Неверный свет (СИ) - Бондарь Ирина Михайловна - Страница 76

- С-спасибо, - прошептала она, не глядя на спасителя. - У н-нас не водятс-ся в реке такие тв-вари.

Шейн хмыкнул, показывая старшему, что он так и думал, затем притянул девушку поближе и растер ей руки, резкими движениями разгоняя кровь по окоченевшему телу. Как и у Моргана, кожа этого мужчины оказалась горячей, прикосновения согревали лучше, чем горевший рядом огонь. Они молча съели зажарившуюся на костре птицу, некоторое время отдыхали, но потом вредный деймин напомнил о времени, и пришлось собираться. Тсаревна немного отогрелась, влезла в штаны и рубаху, пытаясь не привлекать к себе лишнего внимания неловкими движениями, и троица вновь отправилась в путь.

Остался позади бездонный овраг, через который пришлось перебираться по скользкому от влаги древесному стволу, огромные темные деревья с укутанными туманом корнями пугали, нависая над путниками, поглощая звуки. Ноги тсаревны промокли от росы, тонкий плащ не спасал от лесной прохлады, хотя лето еще не кончилось и, по идее, должно было быть тепло. Девушки с тоской думала о залитых солнцем лесах Алайи и ускоряла шаг. Как полуголым дейминам удавалось не мерзнуть в такой обстановке оставалось загадкой.

Темнело в сумрачном лесу быстро. Удлинялись тени, сумерки опускались на землю холодным покрывалом, размывая силуэты деревьев. Шейн помог девушке взобраться на очередной пригорок и продолжил расспросы.

- Я видел у тебя пистолет, Сола. Как получилось, что тебе доверили оружие в разбойничьем отряде? Разве женщины у вас учатся стрелять?

Тсаревна с трудом справлялась с необходимостью лгать в который раз, повторяя историю о старшем брате-воине, научившем ее всему. Почему-то Роди и остальных шейсов ее легенды устраивали, но видно, что Шейн углядел в них какие-то нестыковки.

- А в каких войсках служил твой брат? Занятия стрельбой дорогое удовольствие для простого воина.

- Мы жили в столице, - нехотя ответила Сола. - Мне больно говорить о нем, Шейн, ведь он погиб, и нам так и не удалось даже проститься с ним. А в отряде меня взяли стрелком из-за того, что получалось метко попадать по мишеням на тренировках.

- И что, многих врагов положила? - язвительно заметил шедший впереди Морган.

Тсаревна мигом вспомнила собственную пулю, пробившую голову воину, напавшему на нее в лесу при ограблении обоза с налогами, ярко-алую кровь, разбрызганную по траве, и ее замутило. Девушка побледнела, затем холодно ответила насмешнику:

- Я защищала свою жизнь, темный. Благодарю за то, что спас меня там, у реки, но это не дает тебе права издеваться надо мной. Прошу, избавь меня от подобных шуточек. Не желаешь идти со мной дальше - скажи об этом прямо, вместо того, чтобы жаловаться и язвить. Я, между прочим, не навязывала свое общество. Мог бы оставаться дальше на площади скованным, словно беглый раб, и решать свои проблемы самостоятельно.

В ее голосе было что-то, заставившее Моргана вздернуть подбородок и отвернуться, а лишнее напоминание об их позорном пленении явно не добавило ему хорошего настроения. Шейн тихонько хмыкнул и продолжал свои утомительные вопросы.

- Столица далековато находится от княжества Синк. А как ты очутилась в рабстве у того шейса, о котором говорила? Неужели они просто тебя схватили на улице и заставили работать на себя? Ведь это незаконно!

- Шейн, кто здесь говорит о законности? Я попалась им посреди ночи среди бродяг, которые с радостью откупились мной, лишь бы их всех не повязали. Так уж получилось, ведь за меня некому было просить, а выдать себя я не могла. Рабство предпочла возвращению домой к отцу, он бы точно убил меня. Да и не была я поначалу рабыней, это случилось позже, когда Гио разозлился, что я вздумала сопротивляться издевательствам его сына.

Сола заправила за ухо выбившуюся светлую прядку и замолчала.

- Он заклеймил тебя? У вас ведь рабов клеймят, будто скот, разве нет?

Страшные видения прошлого промелькнули перед глазами тсаревны, вызвав озноб по спине.

