Акарат а Ра (или Исповедь военного летчика) - Крупенин Сергей - Страница 6

Ари смущенно улыбался одними глазами.

– Откуда вы знаете мой язык, если мы в Галилее? – задал Михаил первый вопрос за все пребывание в комнате – и как я сюда попал?

Ари уже не скрывая улыбки, впрочем, такой же необидной, сказал.

– Майор, если я скажу вам, что время и пространство это вовсе не то, что вы себе представляете, а разговариваем мы с вами не посредством языка и губ, вы не очень-то мне поверите. Вы так называемое «последнее поколение». Вам кроме веры подавай доказательства. И это правильно! Ну что ж, добудьте их.

«Мудрено и вправду – подумал Михаил – но к себе пойти я с дорогой душой, прямо сейчас! А там посмотрим».

– Кто был тот парень, который дал мне эту книгу вчера и что с ним?

– А, это был не парень. Это ангел.

Ответствовал Ари совершенно спокойно.

– Это не человек. Как бы вам объяснить? Порученец. Вроде робота, только программное обеспечение его – само совершенство. Не беспокойтесь с ним все в порядке. Он вообще неуязвим.

– А двое мужчин в черном, которые его преследовали? Они кто?

– А вот это можете выяснить только вы.

«Ну, теперь-то все совершенно понятно» мысленно съязвил Михаил.

– А как я попаду к себе?

Спросил он вслух, допивая очень понравившийся сок.

– В прошлый раз вы предпочли книжные полки. Можно, правда, попробовать дверь. Впрочем, вам выбирать.

Ари вновь улыбался одними глазами.

– Не беспокойтесь, мы с вами еще увидимся.

Сказал он. «Вот о чем я беспокоюсь в последнюю очередь!» не без мстительного чувства за свою беспомощность в создавшейся ситуации подумал Михаил. Понимая всю абсурдность своих действий (разум просто взбунтовался и предпочел отключиться), крепко сжимая в левой руке книгу, он двинулся к двери. Сердце вновь заколотилось от порции адреналина. «Боже, что я делаю?» проскочила последняя критическая мысль. Перед самой дверью он остановился вдруг и резко повернулся к Ари, стоящему прямо и спокойно посреди полутьмы комнаты и с какой-то очень понимающей полуулыбкой смотрящему на него. Они встретились глазами. Что-то совершенно невыразимое проскочило в их взглядах. Какое – то ощущение потрясающего родства. Родства чего? Он не знал. Но явственное чувство было! Неожиданно совершенно для себя Михаил сказал:

– Спасибо вам, брат!

Так же резко развернувшись к двери (терпеть не мог сантиментов между мужчинами) решительно шагнул в нее.

– Не полагайтесь слишком на разум, друг мой, – услышал он изменяющий уже звучание голос Ари, – учитесь верить и чувствовать!

Голос оборвался, как и все звуки, кроме замедляющегося стука сердца. И почти полная тьма. В отличие от первого раза она не была абсолютной, хотя что-либо различить все равно не представлялось возможным. Сердце остановилось. Тело невесомо, в пространстве не ориентировано. «Ну вот, опять двадцать пять. Какая вычурная галлюцинация. Привиделось все видимо, а на самом деле умер ты. Почил в бозе, так сказать да и застрял невесть где. И что дальше? Опять эмоции стерты почти до нуля. „Что там мне Ари сказал напоследок? Учись верить? И чувствовать. Надоело тут болтаться“. Сила тяжести стала нарастать, подтверждая правильную ориентацию тела в пространстве. Домой хочу – попробовал посмелее. Процесс пошел, как показалось, побыстрей. Слегка посветлело. Михаил стоял в сером ничто и нигде. Куда теперь? А махну как в прошлый раз прямо! И шагнул. Вывалился из стены в гостиной своей квартиры между столом и креслом, не задев ничего. Книга в левой руке. „Ну все, блин. Дома!“ Положил книгу на стол и ощупал себя. И привидится же такое. Страшно хотелось курить. Вот, что значит нездоровый образ жизни! И курить брошу – разум услужливо подбросил очередное успокоение. Чего-то не хватало. Часы показывали 12.20. Чтобы увидеть, пришлось прикрыть табло часов рукой. Жена еще в Интернете. Опять полоснуло по сердцу. Все по-прежнему. Закурил. Взял книгу в руки, повертел. Открывать было как-то боязно. „Да ладно тебе. Сколько можно! – разум выползал из своего убежища – этот бред не может длиться долго“. Михаил открыл книгу на первой странице. Над стихотворением была приписочка тем же почерком: „Учитесь верить и чувствовать, майор“…

Глава 3

Торжество логики и ее фиаско.

