Храни нас пуще всех печалей (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 15

- Что ты собираешься делать? - вопрос прозвучал без издевки, даже уловились нотки сочувствия.

- Пока не знаю, - горестно вздохнула я. - Он без памяти, ни на что не реагирует. Давно он в этом состоянии?

- Какая тебе разница? Разве это на что-то влияет? - в голосе опять появилась настороженность.

- Я пытаюсь понять его состояние. Чтобы сделать то, о чем просит граф, я должна знать состояние этого человека. Если он умирает, то его сознание не работает и его можно резать на куски, но ничего не добиться. Если же он в забытье только потому, что ему долго не давали воды или пытали, то есть надежда вернуть его в этот мир и...сделать желаемое. По-другому не получится никак.

Я пыталась выиграть хоть немного времени, а заодно и понять, что делали с этим человеком. Надежда всегда умирает последней, особенно когда речь идет о собственной жизни, а граф играл на этой струне весьма убедительно. Жить мне хотелось даже в этом жутком мире.

Башель подошел к узнику, поднял ему голову и оттянул веко. Приложил пальцы к шее, к груди, ткнул в живот и пнул сапогом в бок.

- Не умирает еще, можешь быть спокойна. В таком состоянии он еще пару недель проживет. Воды можешь дать, но немного, и так все обделал.

Пытать до такой степени не надо было, тогда бы и не обделал все! Но озвучивать эту мысль я не стала, достаточно и того, что ко мне Башель испытывает хоть малейшее сочувствие, а в этих казематах не знаешь, на что можно рассчитывать. Вдруг это окажется хоть примитивный, но козырь?

Башель опять сел на лежанку, твердо намереваясь наблюдать за процессом лишения воли. Плохо, так бы я попыталась еще раз привести в чувство неизвестного узника, но делать это на глазах соглядатая не хотелось. Попробуем сделать так, чтобы охраннику стало неинтересно и он ушел, а для этого будем просто сидеть и делать умный вид. Как там наши йоги медитируют? В ход пошел плащ, чтобы не замерз зад на каменном полу, узел с оставшимися тряпками сзади под поясницу, сядем в позу лотоса и будем думать, что делать дальше.

Дальше было ожидание, когда Башелю надоест сидеть в вонючей камере и он пойдет проветриться. Сквозь закрытые глаза не проникало никакого света, думалось вяло и плохо. Постепенно наползала дремота, слышались отдаленные голоса, перед внутренним взором возникали цветные сполохи и яркие капли. На лежанке запыхтел Башель, возвращая к поганой реальности. Судя звукам, он то ли лег, то ли просто переменил позу, но никуда не ушел. Вот зараза какая! Опять сознание стало уплывать, надвигались неясные звуки и возникали цветные сполохи. Я ассоциировала себя с одним, болтающимся на вершине небольшого холма. Я-сполох устал там держаться и медленно поплыл вниз, пристраиваясь в поток прозрачного ветра. Этот ветер был скорее некой субстанцией типа плотного газа, который сгруппировался в плотное облачко и не давал мне упасть. Облачко покачалось и поплыло...здесь не было света, была только серая мгла, но в ней со всех сторон изредка вспыхивали яркие и не очень искры. Почему-то я была уверена, что мне надо именно туда, к той редко вспыхивающей тусклым огоньком точке. Постепенно точка приближалась и в серой мгле уже было хорошо видно, что она превращается в темный шар на фоне тусклого света. Шар напоминал солнце в момент затмения, когда остается только золотистая корона. Шар был живой, но не хотел светиться, все свечение было заперто у него внутри. Это было плохо, шары должны быть яркими и я протянула от себя длинную тонкую нитку к темному шару. По его поверхности пробежали волны, нитка прошла сквозь темную мертвеющую оболочку и по ней весело побежали крохотные яркие сполохи, переливающиеся всеми цветами радуги. Шар все еще оставался темным, но вокруг точки, где в него ушла светящаяся нитка, уже разливалось светлеющее пятно. Шар начинал оживать...

- Кто ...ты? - хриплый шипящий голос, в котором не было ничего человеческого, вырвал опять меня из дремоты. С трудом разлепив глаза, я увидела, что узник напротив меня поднял голову и смотрел вполне осмысленно. Неужели он наконец очнулся?

