Храни нас пуще всех печалей (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 27

- Уважаемые сьеры, среди нас находятся леди, которым наши беседы не всегда интересны! - хлопнул в ладоши граф. - Давайте выбирайте темы для разговоров, одинаково понятные для всех! Сьер Лассер, вы слышите меня?

- Сьер Корин, если я буду слишком часто подстраиваться под чужие темы, у меня не останется своих собственных, - Лассер даже не собирался быть хоть немного вежливым. Это у них тут в крови, не иначе. Король не может переступить через себя и поблагодарить за свое спасение, этот делал вид, что не видит, как я бултыхаюсь на лошади, пытаясь с нее слезть, чем они отличаются от того же Клауса? Тот хоть прямо признавался, что бандит и грабитель, а эти надувают щеки и пыжатся перед публикой, избражая титанов духа. Узкое лицо Лассера с перекошенным ртом в презрительной усмешке приятным не назовешь, полоска светлых усов скрывает тонкие губы...а мне всегда казалось, что блондины мягче характером, чем брюнеты, ошибалась, видно!

Дальше пошло обсуждение придворных сплетен, выяснение подробностей, кто кого и с кем видел, слышал или думал, что видел или слышал. Потрясающая по своей силе информация, навевающая зевоту и желание свалить из этой милой компании. Я уже придумывала предлог, под которым можно было бы удалиться, не нарушая приличий, как вдруг услышала соло леди Маргариты.

...- А еще, представляете себе, сьеры, король Харриш объявил войну! Ах, война, как он это сказал...я представляю себе нашего короля, когда он говорит речь! Леди Клара, я тоже им восхищаюсь! Это необыкновенный мужчина, я преклоняюсь перед ним, это необыкновенный король! Глаза...только его глаза чего стоят! И он ведь поклялся, что не вернется сюда, пока не закончит эту войну! Все, все его поддержали, кто был рядом на то время! Война...- девушка мечтательно закатила глаза. - Мужчины все такие ...красивые, сильные, они идут так, что дрожит земля, а мы смотрим им вслед, провожая глазами и шепча слова, так и не сказанные напоследок...

Я бросила взгляд на графа, но тот сидел с видом доброго дядюшки, разве что не кивал головой в такт словам. Дурь какая у девицы в голове, ее бы выбить надо, а тут все спокойно внимают и разве что не поддакивают. Романтическая особа...

- Война, это же так романтично, так красиво, так возвышенно звучит! - леди Маргарита распелась не на шутку. - Враги повержены, молят о пощаде и приносят клятвы верности новому сюзерену!

- А если не приносят, что тогда? - все, меня прорвало от ее глупости. - А если не молят о пощаде, а сопротивляются? До последнего вздоха, до последней капли крови, до последнего шага - стоят насмерть, что тогда? Где тут романтика, леди Маргарита? В убийстве себе подобных? В моей стране много воевали, леди. Однажды враги осадили маленькую крепость, их было очень много, сотни тысяч, а население крепости было совсем невелико по сравнению с ними. Все жители знали, что они точно погибнут, потому что никому не нужны предатели, предавшие родину и приносящие клятвы верности врагу. Но эти люди стояли до последнего и предпочли убить своих женщин и детей, лишь бы враги не добрались до них. В чем тут романтика? В другой, не менее страшной войне, другие враги осадили город. Они замкнули его в кольцо, не пропуская туда обозы с продовольствием и не выпуская оттуда никого. Но осажденным удалось наладить крохотный узкий путь, по которому в город везли хлеб, а оттуда вывозили раненых и детей. Блокада города длилась четыре года и за эти четыре года четыре раза осень сменялась зимой, зима -весной, весна - летом. Вы знаете, что такое зима, леди? Это когда замерзает вода, когда все улицы засыпаны холодным белым снегом, а чтобы хоть немного согреться, надо топить печи. Люди падали замертво прямо на улицах, гибли от холода и голода, но продолжали противостоять врагу. Все жители города поклялись, что вражеская нога не ступит на его улицы. Умерших хоронили в огромные ямы и земля из этих ям насыпалась рядом холмами. Но врага так и не пустили в город, он выстоял такой страшной ценой...даже дети держали оборону. А враги поклялись, что уничтожат город до основания, в назидание потомкам. Где тут красота и романтика? Извините, сьеры. Честь имею.

Я кивнула всем головой и вышла из столовой. Ну вот и предлог нашелся, а то сидела, как идиотка да сплетни слушала. Эту бы Маргариту да к Харришу...пусть бы погонял, как сидорову козу! Надо Китти поискать, пусть Гранье найдет и пришлет, а то пора перевязку делать.

