Последний дракон в Паутине - Бондарь Ирина Михайловна - Страница 19

– Аррлея, добрый день. Вы не голодны? – Отлично я его выдрессировала, хе-хе! Качаю головой. – Тогда пройдемте с нами. Представляю вам магистра Ксафьена. Он является одним из авторов и разработчиков множества важных теорий и поможет мне правильно вам все разъяснить. Дело в том, что у МГМ есть некоторые идеи относительно того, каким оружием следует бороться с нашим врагом.

С любопытством разглядывала Ксафьена, пока мы шли по коридорам. Высокий, владение огнем на высочайшем уровне, неопределенного возраста, что означает как минимум несколько сотен лет. Непроницаемые голубые глаза, отличный самоконтроль, скрывающий все эмоции. В общем, вывод такой же, как и раньше: опасное знакомство.

Мы вошли в небольшой зал с низким потолком и двойными дверями, которые со щелчком захлопнулись за нашими спинами. Как мусоловка. Внутри были лишь голые каменные стены без окон, тонкие металлические подставки удерживали под разными углами гигантские, размером с кулак, разноцветные камни. Честно скажу, смотрелась сложная конструкция очень впечатляюще. Обстановка дополнялась лишь парой деревянных грубо сработанных скамей. Насколько я знала, такой аскетизм мог быть вызван необходимостью избежать помех и сбоев при особо тонких магических манипуляциях, которые могут создать лишние предметы интерьера.

Мы с Дессаниром уселись на лавку, Ксафьен же подошел к конструкции с кристаллами, сверяя углы приборами, чуть разворачивая камни при необходимости. Затем начал манипулировать потоками магии, разлитыми в помещении, связывая их, закручивая спиралями в нужных местах, окутывая все запредельной сложности чарами. Мои зрачки превратились в вертикальные щелки, пульсируя в такт заклинанию, иной спектр зрения позволял разглядеть, но не осознать происходящее вокруг. Через пару секунд зал погрузился в непроглядную тьму, после чего один за другим вспыхнули драгоценные камни на установке. Несколько десятков цветных лучей сошлись в одном прозрачном кристалле, после чего воздух перед конструкцией задрожал, уплотняясь. Перед моими глазами открывалось окно в другой мир.

Хорошо, что я отключила эмоции во время собственной подготовки к штурму цитадели МГМ. Сейчас изумление билось глубоко внутри о стенки самоограничений. Связи между мирами нет. Это аксиома. Единственная ниточка, соединяющая тот или иной мир, – врата. Непостижимое чудо природы, которое никому никогда не удавалось повторить. Между мирами не работают телепорты, кристаллы связи и прочая магия. При всем при этом я наблюдала сейчас как раз то, чего не могло быть.

Из окна на меня смотрела ночь. Черное звездное небо, четыре цветные луны. Изображение двигается, открывая моему взору черные стволы деревьев с мясистыми яркими красными и белыми листьями. Красиво. Завораживающе. В поле обозрения попадает низенькое одноэтажное строение неправильной формы. Такое ощущение, что кто-то построил обычный квадратный дом, потом вывернул его наизнанку, смяв углы, да так и оставил. От строения веяло такой дисгармонией, что хотелось отодвинуться подальше. Святилище Хаоса я узнала с первого взгляда, чего нельзя сказать о мире. В таком я точно не была. Незнакомое небо, незнакомые звезды, теплый воздух, пропитанный ароматом пряных экзотических цветов.

– Это мир, который называется Хеллвел. Мир демонов, – поясняет Ксафьен. – В нем царит вечная ночь, но, как вы видите, целых четыре луны создают не такое мрачное впечатление, как можно было ожидать.

Да уж, согласна. Отнюдь не мрачное впечатление. Скорее даже наоборот. Были бы у меня каникулы, я могла бы провести недельку-другую, купаясь в черных от ночи озерах, под светом красной, белой, желтой и голубой лун. Поднимаю глаза от окна в Хеллвел на мага.

– Что нам понадобилось в святилище Хаоса?

Дессанир рядом со мной поерзал на скамье, покряхтел и произнес:

– Дело в том, Аррлея, что служители святилища в этом маленьком мире создали нечто, не поддающееся осмыслению, что мы считаем единственно возможным противопоставить нашему врагу. Не его отражениям, нет. А именно изначальной матрице, с которой были сняты шатающиеся по мирам копии. Они вполне уязвимы для обычной стали и ядов, просто добраться до них на порядок сложнее, чем до иного императора.

