На берегах медовой реки (СИ) - Баутина Юлия Владимировна - Страница 25

— Я? — переспросил Дьюин, проверив, легко ли вынимаются из ножен мечи. — Я так думаю, сударь, что шавки, какого бы размера они не вымахали, не повод для бегства, а уж коли есть охрана, значит, имеется и то, что следует охранять. Скверная это примета — поворачивать назад, будучи в двух шагах от добычи. Этак в следующий раз удача и вовсе стороной обойти может.

— Вот тебе, Лис, и ответ, которого ты так хотел, — подытожила Ларри. — Поскольку назад все равно никто идти не собирается, пойдемте, что ли, вперед. Все лучше, чем у трупов сидеть.

***

Далеко, правда, уйти не удалось. По мере продвижения земля становилась сырее, и вскоре из‑под копыт аккуратно ступающих коней, как из напитанной влагой губки, начала выплескиваться ржавая болотная жижа. Окружающая тракт растительность с каждой пройденной милей приобретала все более чахлый вид, все чаще встречался сухостой, да и сама дорога, вначале привычно радовавшая прямотой, начала вихлять из стороны в сторону, затем сузилась до размеров едва проторенной тропки, а потом и вовсе потерялась среди мшаников и зарослей хвоща.

— Замечательно, — мрачно сказала магичка, с подозрением изучая затянутый тонкой кисеей белого тумана лес. — Это следует расценивать как намек, что мы уже приехали? И где хоть один холмик с малахитовой травкой? Я, конечно, понимаю, что местность имеет свойства меняться со временем, но не настолько же! Особенно если учесть, как хорошо сохранился предыдущий отрезок пути… Лис, каково будет по этому поводу указание от твоего покойного императора?

— Никакого, — честно, хотя и слегка недоуменно ответил Хельстайн. — Похоже, нам посчастливилось отыскать проблему, с которой Максимилиан не сталкивался. Он особо подчеркивал, что тракт остается неизменным, невзирая на все перемены, происходящие в окрестностях, и ведет прямиком к обители малого народца. С учетом того, что перемены все же происходят, остается лишь предположить, что каким‑то образом мы ухитрились свернуть с тракта.

— Как и когда? — спросила Ларри. — От самой полянки с останками конкурентов и вплоть до нынешнего момента ты видел хотя бы одну развилку? Если сумеешь сказать, где именно мы сошли с императорского Пути Гнева, я готова признать собственную слепоту.

— Может, он зарос? — предположил Монметон. — Как та, перекрестная, дорога, что к поляне выходила. Поэтому его продолжения никто просто не заметил. Ожидали‑то торный путь…

— Гениально! — с восхищением воскликнула магичка. — А я, скудоумная, и не догадалась!

— Ларри, прекрати юродствовать, — с тяжелым вздохом попросил Хельстайн. — Для разрешения спора предлагаю возвратиться назад по собственным следам. Похоже, это единственный способ выяснить, что и где мы проглядели.

— Мысль, конечно, здравая, сударь, — заговорил до сих пор отмалчивавшийся Дьюин. — Однако для верности ткните что ли пальцем, где наши следы и куда нам следует возвращаться.

Что именно имеет в виду наемник, становилось ясно после первого же взгляда назад. Ни малейших следов тропы или, на худой конец, примятой шедшими вереницей конями растительности там не имелось. Привстав в стременах, словно в надежде, что от этого в представшей перед ней картине хоть что‑либо изменится, Ларри тихонько выругалась и, уже громче, сказала:

— Я начинаю уважать малый народец.

— Вы успели заметить, как именно произошла перемена? — просил Хельстайн у Дьюина.

Наемник покачал головой.

— Когда я обернулся, тропы уже не было.

Ларри тронула поводья, заставляя аргамака сделать несколько шагов вперед. На лице ее, подменяя собой напряженное, угрюмое выражение, постепенно начала вырисовываться недобрая улыбка.

— Браво! — внезапно крикнула магичка, обращаясь к настороженной тишине леса. — Признаю, попытка была хорошей, но не более того! Пока не ушло время, можете делать следующий ход — мы подождем!

— Ты чего разоралась?!? — прицыкнул на нее Дьюин.

— Успокойся, Каллаган, — все еще продолжая улыбаться, сказала Ларри. — К сожалению, ответить здесь, похоже, уже некому, равно как некому понять и признать свою ошибку.

