Лжецы и любовники (Русские разборки) - Коллинз Джеки - Страница 93

Как поступить? Отдать Ирине коробку и деньги? Или передать ее полиции? Макса раздирали сомнения. Если убийца — не Владимир, что ему тогда волноваться? Еще бы не волноваться! Марину, его бывшую жену, мать Лулу, зверски убили, и, как к ней ни относись, это ужасно.

Дома его ждали несколько сообщений на автоответчике. Одно — из Монтока от миссис Коннер, она сообщала, что у Лулу все в порядке и она замечательно проводит время — миссис Коннер даже дала трубку Лулу, чтобы та поздоровалась с папой. Потом было короткое сообщение от Реда, призывавшего явиться завтра в десять утра на семейный сбор. О смерти Марины он не сказал ни слова. Неужели старик думает, что может созывать сыновей, когда ему вздумается, а они и примчатся, виляя хвостиками? Просто издевательство какое-то!

Третье сообщение было от Криса, тот все еще находился в городе, все в тех же «Временах года», и приглашал Макса поужинать с ним и Джетом. Максу сейчас только этого не хватало — сидеть в ресторане с братьями. Ему никого не хотелось видеть, даже Эми — голова идет кругом от всего, что он узнал.

Минут через пятнадцать снизу позвонил консьерж и сообщил, что к нему направляется детектив Родригес.

Чтоб его! Когда этот тип оставит его в покое? И как теперь себя с ним держать? Макс понимал, что совершенно не готов к встрече с детективом.

— Пусть поднимается, — сказал Макс, понимая, что иного выхода у него нет.

Через минуту спустя Родригес уже входил в квартиру. Сегодня он был один.

— Визиты ко мне, похоже, вошли у вас в привычку, — проворчал Макс. — Но я не намерен их поощрять.

— Простите за беспокойство, мистер Даймонд, — извинился Родригес. — У меня к вам всего два вопроса. Следствие продвигается, и кое в чем мы рассчитываем на вашу помощь.

— Да? — сказал Макс, не приглашая полицейского дальше прихожей.

— По показаниям портье в доме миссис Даймонд, к ней регулярно захаживали несколько мужчин. Вы об этом знали?

— Я же вам сказал, — вздохнул Макс, — что понятия не имею, чем и с кем она занималась после нашего развода.

— А я, грешным делом, подумал, что хоть в этом вы нам поможете.

— Откуда такая уверенность?

— Да так…

— Послушайте, — начал Макс, пытаясь сдерживаться, — я вас очень прошу впредь общаться со мной через адвоката. Нельзя вот так являться ко мне в дом, когда вам вздумается!

— Я полагал, вы больше всех заинтересованы в скорейшем раскрытии дела, — произнес детектив Родригес и поправил очки. — И потом — это моя работа. На меня давит мой шеф. А на него давят сверху. Дело-то весьма громкое.

— Ничего удивительного! В самом сердце Манхэттена женщину находят убитой в ее собственной постели, — заметил Макс.

— Может быть, вам будет легче кого-нибудь вспомнить, если я дам вам словесный портрет?

— Вряд ли, — отрезал Макс.

— Вы знали, что ее регулярно посещали трое мужчин? Макс постарался скрыть удивление. Один определенно Владимир. Второй — некий Алекс. Но кто третий?

Он покачал головой.

— Поговорите с ее матерью, может, она поможет. От меня толку мало.

— А вы с Ириной не виделись? — спросил детектив Родригес, теребя усы.

М-да… Вопрос на засыпку. Солгать? Или сознаться, что ездил на Брайтон-Бич?

— Вы же сами навели меня на мысль, что она — мать Марины, стало быть, приходится бабушкой моей дочке. Поэтому — да, я у нее был.

— Правда? — переспросил Родригес, не оставляя в покое свои усы. — И что она рассказывает?

— Да ничего нового. Вам все уже известно.

Детектив в задумчивости уставился на него.

— Думаю, вам было бы интересно знать, что все новые показания и улики мы анализируем и приобщаем к делу.

— Какие новые улики?

— Например, результаты анализов ДНК. Образцы волос, кожи… — Он замолчал. — Видите ли, убийцы никогда не догадываются, как именно их находят. А на самом деле их вычисляют потому, что они недостаточно осторожны. Они считают, надел перчатки — и тебя уже не найти. В наше время этого уже мало.