Ночь прошла абсолютно спокойно и я выспалась так, что опять проснулась с рассветом и без всякого будильника. Дома я спала до десяти-одиннадцати часов утра, как убитая, даже Вовчик не мог растолкать меня раньше этого времени в выходные. Возможно, сказывалась работа, хмурый питерский климат и постоянное раздражение в последнее время. С рассветом просыпаются только старики, может, я уже тут состарилась? Визуальный осмотр признаков старения не показал, а физически я и вообще чувствую себя прекрасно! Гранье вчера дал мне маленький стаканчик с водой, скромно сообщив, что накапал туда несколько капель одной настойки, поддерживающей силы и заставляющей кровь бежать быстрее по жилам. Витиеватые объяснения не возымели успеха, но потом он перестал высокопарно изъясняться и дело пошло легче. Травы, только травы, собранные далеко в горах и обладающие свойствами, дающими больший эффект, чем наши таблетки.

- Этот настой я сделал сам, леди и клянусь милостью Творца, что проверил его действие на себе! Я долго искал пропорции, в которых надо настаивать эти травы, чтобы действие одной не угнеталось действием другой. На составление этого лекарства ушло больше года, но я не жалею о времени, я жалею о том, что не успел помочь тем, кто нуждался в нем. Его можно давать тем, кто лежит с тяжелыми ранами, кто болен и опускает руки в бессилии перед болезнью. Этот настой заставляет само тело искать причину недомогания и уничтожать ее, а раненые воины быстрее идут на поправку и рубцы у них меньше, чем у тех, кто не принимал мой настой. Травы эти растут очень далеко и надо ехать туда самому, сбор я никому не могу доверить. Одни собирают на рассвете, другие - ночью, третьи уже осенью, когда по горам дует холодный ветер. Но все трудности того стоят, согласитесь, леди Вейра!

Гранье лукаво посмотрел на меня, он уже знал, что я удрала босиком погулять по замку в первое же утро и понимал, что это была только радость от прекрасного самочувствия. Плечо не беспокоило, на повязке не было ни малейших следов сукровицы или гноя и лекарь торжественно объявил мне и Китти, что дело идет на поправку. На животе тоже было все очень прилично - розовая тонкая кожица затягивала рану и временами жутко чесалась. Согнуться и посмотреть, как оно там выглядит, не получалось - мешала грудь, и я твердо решила найти зеркало и наконец посмотреться в него. Заодно и на бедный живот погляжу, что там делается, а то описания Китти слишком набиты ахами и охами.

Сегодняшнее утро было такое же прекрасное, как и вчерашнее, Китти не было - я выставила ее вечером под предлогом того, что ухаживать ночью за мной нет необходимости. Девушка упиралась, но я была настойчивей и отправила ее восвояси. Наскоро причесав волосы и умывшись из тазика в углу, я поскакала вниз по лестнице на задний двор, где вчера тренировались стражники. Надо же посмотреть на такое зрелище вживую, раз представилась возможность! Местная стража, вопреки всем предположениям, была отнюдь не пузата и не толста, это я уже успела заметить. Сейчас же я осторожно выглянула из-за угла каменного строения, чтобы не попасть впросак. Мало ли чем тут могут заниматься ранним утром, чему мне вовсе не надо быть свидетелем!

Учебные схватки были в полном разгаре. Отрабатывались стойки, выпады, наскоки друг на друга, уход от меча противника, вот тут меч схлестнулся с топором, потом меч поменяли на дубину, топор на прямую палку, в стороне мужчина постарше обучал молодого парня, заставляя отрабатывать его по многу раз одни и те же действия. Смотрелось все это красиво и завораживающе, а если принять во внимание, что это не бутафория, а реальная жизнь, то росло уважение к тем, кто не боится никого, выходя на бой только с холодным оружием. Я пристроилась в уголке, наблюдая за приемами. Схватки велись классически, но иногда они перерастали в нечто большее - в ход шли ноги, кулаки, противника били всем, что попадается под руку, если выбит меч из рук. Бои без правил наверняка в ходу здесь, благородные рыцарские турниры хороши в книгах, а в жизни кто успел, тот и жив. Почти все разошлись, осталась только одна пара, с яростным хаканьем пытающаяся закончить поединок хоть в одну сторону. Но силы были равны и меч никак не мог одолеть странного вида топор на длинной ручке.