Стихотворения. Книга стихов - Ратушинская Ирина Борисовна - Страница 45

45

«Где-то сад, там заморские птицы на ветках цветут...»

Где-то сад, Там заморские птицы на ветках цветут. Мне туда не попасть, Моё место не там и не тут. Почему же мне снится Слабый утренний свет и крыло снегиря? Ах, заморские птицы, Вам тоже нельзя за моря. А меня не пускает к вам в сад Та решётка — далёко, в Перми — Между мной и друзьями, И поезд на стыках гремит: — На этап, на этап! Собирайся в пятнадцать минут, Не бери барахла! Твоё место не там и не тут. И покуда они по этапам — Ты будешь в пути. Ах, как птицы зовут оставаться! Но надо идти. 1987 Нью-Йорк

«Аx, как наша планета мучительно невелика...»

Аx, как наша планета мучительно невелика: Все ребячьи качели похожи одни на другие, И всё те же гуляют по душам четыре стихии, И всё так же внимательно смотрят на нас облака. Мы въезжаем в весну, и сужаются рельсы на юг, Но на север направлены птичьи тревожные стаи. Мы апреля не ждём, Но сердцами в него прорастаем Так счастливо и трудно, как будто во славу Твою. 1987 Вашингтон

«Мы с тобой прозрачны, как тени...»

Мы с тобой прозрачны, как тени, Потому что особенный вечер: То ли стали удачно звёзды, То ли запахи в лад попали. Даже робкие пальцы растений Так доверчивы нам навстречу: Мы сегодня сквозим, как воздух — Ни мизинчика не примяли. Хочешь, мы пойдём по заливу — По пружинящей водной плёнке, Хочешь — с белками поиграем, Хочешь — ветру почешем холку. Шевелятся цветы на сливах, Как младенцы в белых пелёнках, Копошится трава сырая И сверчок в темноте защёлкал. Хочешь — тем же ему ответим, Или крикнем ночною птицей, Хочешь — кинемся прямо в небо, Словно в пруд — и звёзды расплещем. Как дрожит несёдланный ветер! Нас там ждут, нам это не снится. Что мы знаем про быль и небыль? Видишь — ворон. Не бойся — вещий. 1987 Чикаго

«Снова чёрный кирпич...»

Снова чёрный кирпич И заклёпки мостов, И копчёная насыпь, И запах железа. Так похожи окраины всех городов, Так похож перестук Бесконечных отъездов. И всё та же трава у обочин цветёт — Почему-то всё жёлтым, Упорно и странно. И босая девчонка стоит у ворот, Так мечтая увидеть Далёкие страны. Что ж мы ей не успели махнуть из окна? Убегая, грохочут Деревья и реки. Сколько встреч по дороге — Разлука одна. Потому нам и грустно от слова «навеки». 1987 Линкольн

«Звери уходят от нас перед смертью...»

Звери уходят от нас перед смертью — И правы. Травы стоят до последнего ветра — И правы. Мёртвые чайки не ждут Деревянной оправы: Море колышет их перья В разводах мазута. Стёртой монетой мы купим Забытое право — Медленно выйти на берег И ждать переправы С лёгкой душой, Не печалясь о смене маршрута. 1987 Роттердам

«В Италии барочны облака...»

В Италии барочны облака, И Тибр тугими петлями ложится, А с выпуклых холмов слетают птицы, И каждая дуга божественно легка. Откуда мне известны наперёд Дождями полусмытая тропинка, На солнечных часах проросшая травинка И времени такой неспешный ход, Как будто впереди все те века, Что в эту землю врезали дороги. И рано говорить об эпилоге, Когда так бьётся каждая строка И хочет жить... В горах смеются боги. А смерть не видит нас издалека. 1987 Рим

«Господи, я гражданин мира...»

Господи, я гражданин мира — Как Ты когда-то велел. В доказательство предъявляю дыры — Оцени прогресс — Не от стрел! А от пуль со смещённым центром, От жаканов и разрывных. Мой экзамен — Твоя оценка, Палачи в стороне: не до них! Меж границ сегодняшних стран — Бьюсь об стены, Господи! Окровавленной рванью беру на таран, Продираюсь лоскутом. Ох и тяжко Твоё наследство, Сын Человеческий! Только б выдержать Твоё следствие, Ну а там — приговор к вечности. Тридцать три. Слабеют колена, Но в отверстых глазницах — свет. Ты уж Сам разбирайся с тленом: Быть ему или нет. 1987 Рива Тригозо

«Кипарисы, как лошади, стоя спят...»

Кипарисы, как лошади, стоя спят, Голубому свету воля дана, А душе — покой, на все времена: Что сегодня, что сотню смертей назад. Мы кормили с рук облака небес, Нам подземным пламенем губы жгло, Нас моря носили и прятал лес, Отдавала дорожная пыль тепло, Осыпал ночными звёздами Юг, Север в ноги стлал горностай снегов — И никто не верил, что нас убьют: Ни один изо всех друзей и врагов. Нас крестили белым крыла побед, Красным в травы тёк проигранный бой. Но опять и опять к нам нисходит свет, Что превыше земных забот — голубой. 1987 Сериати