— Детектив, мы закончили? — в раздражении спросил Макс.

— Пока — да.

Макс распахнул входную дверь, и Родригес вышел.

— Я буду держать вас в курсе, мистер Даймонд, — пообещал он.

— Буду признателен, — ответил Макс и с хмурым видом закрыл дверь. Час от часу не легче! Кандидатов в убийцы стало уже трое! Кто же это?

Надо это выяснить.

Джету не улыбалось ужинать с Крисом, ему хотелось быть с Эми. Но когда он позвонил ей сказать, что придет, Эми ответила, что ей нужно побыть одной, чтобы решить, как быть дальше.

Это его встревожило — он только что порвал со своей давней подружкой, а теперь еще и Эми на попятную. Вот чертовщина!

Потом, решив его окончательно доконать, позвонила мать.

— Что творится в этой семье, будь она неладна? — заплетающимся языком спросила агрессивно настроенная Эди. — Я тебе говорила держаться от них подальше. Я тебя предупреждала!

— Послушай, мам…

— Ну, уж нет, это ты меня послушай! Они все сволочи и кретины! Держись от них подальше, Джет! Я серьезно говорю!

Он побыстрей закруглил разговор. Потом решил, что надо успокоить нервы выпивкой. Одну стопочку водки — и все.

Что будет с одной стопки?

Пошарив в квартире, он обнаружил на кухне запрятанную в глубине шкафчика початую бутылку «Серого гуся». Один глоток после почти трех лет трезвости. Ничего не случится. Все под контролем.

«Я вляпалась, — подумала Эми. — Я запуталась, я несчастна, и меня мучит совесть. Мама права. Надо куда-нибудь уехать».

Она решила не видеться с Джетом, пока не решит, как быть с Максом. Как поступить? Сказать Максу, что все кончено, и броситься в объятия Джета? Его брата! И подумать страшно об этом, не то что сказать!

Бабушка дала совет: надо прислушаться к сердцу. А что говорит сердце? Она не знает. Она ни в чем не уверена.

Эми не могла не видеть, что в последнее время Макс отдалился от нее и даже не пытается ее увидеть. Эми понимала причину, ведь на него столько всего навалилось, но если бы они были по-настоящему близки, разве ему не хотелось бы видеть ее рядом, тем более в такой ситуации? Как же ей поступить, как распутать этот клубок?

Пока никакого выхода Эми не видела.

— Ее ребята, мать их, моих до белого каления довели! — гремел в трубке голос Роса Джаганте.

— Послушай, Рос, — невозмутимо ответил Крис, — я ее адвокат. В такого рода дела я не встреваю. Скажи, пусть имеют дело с ее рекламным агентом или кем-нибудь из помощников.

— Розового цвета, мать твою, — сокрушался Рос. — Она все хочет розового цвета! Совсем чокнутая. Велела даже воду в бассейне подкрасить в розовый.

— Рос, ты меня слышал?

— Да слышал, слышал. — Последовала долгая пауза, после чего тон резко изменился. — А где мои денежки, мать твою?

— В выходные получишь, — заверил Крис. — Наличными, как ты и хотел.

— Давно бы так! — проворчал Рос.

Крис повесил трубку. Поскольку оставаться у Макса он не собирался, он снова занял номер во «Временах года». Хоть у Макса и удобно, но он предпочитал независимость. Кроме того, сразу после встречи у Реда он намеревался вылететь в Лос-Анджелес. Больше откладывать нельзя. Он отсутствует почти неделю, намного дольше, чем планировал.

Дозвониться Максу никак не удавалось. В офисе брата не было, мобильный он не брал, и Крис надиктовал на автоответчик сообщение с предложением поужинать.

Он надеялся, что Макс уже передал следователям Маринину коробку, шкатулку, ящик — черт его знает что — со всем ее содержимым. В противном случае Макс ставит себя в опасное положение.

Новости, и теле-, и в печатных изданиях, по-прежнему уделяли смерти Марины внимание. Но сейчас Крис ни о чем не мог думать, кроме загадочных слов отца о смерти его матери.

Завтра он узнает правду — если только Ред не блефует. А в том, что Ред умеет блефовать, он не сомневался.