Угу, утешил. Я потратила как-то несколько месяцев только для того, чтобы в обход имперской службы безопасности в одном из не самых крупных миров передать императору послание с секретными сведениями. По его подозрениям, в СБ был шпион, поэтому действовать приходилось скрытно. И в результате всех усилий наедине с императором я провела ровно две минуты, после чего меня чуть не изрешетили дротиками рьяные защитники императорской жизни. Чтоб их хмыры порвали! Так что «на порядок сложнее» означает запредельную сложность.

Дальше продолжал повествование второй маг:

– Аррлея, каждая из копий нашего врага является вместе с тем уникальной. Со своими знаниями, чувствами, магией и навыками. Выглядит как человек, окружен слугами, готовыми отдать все за своего хозяина. Существует столетиями, перемещаясь из мира в мир, проживая каждую свою человеческую жизнь в разных городах и странах. – Ксафьен перевел дыхание, оглянувшись на святилище Хаоса, которое продолжало действовать мне на нервы своим странным видом. – С двойниками можно справиться. Но для того, чтобы уничтожить первоисточник…

Несколько отрывистых фраз на неизвестном языке, наполненные силой пассы. Изображение чужого мира в волшебном окне померкло, сменившись на другое. Лучи затуманились, центральный прозрачный камень исчез, и на его месте в клубящемся мареве возник легкий изящный клинок. Катана. Словно вырезанная из куска медово-прозрачного янтаря с темной полосой в центре. От клинка, пусть даже он был только в виде туманной проекции, веяло такой мощью, что зубы ломило. Я отшатнулась, чуть не слетев со скамьи.

– Господа, что это?

– Меч Света. Серебряный сердечник, впаянный в пластину из первозданной силы Хаоса, закаленный жизнью и смертью. Единственный в Паутине, обладающий уникальными свойствами, способный уничтожить тварь, в которой течет кровь драконов-предателей! – Глаза Ксафьена горели ненавистью так же, как и у Дессанира, когда он рассказывал о задании.

– Как можно было создать такое… э-э… такое оружие? Как вы себе представляете первозданный Хаос? Это же не кусок металла, чтобы мечи ковать?

– Мы понимаем ваше удивление, дорогая, но перед вами именно то, о чем сказал магистр Ксафьен. Служители Хаоса смогли выковать меч Света, и вам нужно найти его, чтобы выполнить нашу миссию.

– То есть вы хотите сказать, что в святилище меча больше нет?

– К сожалению. Много сотен лет назад клинок пропал. Хотя наши источники утверждают, будто после многочисленных передвижений между мирами он снова вернулся в Хеллвел. Вы найдете его и выполните то, зачем мы вас наняли.

Отлично. Вот тебе задание, славный боевой маг: найди, хмыр знает где, меч, прибей потенциально бессмертного гада. Отлично, девочка, растем.

– А что вы имели в виду, когда сказали, что эта катана закалена жизнью и смертью?

Маги переглянулись. Возникло ощущение, что ответ на свой вопрос я буду совсем не рада услышать.

– Рождение новой жизни, сопровождаемое при этом смертью источника, дает эманацию поразительной силы, которая и…

– Вы хотите сказать, что меч закаляли эмоциями умирающих матерей, отдавших последние силы на рождение ребенка? Вы с ума сошли? – Я вскочила, чуть не опрокинув скамью с сидящим на ней Дессаниром. Кто-то сейчас получит.

Зрачки расширились до опасного предела, в голосе зазвучало змеиное шипение:

– Уточните-ка, уважаемые, может, этим женщинам еще и не помогали умирать во время родов? И смерть их была легка и приятна? А младенцы жили долго и счастливо? – шиплю на обалдевших от моей реакции магов. От угрожающих обертонов моего голоса проекция мерзкого меча, неизвестно как получившего имя меча Света, исчезла. Перестали светиться камни на подставках, рассеялось заклинание, наведенное Ксафьеном. Я даже не заметила, как сделала это. Все барьеры, сдерживающие мои эмоции внутри, трещали по швам, выпуская наружу чистейшую ярость.