Храни нас пуще всех печалей (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 113

Процессия, следующая за гробом герцога Одьерского, была не слишком велика и многообразна. Основную массу составляли беарниты, следующие за мной и слугами. Рядом со мной выступал святой отец, то и дело поддергивая длинноватую сутану, а во главе беарнитов следовал отец настоятель, склонив голову в знак скорби и горя по своему ушедшему другу. Траурная процессия втянулась в ворота и по широкой лестнице спустилась в подвалы Тройдена, постепенно переходящие в обширные подземелья. В саму же усыпальницу мы вошли совершенно с другой стороны, нежели я пыталась пробраться когда-то и, пройдя по широкому проходу среди утопленных в стенах саркофагов, подошли к последнему, стоящему с открытой крышкой.

Беарниты, несшие гроб, опустили свою ношу на каменное ложе и отошли в сторону, чтобы позволить проститься тем, кто это должен сделать. Похоже, что первая в этом списке должна быть я...

На постаменте было достаточно места, чтобы поставить ноги и я наклонилась над мертвым лицом, последний раз вглядываясь в него. Я не проклинаю тебя, я прошу у тебя прощения за то, что была с тобой не так открыта и дружелюбна, как тебе бы этого хотелось. Мы слишком мало прожили вместе, чтобы стать хотя бы друзьями, но все равно я чувствую за собой вину, потому что признала тебя мужем только после того, как ты совершил обряд омоложения. Признала... и сразу же потеряла... осталась только память о тебе, один-единственный день, когда сдвинулось время и позволило нам быть наравне друг с другом. Теперь я герцогиня Одьерская, но мне нет нужды в громком титуле, я бы предпочла живого мужчину, кем бы он ни был по местной иерархии, а ты стремился взять реванш и стать королем... зачем мне титул королевы, Магнус? Но ты из тех людей, которые будут упорно идти вперед, несмотря ни на что и даже на плаху пойдут с гордо поднятой головой... тебя уже не изменить. Прощай, лорд Магнус...

Я поцеловала покойника в ледяные губы и мне показалось, что рука с обручальным кольцом дрогнула и сжалась в кулак. Зашумело в ушах и сознание покинуло меня.

Как сказала Фрида, только я встала после прощания с герцогом, во весь рост на постаменте, как повалилась как куль и меня едва успели поймать те, кто стоял рядом. Провалявшись в постели весь следующий день, я перебирала в памяти все, что было связано с лордом Магнусом с того самого момента, когда он только приехал в замок Корина по приказу короля. Конечно, я его совершенно не знала, да и не особо стремилась это сделать, предполагая, что брак между нами невозможен в принципе. Знала бы я тогда, как ошибалась... Кто знает, как могла бы сложиться наша с ним дальнейшая жизнь? Возможно, что я бы и притерпелась к герцогу, а там бы дружба переросла в привязанность, как было у его родителей, но нельзя дважды войти в одну и ту же реку и теперь я осталась совершенно одна в этом мире. Покрутившись в постели, я прилегла поудобнее и принялась размышлять, что я имею и что мне надо. Получалось, что мое положение не настолько уж плохо, как я тут жалилась. В моем распоряжении часть замка, который находится достаточно далеко от королевской резиденции, и если себя особо не афишировать, то король до меня и не доберется вовсе. Есть небольшой штат слуг, которые не кинутся доносить монарху о смерти герцога, у меня хорошие отношения и с местным святым отцом... как бишь его зовут-то? Вот ворона, хоть бы поинтересовалась именем, а то невежливо получается! Ну и беарнитов тоже нельзя сбрасывать со счетов, отец настоятель не последний человек в местной иерархии и его расположение мне только на пользу. Да и Харриша он не особо жалует, так что стучать на меня не станет... пока, во всяком случае, а дальше либо осел сдохнет, либо падишах, либо я. Но лучше все же, если осел или падишах!

Примерно за месяц до описываемых событий. Королевская резиденция в Морреле.

...- Что вы принесли мне, де Серре? - его величество король Альветии Харриш нетерпеливым жестом указал на стул рядом со своим столом. - Коротко перечислите, что там еще за проблемы?

