Сказочные повести. Выпуск четвертый - Балл Георгий Александрович - Страница 55

55

Ребята расставили руки и легко стали подниматься вверх… Все, что было внизу, исчезло. Они поднимались все выше и выше. Над ними светило множество солнц.

— Ой, сколько их! — крикнула Зоя Милочкина.

— Миллион и одно, — ответил Кубик, который не отставал от ребят. — Выберите из миллиона это одно солнце: на других вы можете сгореть.

Вася Сарделькин ткнул саблей:

— Вот то.

— Почему?

— Да потому, что оно нарисовано.

— Это я рисовал! Я! — закричал Миша Шустриков. — Мне было тогда пять лет. Я помню.

Ребята прилетели на солнце Миши Шустрикова. Оно было похоже на цветок ромашки, только вокруг лепестки были не белые, а желтые. В самой середине солнца Миша Шустриков нарисовал маленький домик с тремя окошками. Ребята и Кубик посидели в домике. Отдохнули.

— А теперь — вниз, — скомандовал Кубик.

Они падали, словно парашютисты с закрытыми парашютами. И не боялись.

Внизу опустились на невидимую воздушную подушку. И даже потом попрыгали на ней, как на мате в физкультурном зале.

— Хватит! — останавливал их Кубик. — У нас еще далекий путь.

— Да, хватит, побаловались и достаточно, — проговорила Ира Сосискина голосом Нели Ивановны.

— Смотрите, такого вы еще раньше не видели, — и Кубик показал вниз, куда вела узкая тропинка.

Глава 10. Задание выполнено

Они пошли вслед за Кубиком по узкой тропинке и очутились в совершенно необычном городе. Он весь состоял из живых домиков-кубиков. Домики то возникали, причудливо соединяясь, то разваливались. Сопровождавший ребят Кубик, чтобы не потеряться среди себе подобных, надел голубую шапочку.

Кубик в шапочке сказал:

— Вы можете строить из этих прыгающих домиков новый город или что захотите. Одно условие: пусть то, что вы строите, сразу бы не рассыпалось. И было достаточно прочным.

Ребята таскали живые кубики, а те сопротивлялись, выбрасывали ручки и ножки, толкались. Мешали. И как только что-то начинало получаться — домик или даже простой забор — тут же со смехом рассыпались.

— Ничего не выходит, — захныкала Ира.

Кубик в шапочке сидел в стороне и не принимал никакого участия, ничего не подсказывал.

Вася Сарделькин ходил среди прыгающих кубиков, помахивал саблей, думал.

— Чего не помогаешь?! — спросил Миша Шустриков. — Я тут с ними совсем упарился. Когда я был маленький, то построил столько домов из кубиков, целые города с башнями, но те были послушные, а эти, только что-нибудь начинаешь выстраивать, сразу руками толкаются — и все рушат. Наверное, ничего не выйдет.

Вася не ответил. Он думал. Потом подошел к двум кубикам и сказал:

— Возьмитесь, ребята, за руки.

Кубики это сделали.

— И вы, и вы, — командовал Вася, — да повеселее…

И он засмеялся. И кубики засмеялись.

— Те берите этих… Ха-ха… Хо-хо… И будет хорошо, — напевал Вася Сарделькин и сказал:

— Разделимся, ребята, на две команды… Разделились? Отлично. Команды, станьте поближе друг к другу. Теперь на тех, что внизу, залезайте другие кубики, хватайтесь за ручки… Делайте ступеньки, чтобы легче было залезать. Очень хорошо. Вот уже у нас поднимаются башенки… Выше башенки… Еще выше… Две башенки рядом, друг против друга… Эй, команды, не отставайте! Выше, еще выше… Ого, какие прекрасные башенки! Хорошо, достаточно…. Теперь там, наверху, слышите меня, кубики из разных команд, беритесь за ручки. Сверху две башенки сцепились крепко-крепко… Отлично. А теперь нижние кубики обеих команд очень осторожно, очень тихо пошли в противоположные стороны. Не бойтесь, идите, ребята. А там, наверху, не отпускайте ручек, крепко-крепко держите друг друга… Нижние продолжают медленное движение… Еще чуть-чуть… Еще… Стоп! Замерли. Все крепко держимся за ручки.

