Ни слова о деньгах - Левитина Наталия Станиславовна - Страница 49

Данила, верный друг, привёз Андрея и Дашу в службу судебных приставов. Пятачок перед зданием был плотно забит автомобилями.

– Вы идите, а я поищу, где припарковаться.

– Ты будешь нас ждать? Тебе разве не надо в институт? – строго спросила Даша.

– Конечно, он нас подождёт, – сказал Андрей. – Куда мы по морозу пешкодралом? Околеем.

– Ему нельзя по морозу, он после тяжёлых ранений, – напомнил Даше Данила. – Практически инвалид. Поэтому я вас конечно же подожду и отвезу домой на «мерседесе».

– Черепашку – домой, меня – в гараж, – уточнил инвалид. – Мне там…

– …интересную тачку подогнали! – хором закончили предложение Даша и Данила.

…Брат и сестра нашли нужный кабинет и «своего» судебного пристава. Им оказалась симпатичная девушка в чёрной форме. Андрей протянул ей постановление суда.

– Присаживайтесь, – сдержанно кивнула она, рассматривая бумагу, вытаскивая какие-то папки и щёлкая по клавиатуре компьютера. Сбоку на столе лежала развёрнутая, но нетронутая шоколадка. – Вы – Андрей Николаевич Кольцов, – уточнила девушка. – Давайте паспорт.

– Да.

– А вы – супруга?

– Нет, что вы! – отчаянно замотала головой Даша. – Я – старшая сестра.

– А, ясно, – судебный пристав снова уткнулась в документы и монитор компьютера, но несколько раз заинтересованно взглянула и на Андрея.

Даша вздохнула и посмотрела в окно. Ей был знаком этот взгляд. С тех пор как брат вымахал в высокого красавца, ни одна девушка не проходила спокойно мимо. Брата всегда и везде сопровождал шлейф пристального женского внимания. Ему не исполнилось и пятнадцати, когда сестра начала рисовать себе страшные картины инопланетного вторжения: вот-вот найдётся ловкая девица, она окрутит глупого красавчика, организует себе беременность и взорвёт их уютный мирок. Займёт квадратные метры, будет шастать по квартире как хозяйка и устанавливать свои порядки. Но Даше везло – брату исполнилось пятнадцать, потом шестнадцать… вот уже скоро и двадцать стукнет – а его единственной страстью оставались автомобили. Ни одна девушка за всё это время не сумела завоевать сердце Андрея.

«Зато Елене Борисовне прекрасно это удалось, – подумала Даша. – Для опыта первой влюблённости мой брат выбрал объект настолько же восхитительный, насколько бесперспективный в плане совместного будущего…»

– Итак, давайте подумаем, каким образом вы можете удовлетворить материальные претензии господина Репникова, – произнесла девушка.

– Да пошёл он! – вспыхнул Андрей. – Урод косоглазый!

– Андрей, что за манеры! – возмутилась Дарья. – Веди себя прилично! – одёрнула она брата тоном английской герцогини, обязанной сохранить лицо в любой ситуации.

– Да он на красный летел, козлище марокканский! – не унимался брат. – А нам теперь платить. Машину мою угробил, падла.

– Вам в любом случае придётся заплатить, ведь Репников выиграл суд. Каким имуществом вы владеете, Андрей Николаевич? Квартира, машина, дача, гараж?

– Дачу нам пришлось продать, чтобы оплатить лечение. Была сложная операция, – зачем-то сказала Даша.

Она понимала, что ежедневно перед судебным приставом проходит вереница людей, попавших в ещё более тяжёлые ситуации. И вряд ли стоит бить на жалость.

– Он только что из больницы, – вздохнула Даша, она накрыла нежной ладошкой грубую натруженную руку брата. – Поэтому немного неадекватен. Ругается.

– Да вы не оправдывайтесь! – вдруг улыбнулась девушка. – Мебель не ломает – и на том спасибо. Я же понимаю.

Андрей вдруг тоже улыбнулся.

– Извините, распсиховался. – Он сверился с табличкой на столе и добавил: – Анна Геннадьевна.

– Так, хорошо, дачу вы продали, – быстро проговорила девушка, её щеки тронул румянец. – Машина разбита. А что ещё у вас есть?

– Квартира. Но мы в ней живём.

– Одна?

– Одна на двоих.

– Так, ладно. А что ещё? – продолжала допытываться Анна Геннадьевна.