- Посольство в Дарнию скоро будет готово выехать, ваше величество, - пожилой толстяк с маленькими колючими глазами пододвинул к королю несколько листов бумаги. - Здесь полный список тех, кто туда направляется согласно вашего решения. Подчеркнуты те из свиты, кто будет возвращаться назад с наступлением лета, когда дороги просохнут.

- Это сколько же времени они будут находиться на территории Дарнии? Четыре, нет, пять месяцев? - повернулся к окну Харриш. - Не слишком ли долго?

- Нет, ваше величество. Сейчас они уедут по зимним дорогам, а весной возвращаться через горы опасно, пока не закончится таяние снегов. К лету - самое время для прохождения через перевалы, - пояснил де Серре.

- Хорошо, пусть отправляются... Из Тройдена новостей не поступало? - деланно равнодушным тоном произнес король и только дернувшаяся щека выдала его отношение к этому.

- Пока ничего, ваше величество, - развел руками толстяк. - Без изменений...

- Когда же они будут, эти изменения? - прошипел Харриш. - Обыграл меня старый лис и ушел в свою нору... сколько еще он будет там отлеживаться? И сделать-то ничего с ним нельзя... У вас есть люди, чтобы их можно было послать в Тройден? - обратился он к советнику.

- Незнакомые вызовут опасения, а просто так в гости туда не ездят, - развел тот руками. - Но я уже думал над этим и осмелюсь предложить следующее... - он кинул вопросительный взгляд на его величество и продолжил, - почему бы кое-кому из тех, кто вернется из Дарнии, не сделать крюк, чтобы заехать в Тройден через перевал? Погостят, заодно и новостями разживутся... Я бы предложил сделать это ... вот ему... ему... и ему...

- Согласен...- прочитав отмеченные имена и титулы, заключил король. - Только вот его, - ноготь ткнул в бумагу, прорвав ее до дыры, - замените. Нужен кто-то помоложе и покрасивее...ну-ка...ага, вот этого пошлите! Пусть расскажут откуда едут, ничего особо не скрывая, новости очень ценятся в таких глухих углах, а заодно и посмотрят, как там живет чета герцогов Одьерских, вдруг они захотят покинуть замок и порадовать двор своим появлением? - злобная гримаса перекосила лицо короля, превратив его на секунду в маску и де Серре отвел глаза в сторону, предпочитая делать вид, что не заметил этого.

Между мощной стеной замка и контрфорсом, выходящими на сторону полуденного солнца, оставалось еще достаточно места для того, чтобы там можно было не только стоять, но и, при желании, даже загнать лошадь. Этот уголок начал рано прогреваться и в то время, когда еще в многочисленных углах и распадках еще лежал плотный слой слежавшегося снега, здесь уже зеленела первая трава и показались веселые солнышки мать-и-мачехи. У самого подножия стены земля и вовсе просохла до каменного состояния, что позволяло там стоять, не погружаясь каблуками сапог в грязь. Чтобы забраться в этот теплый уголок, надо было выйти из ворот Тройдена, повернуть налево и, пройдя вдоль стен по отрезку дороги, идущей с перевала, преодолеть некое подобие рва глубиной около двух метров и затем взобраться по пологому склону к самой стене. Выходя из ворот, чтобы пройтись или проехаться верхом по подсохшей части тракта, я поглядывала на этот уголок, прикидывая, что постоять там на весеннем солнышке было бы очень неплохо. Впрочем, и посидеть тоже. Если вынести туда кресло из тех, что полегче, да еще постелить в него шкуру или толстый суконный плащ, то можно покайфовать вдали от слуг, исподволь наблюдающих за каждым шагом. Любопытные глаза виделись мне отовсюду, а здесь я была предоставлена самой себе до тех пор, пока кто-либо не пройдет или проедет в сторону перевала, что в настоящее время было практически исключено. Жиль затянул привычную песню о непонимании им, таким умным и красивым, моих действий, но я уже привыкла не обращать внимание на его нытье и только подтолкнула в спину, прихватывая суконную накидку со странного вида рукавами - короткими и широкими. Кресло было не настолько тяжелым, чтобы лентяй мог столько вздыхать и охать и я могла запросто оттащить его сама, но ... "герцогине не пристало самой выполнять работу слуги", как говорила Майра.