- Ну, он пытался. На мне нет клейма, если ты об этом. За исключением потерянных волос и ужасных воспоминаний ничто не выдаст во мне беглую рабыню. Я лучше умру, чем снова переживу это.

Шейн на время отстал, размышляя о словах Соланж. Девушка воспользовалась паузой в разговоре для того, чтобы придумать какие-то объяснения на случай, если ее снова начнут расспрашивать о побеге, о ее встрече с разбойниками и причинах, побудивших светлую связаться с извечными врагами. В тишине послышались странные звуки, приближавшиеся откуда-то справа. Деймины замерли на месте, пытаясь определить, что происходит.

- Шаблы! - зло воскликнул Морган.

Младший выругался, поспешно отламывая от ближайшего дерева довольно толстый и длинный сук.

- Сола, сюда приближаются шаблы - злобные существа, способные своим визгом оглушить на длительное время. На них не действует силовая магия, только одно заклятье, снижающее воздействие голоса ненадолго. Оставайся между нами и не вздумай отходить, берегись их хвостов и языков: их слюна ядовита.

- Я могу их замедлить, мне неплохо удается это заклинание. Или не поможет? Что это вообще за твари? - настороженно спросила девушка, наблюдая за тем, как оба деймина готовят свои импровизированные дубинки.

- Очень многие существа в Сумрачном Эйде улавливают чужие эмоции, - пояснял Шейн. - Страх, ярость, горечь, радость. Это пища для одних, маяк для других, по которому они находят добычу. Многие деймины умеют закрываться, блокировать чувства, чтобы обезопасить себя, но вполне возможно, что они почуяли тебя, что-то новое для наших лесов. Так что шаблы станут первым видом монстров, с которым тебе придется столкнуться.

- После водяного, которого ты тоже уже видела, - не удержался от шпильки Морган. - Шаблы оглушают жертву криками, окружают стаей и присасываются к добыче, и оторвать их невероятно трудно. Их хоботки цепляются к голове, слюна парализует и разъедает кости черепа, а затем они высасывают мозг, ведь это их любимое лакомство. Глазами тоже не брезгуют.

Сола снова почувствовала дурноту, но отступать было некуда. Кошмары из старых сказок ожили и теперь окружали ее наяву, пытаясь ослабить светлую и завладеть ею.

- Кстати, - осведомился как ни в чем не бывало Шейн. - Ты что-то говорила о заклинании замедления? Ты владеешь магией?

- Немного, - кивнула Сола, и тут увидела самых отвратительных существ, с которыми ей только приходилось сталкиваться.

От визга мелькнувших среди деревьев тварей у тсаревны заложило уши. Оба деймина как по команде выкрикнули заклинание, о котором говорил Шейн, и стало немного легче. Мелкие крылатые монстры, покрытые короткой серо-желтой шерстью, вылетели на поляну и набросились на желанную добычу, вытягивая вперед узкие хоботы. Голубые водянистые глазки злобно высматривали, куда бы поудобней вцепиться, но воины не позволяли им приблизиться, размахивая дубинками с угрожающей скоростью. Тсаревна дрожащими руками нащупала пистолет.

Соланж совершенно не хотела, чтобы какая-то шабла съела ее мозг, поэтому заставила себя сосредоточиться, прицелилась и выстрелила. Мелкая тварь, кувыркаясь, отлетела на несколько шагов назад и осталась неподвижно валяться в траве с дырой в теле. Морган выругался от неожиданности, Шейн ударом дубинки отправил в полет еще одну шаблу. Дело пошло бы веселей, если б проклятые монстры прекратили беспрерывно верещать, скопом наскакивая на упрямую добычу.

Пистолет, к сожалению, не очень-то помог. Там было всего четыре патрона, которые избавили тсаревну от самых назойливых чудовищ. Остальные некоторое время держались подальше, нападая на дейминов, но сообразив, что еда больше не стреляет из своей странной штуковины, шаблы, завывая, снова понеслись к Соланж. Оставалось последнее средство. Кое-как сосредоточившись в невероятном шуме, девушка вытянула вперед дрожащие руки и произнесла заклинание замедления. Словно во сне отвратительные монстры тяжело взмахивали кожистыми крыльями, вытягивая к ней бледные влажные хоботки. Даже визг их, казалось, стал вязким и тягучим под действием чар, проникая под кожу, вызывая брезгливость.