Первым делом надо посмотреть, что делает Башель, не хотелось бы общаться под его бдительным глазом. Но тому, скорее всего, надоело нюхать вонь и смотреть на неприятную картину - охранника на лежанке не было. Значит, надо попытаться наладить контакт с этим...сьером.

- Сьер...вы очнулись? Ради Творца, говорите как можно тише, Башель вышел из вашей камеры, но может прийти сюда в любое мгновение. Сьер, как...вы себя чувствуете?

- Пло...хо...- слова давались ему с трудом. - Пить...

- Сейчас я вам дам воды, мне дали немного сегодня...

Мужчина запрокинул голову и жадно присосался к кувшину. Закрыл глаза и откинулся затылком на стену, тяжело дыша.

- Спа...си...бо...

- Сьер, вам трудно говорить, пока молчите. Я такая же узница, как и вы. Меня привезли сюда люди графа де Сорбеля, чтобы я смогла подавить вашу волю и заставить сделать что-то для графа. Тихо, прошу вас, не надо скрипеть зубами...Они думают, что я ведьма Берта, которая могла сделать это, но я...не она. Я не ведьма, я простая женщина, которая жила с ней. Берта умерла и они притащили меня вместо нее. Я испугалась сказать об этом сразу, а потом было уже поздно, граф сумасшедший, он чуть не убил меня... Сьер, я сейчас тяну время и пытаюсь придумать, как выбраться отсюда. Если не на свободу, то хотя бы до моста...я боюсь графа, сьер, мне легче броситься с моста на колья под ним, чем умирать в его пыточной....я уже была там... Сьер, я не знаю здешних мест, я издалека и мне не к кому обратиться за помощью, нам с вами надо думать, как отсюда сбежать. Вы мужчина, вы сильнее меня, у вас больше опыта...может быть, графа можно обмануть, пообещать ему желаемое...сьер, вы понимаете меня?

- Ни..когда...

- Что "никогда", сьер? Вы не хотите его обмануть? Я не знаю, что он хочет от вас, но у меня совершенно твердое убеждение, что когда он добьется желаемого, он вас просто убьет. Боюсь, что и меня тоже. Нам все равно умирать, так почему бы не попробовать рискнуть?

- Нет...зачем все ...

- Сьер, я простая женщина, может, это и неправильно по вашим меркам, но я хочу жить и стараюсь использовать для этого любой шанс. Что вас держит, сьер? Слово чести? Но с вами поступили более чем бесчестно, заточив здесь! Вряд ли вы пришли в эту камеру сами, сьер! Зачем тогда эти поклоны вежливости? Нельзя опускать руки, пока мы дышим...Я здесь одна, вы единственный, с кем мы можем заключить союз, чтобы вырваться отсюда, ну подумайте об этом, сьер! Наверняка вас ищут на свободе, вас ждут и на вас надеются, вы должны больше стремиться убежать, чем я!

- Я ...не ...боюсь...смерти...

- Творец Всемогущий, да кому тут будет хорошо от этого? Вам? А ваш враг будет только улыбаться и попирать ногами ваш труп, сброшенный в выгребную яму! Сьер, ну подумайте над моими словами, прошу вас!

- Я... не ...верю...тебе...Сорбель...решил...

- Сьер, почему вы мне не верите? Вам показать, как он пытал меня, мило улыбаясь? Это было недавно, рана еще горит...Сьер, прошу вас, подумайте над моими словами, вдвоем у нас больше шансов спастись! Меня отсюда уведут на ночь, потом приведут утром, я тоже буду стараться найти выход, но это возможно только вместе с вами, сьер! Прошу вас, если сюда зайдут охранники, не показывайте им, что вы пришли в себя, пусть они думают, что вы еще без памяти! Они наверняка будут слушать, о чем мы с вами говорим...а так у нас будет немного времени, чтобы подумать о возможности бежать! Я буду сидеть, делая вид, что ...молюсь, а вы молчите, сьер! Хорошо, сделаете это?

- Да... не понимаю...

- Сьер, у нас вся ночь впереди, подумайте над моими словами...тихо! Идут! Сьер, умоляю...

Прыгнув на плащ, я застыла в прежней позе, а узник опять повесил голову на грудь.

- Ну что у тебя получилось, ведьма? - ненавистный граф уже стоял около меня, поигрывая ножом. - Ты достучалась до него?

- Ваше сиятельство...он без памяти...я стараюсь, поверьте...Ой!