– Гараж, – нехотя призналась Даша. Она понимала, что всё равно ничего утаить не удастся.

– Вы вместе владеете гаражом? В чьей он собственности?

– В собственности Андрея, – чуть слышно выдавила Даша.

– Хорошо, гараж. А что ещё?

– Это всё.

– Точно?

– Да.

– Дорогая бытовая техника, компьютеры, телефоны?

– Вы серьёзно? – изумилась Даша. – Да, у нас, конечно, есть холодильник, но ему сто лет.

– Ювелирные изделия? Картины? Мебель? Драгоценности?

– Смеётесь? Это явно не про нас… А единственная драгоценность – он сам, его руки и мозги. Надеюсь, вы его не опишете и не заберёте в рабство?

Анна Геннадьевна посмотрела на Андрея. Да, трудно не согласиться с сестрой этого парня: он – настоящая драгоценность. Но судебному приставу было необходимо найти что-то более ликвидное.

– Хм-м… Так, ладно. Андрей Николаевич, гараж мы, однозначно, у вас забираем. Он будет выставлен на торги. Другое имущество тоже опишем, возможно, что-то из него удастся продать, ждите нас в гости. А остальную сумму придётся выплачивать из зарплаты. Вы работаете? Нет, постойте… Вы, наверное, ещё учитесь?

– Работаю, – пробормотал Андрей. Сообщение о том, что у него отберут гараж, его ошарашило. Как же так? – Подождите, а нельзя оставить гараж в покое? Он мне нужен! Очень!

– Нет, не получится. Вот если бы гараж был записан на сестру…

– На меня была записана дача. Я её продала, – повторила Даша.

– Ничего не поделаешь. Гараж будет арестован, – сказала Анна Геннадьевна, в её голосе звучало сочувствие.

– А когда вы его продадите?

– Обычно на это уходит месяц-другой.

– Чёрт! – вырвалось у Андрея. – И что мне делать?

– Но вы ведь всё равно остались без машины. Почему вы так переживаете? – насторожилась Анна Геннадьевна. – У вас есть другой автомобиль?

– Нет.

– Мы без гаража, как без рук, – быстро вставила Даша. – Храним в нём разные полезные вещи.

Она посмотрела на брата. Если тот сейчас признается, что чинит в гараже автомобили клиентов, то умненькая Анна Геннадьевна сразу уцепится когтистой лапкой за этот факт – незарегистрированное индивидуальное предпринимательство, дополнительный доход!

– Огурцы-помидоры, соленья-варенья храним, – эхом откликнулся Андрей. – И вообще. Это гараж родителей. Память, можно сказать. Почему мы должны отдавать его этому хмырю? Обидно!

Люся предположила, что на опрос тридцати девяти абонентов уйдёт три дня. Она ошиблась! Девушки занимались этим целую неделю. В результате сбора разведданных они выяснили, что в ту сентябрьскую субботу до часу дня к «Куполу Радости» приезжало восемь свадебных кортежей.

– Не густо, – разочарованно произнесла Даша. – Я-то надеялась, будут идти непрерывным потоком.

– А если задуматься… В тот день в городе только до половины первого было зарегистрировано… двадцать четыре плюс тридцать шесть… тридцать шесть…

– Шестьдесят!

– …шестьдесят пар! С ума сойти!

– Наверное, в сентябре всегда наплыв желающих. Последние тёплые деньки, все торопятся.

– А что тогда творится летом?

– Наверное, свадеб ещё больше. Или это простое совпадение – и на ту субботу записалось очень много сладких парочек. А в другой раз будет гораздо меньше. И потом, ты не забывай, мы же не в райцентре живём, а в огромном городе.

– Даша! Ты задумайся! Шестьдесят! Шестьдесят девушек не только встретили любимого, но и доволокли его до загса и заставили официально оформить отношения. А на следующей день, в воскресенье, наверное, счастливых невест было ещё больше. Сто? Сто двадцать?

– Ты преувеличиваешь. Думаю, на воскресенье записалось гораздо меньше народу. Суббота – самый удобный день, все хотят погулять на свадьбе два выходных дня. Но я понимаю, к чему ты клонишь.

– Да. Я клоню именно к этому: почему каждая из этих шестидесяти девушек смогла найти любимого человека, а я нет? Почему мне не везёт? Наверное, я какая-то дефективная.

– Не говори так! – возмутилась Даша.