Избалованные смертью - Робертс Нора - Страница 47

— Верно подмечено, — согласилась Ева.

14

Пибоди пребывала в задумчивости на протяжении нескольких миль. За окнами расстилался щедрый на зелень летний пейзаж.

— Ты же не думаешь, что Дадли придет в голову покушаться на нее или ее семью?

— Не сейчас. Сейчас он с головой ушел в это их состязание. Хотел бы с ней поквитаться за то, что она его бросила, сделал бы это давным-давно. — Еве не терпелось поговорить с Мирой, но… — Он считает, что она его не стоила. Для него она была всего лишь игрушкой. А потом она ему надоела, или он счел ее неподходящим объектом. Так это выстраивается у него в голове. И поэтому, как она сама сказала, в его мире она перестала существовать. На данный момент она даже точечной вспышки не оставляет на его радаре. Если они будут и дальше продолжать в том же духе, набирать очки, или как они там это называют, любой из них может решить, что это личное дело и за него стоит поквитаться. Но не сейчас.

— Если это состязание, как они его придумали? Такие, как эти двое… Как им в голову пришло? Неужели один из них просто сказал: «Слушай, а не устроить ли нам турнир убийств?» Так и вижу, — добавила Пибоди. — Выпили лишку, сидят балдеют, может, даже порошочком заполировали. Под газом чего только не сболтнешь! И пока ты под газом, тебе кажется, что это так клево, так здорово и умно, просто гениально, но ты в жизни этого не сделаешь на трезвую голову. А они сделали. Правила установили, все расписали, разложили по полочкам. — Пибоди нахмурилась и устроилась поудобнее. — Это не шутки. Даже если для них это игра, это — большая игра. Не убийство само по себе, хотя и этого за глаза довольно, но выбор — жертва, оружие, время, место плюс надо свою задницу прикрыть. И все это — с холодным носом? В смысле если уж идешь на такой турнир, на такую охоту — это же спорт, состязание, ловкость, хитрость, — ты же не можешь просто запрыгнуть в игру, если хочешь выиграть. Ты не можешь вот так запросто вскочить на лошадь и погнаться за голубой лентой, если раньше ни разу не сидел в седле, верно? Потому что — сто к одному! — ты не просто проиграешь, а еще и опозоришься. Чтоб такие солидные мужики нарвались на позор? Я этого не представляю.

— Хорошо. — «На самом деле просто отлично», — отметила про себя Ева. — Я тоже этого не вижу.

— Думаешь, они уже раньше убивали?

— Держу пари на твою задницу.

— Эй, а на мою-то за что? — Грозно прищурившись, Пибоди ткнула пальцем воздух. — Потому что она больше? Потому что жировая прослойка толще? Это удар ниже пояса.

— А твоя задница и есть ниже пояса. Ладно, я и на свою побьюсь об заклад, если тебе от этого легче.

— А давай лучше поставим на задницу Рорка. Я считаю, что из нас троих его задница — лучшая.

— Вот и отлично. Давай поставим на все три задницы, — предложила Ева. — Они уже убивали раньше. Скорее всего — вместе. В первый раз, может, увлеклись, может, вышло случайно, а может, и умышленно, этого я пока не знаю. Но я готова поставить на задницу Миры, — она же у нас мозгоправ! — что именно убийство толкнуло их за черту. И не только само убийство. Главное, оно им сошло с рук.

— У Миры симпатичная задница. Серьезно.

— Вот она обрадуется, что ты так думаешь!

— Черт, не говори ей, что я так сказала. — Пибоди поморщилась и даже съежилась на сиденье. — Я просто развивала мысль.

— Предлагаю тебе развить вот какую мысль, — предложила Ева. — Если считать, что предложенная гипотеза верна, высока вероятность, что Дадли и Мориарти убили — случайно или умышленно — где-то не позже прошлого года. Я прокачала вероятность вчера вечером и получила восемьдесят девять и девять десятых процента. Развиваем мысль дальше и предположим, что это тоже правильно: скорее всего, убийство произошло, когда они были вместе, и они сговорились это дело прикрыть. Успех ударил им в голову, и они решили устроить состязание. Когда убийство сходит с рук, это же кайф! Хочется пережить его снова и снова.

— Звучит жутко, но более правдоподобно, чем просто «Пошли кого-нибудь замочим».