— Какого рода ошибку? — немного нетвердым голосом спросил Монметон.

— А такого, что встреченный нами сюрприз задумывался исключительно для тех, кто ни бельмеса не смыслит в магии. Иного объяснения тому факту, что, тщательно наведя на тропу морок, негостеприимные хозяева напрочь забыли про способную послужить надежным указателем путевую веху, я подобрать не могу.

— Другими словами, куда идти, ты знаешь, — уточнил Хельстайн.

— Разумеется. За исключением одного лишь нюанса… с этого места я могу определить положение аж двух вех — той, от которой мы пришли, и еще одной, расположенной впереди. К какой направимся?

— Назад, — торопливо выпалил Монметон.

— Вперед, — сказал Дьюин.

— Лис?

— Я бы предпочел движение вперед, но по тракту, — ответил Хельстайн. — Поэтому предлагаю такой вариант: сейчас ты оставишь на месте, где мы находимся, привязку на случай, если вдруг придется продолжать путь по бездорожью, и попробуешь вывести нас к той вехе, что была еще на тракте. Если никакой пропущенной развилки не обнаружится, возвращаемся к привязке, и уже от нее отправляемся напрямую ко второму источнику магии. Надеюсь, подобный компромисс устроит всех?

Монметона предложенный профессором вариант, кажется, все же не устроил, однако вслух никаких возражений озвучено не было. Возглавляемый магичкой отряд двинулся, как казалось поначалу, напролом через глухой нехоженый лес, однако когда мили через две с половиной морок, сжалившись, все же спал, под ногами путников оказался уже знакомый и пока еще сохраняющий прямизну тракт.

— Ага, — глубокомысленно сказал Дьюин. — А я как раз начал удивляться, чего это земля в лесу такая ровная. Теперь ясно.

— Думаю, дальше возвращаться не имеет смысла, — произнесла Ларри, останавливая аргамака. — Мы опять на тракте, а значит, если развилка где и была, то только ближе к привязке. Ну что, начинаем поиски?

Вновь развернув коней, отряд двинулся по возвратившему себе полную видимость тракту. Ехали медленно, внимательно высматривая любое, самое малейшее несоответствие в окружающей дорогу растительности, однако к тому моменту, как дорога вновь начала утрачивать прямизну, ничего, что хоть отдаленно напоминало бы пропущенный поворот, обнаружить так и не удалось.

— Ну, и какие еще будут предположения? — спросила магичка, когда тропа вывела их аккурат на то же самое место, что и в прошлый раз, запустив тот же самый морок. — На мой взгляд, все один к одному сходится к тому выводу, что либо наш император следовал иным путем, либо уже после его визита кто‑то сменил наложенные на подходы к Полым Холмам заклятья. Если принять верность второй версии, выходит, что не весь малый народец сгинул под холмами. Если первой, то честно признаюсь, что понятия не имею, где мы с уважаемым Максимилианом могли разминуться.

— Думаю, это уже не имеет принципиального значения, — отозвался Хельстайн. — Чтобы больше не тратить время впустую, прибегнем к запасному варианту. Веха все еще на месте?

— Как ни странно, да, — ответила Ларри, напряженно всматриваясь в причудливый танец извивающихся прядей тумана.

— В таком случае, чего еще ждать? Вперед.

— Как скажешь, Лис. Только всего один совет — держитесь покучнее. Морока впереди, вроде, нет, но места, по первому впечатлению, гиблые. Не знаю, малый народец к этому приложил руку, или еще кто, однако та дрянная аура, что раньше возле тракта держалась, теперь весь лес накрывает. Ладно, чего уж там, пошли…

Подхлестнув заартачившегося аргамака, магичка первой вступила в белесоватое марево, клубящееся под сводами леса, а вслед за ней в призрачной дымке растворились и остальные члены отряда.

***

Поначалу казавшийся обманчиво прозрачным туман вскоре сгустился, плотной стеной обступив путешественников, разом ограничив видимость и странным образом исказив звуки. Голоса в нем глохли, в то время как шорох осыпающихся с мокрых веток капель временами звучал едва ли не громче барабанной дроби. Навязчивая мга оседала на лицах и волосах, одежда отсырела, намокшие плащи вместо защиты давали лишь дополнительную тяжесть на плечах.