Кубики звонко смеялись, довольные игрой, и они сами не заметили, как выгибался дугой широкий глазастый, рогастый мост. И вдруг под мостом потекла река.

— Пройдемся, что ли, — пригласил Вася Сарделькин своих, а также Кубика в шапке.

Они прошли по мосту на другую сторону реки. Вася Сарделькин оглянулся:

— А теперь, ребятки-кубики, искупаемся, сделаем разом бух-тарабух.

— Что? Что? Что? Что? Что? — зашумели кубики.

— А вот что. Хлопните в ладоши и скажите: «бух-тарабух». Ну, раз, два, три… Бух-тарабух! Ха-ха-ха!

Со смехом развалился мост. Кубики с брызгами попадали в воду, замахали ручками, поплыли, выбрались на берег и еще долго кричали: «Бух-тарабух, бух-тарабух…».

Кубик в шапочке пожал руку Васе Сарделькину.

На той стороне теперь уже бывшего моста был виден в дымке тумана лес. Вася Сарделькин подумал, что он похож на тот лес, из которого они когда-то улетели. Почему — «когда-то»? Ведь на этой планете не существовало времени. Но для ребят все равно время не исчезало. И каждый из них словно тайно, бережно хранил земные часы.

Миша Шустриков сказал:

— Мне кажется, мы тут были, хотя в тумане трудно понять.

Когда ребята вышли на поляну, они увидели костер и вооруженных людей.

От высокой сосны отделился с автоматом человек.

— Кто идет? — окликнул он.

— Свои, — сказал Вася Сарделькин.

— Я давно за вами слежу. Кто вы, ребята.

— Проводите нас к командиру, — сказал Вася Сарделькин, который догадался, что это и есть партизаны.

Они все вместе подошли к костру. Дым от костра смешивался с туманом. Человек в гимнастерке без погон с очень молодым лицом поднялся от костра.

— Пароль.

— Вопрос, — сказал Вася Сарделькин. — В какой сказке великого русского писателя пожилая женщина вдруг захотела жить в «Окияне-море»?

— Ответ, — сказал Командир. — В сказке о «Рыбаке и рыбке» Александра Сергеевича Пушкина. Пожилая женщина, а проще — старуха, захотела быть «владычицей морскою, чтобы жить ей в Окияне-море».

— Вот Вам приказ, — сказал Вася Сарделькин и достал из-под тельняшки драгоценную бумагу.

— Просили обратить внимание на первые буквы каждой строчки.

Командир развернул бумагу.

— Бойцы, слушайте приказ, — и начал громко читать:

Заря встает, А люди ждут. Волчиный вой То там, то тут. Ружье и штык. А ветер стих. Ветер холодный стих. Давай, не медли, Вороной! Езжай, седок Надежный мой! Ах, как он стелится, Дымок! Цок-цок — чуть слышно, А, седок, Ты чуешь в этом добрый знак? Ь — мягкий добрый знак. Дружок, не медли, Нынче сбор. Я следом мчусь во весь опор.

Командир прочитал приказ, спрятал бумагу в карман.

— Всем понятно? — и громко крикнул: — Подъем! Срочно на звездный корабль и на землю… Завтра в двенадцать дня выступаем.

— Вот мы и выполнили задание, — сказал Вася Сарделькин.

Партизан уже не было, они словно растворились в тумане. Исчез и лес. Перед ребятами поднималась не очень высокая гора с темным входом в пещеру.

— Не побоитесь войти внутрь? — с улыбкой спросил Кубик в шапке.

— Мы?! — вскричали Вася Сарделькин и Миша Шустриков.

— А что там внутри? — спросила Ира Сосискина.

— Чтобы узнать, надо войти, — засмеялся Кубик.