— Может, они путешествовали, ездили куда-нибудь по делу или на отдых, — продолжала Ева. — Они оба больше шляются по разным местам, чем тут, в Нью-Йорке, работают или делают вид, что работают. Я хочу отследить их разъезды за прошлый год, а потом провести поиск пропавших без вести или нераскрытых убийств, подозрительных смертей в тех местах за тот период.

— Может, они убили того, кого не будут искать.

— Возможно. Но мы начнем с того, что можем сделать реально. Я думаю, убитых будет двое.

Пибоди задумчиво кивнула:

— По трупешнику на брата. Они должны начать с равного счета. Господи, все безумнее и безумнее с каждым шагом.

— Терпи, нам предстоит новый раунд. В самом скором времени.

Рорк не увлекался игрой в гольф. Играл он редко и только в качестве прелюдии или дополнения к деловым переговорам. Хотя ему нравился математический, научный аппарат игры, сам он предпочитал спорт, связанный с большим риском и большими нагрузками. Но он находил, что это удачная мысль — развлечь партнера игрой, раз уж партнер так любит гольф, тем более что в данном конкретном случае Рорк нарочно подстроил, чтобы этот раунд совпал с утренним сеансом возле лунки Уинстона Дадли и Сильвестра Мориарти.

Рорк сменил деловой костюм на легкие спортивные брюки цвета хаки и белую рубашку для гольфа в одной из частных раздевалок, а затем решил скоротать время, пока ждал своего гостя, в комнате отдыха, где на экране развлекательного центра проплывали ключевые моменты знаменитых гольф-матчей.

Заметив, что из раздевалки вышел Дадли, Рорк поднялся и фланирующим шагом направился к бару с освежающими напитками. Его расчет оказался точен: их пути пересеклись. Рорк остановился и небрежно кивнул:

— Дадли!

Брови Дадли поползли вверх:

— Рорк? Я не знал, что вы член клуба.

— Я нечасто здесь бываю. По правде говоря, гольф не моя игра, — признался Рорк, пожимая плечами. — Но ко мне приехал в гости деловой партнер, он без ума от гольфа. А вы часто здесь играете?

— Дважды в неделю, как по расписанию. Когда играешь, имеет смысл держать себя в форме.

— Да, наверно, вы правы, — кивнул Рорк. — Я и сам стараюсь держать себя в форме, но вот гольфом не увлекаюсь. Вряд ли мне удастся погонять Сью по полю.

— А какой у вас гандикап?

— Двенадцать.

Рорк заметил, как ухмыльнулся Дадли, даже не пытаясь скрыть пренебрежение.

— Вот потому-то и надо держать себя в форме.

— Да я и не спорю. А у вас какой гандикап?

— О, у меня восемь.

— Мне кажется, у Сью такой же. Надо было бы пустить его в паре с вами. Толку было бы больше.

Дадли коротко рассмеялся и махнул кому-то рукой. Рорк обернулся и кивнул подходившему к ним Мориарти.

— Я не знал, что вы здесь играете, — заметил Мориарти.

— Играю, но редко.

— Рорк пригласил партнера по бизнесу пройти раунд, хотя уверяет, что гольф — не его игра, — пояснил Дадли.

— Самый приятный способ сочетать бизнес с удовольствием, — осклабился Мориарти. — Если, конечно, навыки есть.

— Если бизнес не доставляет удовольствия, стоит ли им заниматься? Дэвид! — Рорк обернулся, приглашая стройного мужчину с короткими темными волосами с заметной проседью присоединиться к группе. — Дэвид Сью, Уинстон Дадли и Сильвестр Мориарти. У нас с Дэвидом общие интересы в курорте «Олимпус» помимо всего прочего.

— Очень рад. — Дэвид с чувством пожал протянутые руки. — Уинстон Дадли Третий, часом, не ваш отец?

— Часом, мой.

— Мы знакомы. Надеюсь, вы передадите ему мои наилучшие пожелания.

— Буду рад. — Дадли чуть переместился и встал вполоборота к Рорку. — Откуда вы его знаете?

— Общие интересы в бизнесе и страсть к гольфу. В игре он просто зверь.

— Вы с ним играли?

— Много раз. В последний раз, когда мы играли, я у него один ход отбил. Нам надо договориться, провести матч-реванш.