Вот так влип, браток! Эк тебя угораздило в такое попасть. Да еще понимал бы хоть что-нибудь. Забыв закурить, он плюхнулся в кресло. Мышечная память услужливо подбросила воспоминание от недавнего сидения на неудобной низкой лавке. Недавнего? Михаил даже рассмеялся вслух. Только, что, а именно четыреста тридцать пять лет назад, я сидел на лавочке и попивал вкуснейший без малейших примесей консервантов гранатовый сок, так чудесно освеживший после вчерашнего злоупотребления спиртным, и который, кстати, еще приятно плюхается у меня в желудке. Это было в помещении практически рядом с моей квартирой. В каких-нибудь полутора тысячах километров от нее. Смех носил явную нервическую окраску. Да, так вот и сходят с ума! Он бросил взгляд на книгу, лежащую на столе. Это единственная вещь, способная хоть как-то связать все события последних суток. Здравый смысл, снова не справившись с ситуацией, сделал попытку отключиться.

Стоять! Михаил усилием воли заставил себя мыслить логично. Вчера был тяжелый день. Так? Так! Закончился он не лучшим образом. Было такое! Утром я открыл книгу и попал в шестнадцатый век. Стоп! С этого момента начинается мистика. У людей, даже здоровых, могут случиться галлюцинации и вполне правдоподобные? Могут! Тем более, что присутствие алкоголя является явным провоцирующим фактором. Да легко! А книга? Просто дал тебе ее тот парень. Парень как парень. Есть захотел, а денег нет. Ну и расплатился, как мог. Кто его знает, где он ее взял? У бабушки своей, может. Книга как книга. Ну, разве, что старинная. И, что с того? А посмотрю-ка я ее повнимательней, и все встанет на свои места. Логика хорошая вещь!

Михаил снова взял книгу в руки. Кожа обложки как живая даже с ощущением пульсации. Да это мой собственный пульс! А чей же еще? А кожа просто очень хорошей выделки. Хорошо, разобрались! Раскрыл на первой странице. «Учитесь верить и чувствовать, майор» гласила приписка перед стихотворением. Написана она была теми же чернилами и почерком, что и стихотворение. И буквы были так же как бы в глубине бумаги, только размером поменьше. Возможно, какая-то утраченная технология. А майоров на свете было как собак нерезаных. И будет еще. Несть им числа этим майорам. Михаил поневоле стал снова читать странное стихотворение, но тут же остановился. Мало ли чего? Ну, вот опять! – досадливо подумалось. Мужик, да возьми же себя в руки! Продолжил читать. Не без опаски, правда. Дочитал до конца. Внутренне сжался. И ничего! Вот и вся ваша мистика. Логика! Отлегло сразу от сердца. Встал, положив раскрытую книгу на стол, и принес пепельницу с сигаретами. Закурил с наслаждением. Все встало на свои места. Он, занятый иллюзиями, даже забыл о реальном состоянии дел. Невеселом, прямо сказать. Надо было что-то решать…

«А чего тут думать – трясти нужно!» цитата из старого анекдота подсказала путь. Нужно заняться уборкой того, что наделал ночью. А заодно и того, что наделалось как-то само за последнее время. «А сок-то хорош был» подумалось. Тьфу ты, опять! Нужно потрудиться. Физически. Дурь из головы-то и выветрится. Михаил взялся за уборку с разгромленной кухни и расширился в трудовом рвении на всю квартиру. Работа приносила даже некую радость, и, заняв часа два, разродилась хорошими результатами. Все сияло, не валялось и находилось на своих местах. Результаты же, в свою очередь, благотворно сказались и на душевном состоянии. Как мало иногда нужно человеку – простое действие и тебе уже лучше. Лучше, чем алкоголь. Каламбур получился. Или не каламбур? Михаил не был силен в филологических тонкостях. С чувством удовлетворения он, наконец, плюхнулся в кресло у столика и закурил уже честно заработанную сигарету. «А что там, в книжке еще?» рука фривольно раскрыла книгу и перевернула страницу со стихотворением. «Михаил Сергеевич, убедительная просьба – не откладывайте действия в долгий ящик. Слушайтесь чувств. Успехов, Ицхак бен Шломо Лурия Ашкенази». Прочитал он сверху на следующей странице.