Его вела какая-то девочка.

— Подвезти до Рыбьего острова? — спросила она.

— Пожалуйста, — ответила Кристина и полезла на борт.

За ней полезли Инна и лошадь. Тигрокоха просто-напросто запрыгнула на борт, держа в зубах окуня.

А теперь несколько слов о рыбьем острове. Рыбий остров не обозначен на карте, поскольку он каждый год меняет место пребывания. Собственно говоря, это не остров, а огромная рыба, на которой стоит город. Рыбой там пахнет не очень, поскольку все асфальтом заложили. И к тому же у каждого дома стоит испеченная на жаре и безмерно смердящая помойка, которая напрочь заглушает все запахи. Вот, собственно, и все. А теперь, вернемся к путешественникам.

…Четверка сидела в кабине катерка и болтала с девочкой-водителем, не замечая, что катер уже причалил.

— Выходите! — крикнула в ухо Кристине девочка.

— Вылазьте! — гаркнуло невоспитанное море, и друзья наконец спустились по трапу на землю, то есть на рыбу.

Тут же набежала куча народу, которая вопила как полоумная:

— Путешественники!!! Приехали!!!

Тут же из толпы выскочила журналистка с микрофоном и, ринувшись к Инне, затрещала:

— Скажите, пожалуйста, чем вы занимаетесь и куда сейчас плывете?

— Ась? — повернулась оглохшая Инна.

«Ась» — аккуратно записала журналистка и повернулась к Кристине.

— А чем вы…

— Извините, пожалуйста, — как можно вежливее произнесла Кристина. — Но нам некогда.

— Так что, если вы дадите нам вертолет и немного провизии, мы отправимся дальше, — докончила лошадь.