Ночь дракона - Крускоп Сергей - Страница 53

– Видя Нубъег две тысячи ваших лет назад, – пояснила Баст, – можно было предположить, что магия у вас отомрет или станет уделом очень немногих избранных, а науки будут развиваться своим чередом. Но из того, что я здесь увидела, я поняла, что магия и многорасовость сделали вашу реальность такой, какая она есть.

Мы с Ивоной удивленно приподняли брови.

– Ваша культура выглядит несколько асимметричной, – немного виновато улыбнулась девушка-кошка. – Вы освещаете помещения свечами и ездите на верховых животных, а при этом рассуждаете – и довольно верно! – о структуре пространства и организации живой материи. Чтобы разглядеть наследственное вещество в клетках, не прибегая к магическим инструментам, требуется кое-что посложнее увеличительного стекла и масляной лампы…

– Если ты такая… мудрая, – сказала Ивона садясь в свободное кресло, – объясни нам, как работает этот портал, – она указала на саркофаг.

Тот, кстати, вновь обрел дно и стал обычным; деревянным ящиком странной формы, а вовсе не окном в бесконечность.

– У меня есть на этот счет мысли, – сказала, ничуть не смутившись, Баст. – Как вам, наверное, известно, пробить два портала в одну и ту же реальность довольно сложно. Жрецы Нубъега как-то умудрились этому научиться, сворачивая переход не в пяти, а в шестимерном пространстве, поэтому-то он и не выглядит октограммой. Они дополнительно фокусировали проходы с помощью пирамид, пирамиды же служили и активаторами. В результате они открывали в нашу реальность десятки порталов.

Ивона слегка присвистнула от изумления, а потом возбужденно воскликнула:

– Но это же почти невозможно! В Берроне и соседних странах потенциально действующих порталов всего-то с десяток, причем все природные…

– Тем не менее. Откуда у жрецов было такое умение, я не знаю, да и, боюсь, уже никто не узнает.

Ивона о чем-то глубоко задумалась. Велимир молча переводил взгляд с одной девушки на другую.

– Баст, – вдруг спросила Ивона. – А зачем ты прошла этот портал? Не с экскурсионной же целью? И зачем тебе – или вам – мумия древнего нубъегца?

Баст несколько помрачнела.

– Из-за мумии и прошла, – сказала она.

– И куда вы ее дели? – подал голос Долославский.

– Не я, – девушка задумчиво поковыряла пальцем край стола. – Ну хорошо, слушайте. Мы, то есть наши маги, попали в ваш мир случайно. Однажды, около четырех тысячелетий назад – по вашему летосчислению и девяносто шесть лет – по нашему. Тогда-то жрецы Нубъега и приняли нас за богов. И решили, что умершие должны уходить в наш мир. Понятия не имею, что натолкнуло их на подобную мысль…

Баст немного помолчала.

– Короче, – продолжила она, – они научились ставить такие, – она показала на саркофаг, – межреальностные порталы и подвергали наиболее дорогих умерших определенному обряду, включая мумификацию, который должен был обеспечить покойным жизнь на той стороне. И нас буквально осадили ваши зомби!

Теперь мы все втроем ошарашено смотрели на Баст.

– Так мумии действительно оживали? – выдавила наконец Ивона. – Только не в нашем, а в вашем мире?

– Не смешно, – отозвалась Баст. – Учитывая разницу в скорости потока времени, покойные правители, верховные жрецы, визири и министры в компании со своими любимыми супругами и кошками появлялись целыми отрядами. И наши маги потратили немало сил, чтобы эту практику прекратить. И когда после долгого перерыва вдруг опять объявился бодрый труп знакомого вида, я упокоив его, направилась сюда – узнать, в чем дело.

– А этих тварей, – вдруг спросил Долославский, – не вы ли наслали? В качестве мести.

– Нет, что вы, – девушка потупилась и смущенно призналась: – Я сама их до судорог боюсь.

Меня почему-то разбирал нервный смех, хотя я и не давал ему прорваться наружу. Вот ведь! Интересно, забегающие к нам на огонек гули, упыри и мроеды – тоже чьи-то горячо любимые родственники, которым хотели обеспечить счастливое времяпрепровождение в загробном мире?

– Больше такое не повторится, – уверил Велимир. – Знания о подобных порталах утрачены, как и нубъегские похоронные обряды. Кстати, госпожа Баст, может быть, вы расскажете что-нибудь об этих обрядах – это имело бы большой научно-исторический интерес.

Баст стала о чем-то рассказывать (или, возможно, объяснять, почему она ничего рассказывать не будет), но мое внимание переключилось на Ивону. Девушка сидела, утонув в мягком кресле, в глубокой задумчивости.

– Ив, – позвал я ее, – ты еще с нами?

– А? – Ивона вышла из прострации. – Пирамиды… При чем здесь пирамиды? Здесь же нет никаких пирамид.

– Дело же не в каменной башне пирамидальной формы, – отозвалась Баст, – а в определенным образом сфокусированном энергетическом контуре.

Ивона несколько секунд, не мигая, смотрела на нее, а затем заметно оживилась.

– Ну конечно! Это идея. Велимир, скажите, а не знаете ли вы, что было на месте вашего замка до его постройки?

– Точно не известно. – Долославский задумался. – Здесь довольно много древних руин, предположительно принадлежавших темным эльфам. Одна из таких построек служит фундаментом для замка, но что это было за строение…

– А у вас есть хороший план замка?

– М-м… есть, и довольно точный. – Велимир выдвинул ящик стола и стал в нем рыться. Минуту спустя он извлек и развернул перед нами слегка пожелтевший пергамент.

– Отлично. – Ивона вскочила с кресла. – Сивер, пошли, ты мне поможешь!

– Если фокус объяснить, его суть становится столь очевидной, что только руками всплескиваешь – как не догадался раньше! – рассуждала Ивона, сидя на стене возле ворот и копаясь в сумке.

Сумка, похоже, была бездонной. Во всяком случае, при мне Ивона не раз извлекала из нее самые неожиданные вещи, хотя я и не мог бы поручиться, что она возит их с собой всегда и все.

Ночь, столь богатая событиями, постепенно сдавала свои позиции. Небо над подступавшим к замку лесом посветлело, окрасившись в приятные зеленоватые тона, на остальной части небосвода погасли звезды, за исключением двух-трех самых упорных. Темные росчерки облаков – последнее наследие ночной грозы – подсветились по краям, отражая лучи еще невидимого солнца. Несколько запоздалых летучих мышей промелькнули бесшумными тенями, торопясь попасть в свои дневные жилища. В кроне одного из деревьев во дворе замка сонно зачирикала какая-то мелкая птичка. Если бы камень стены не был таким влажным и холодным, а я не отдал бы свою куртку замерзшей Охотнице, то смог бы насладиться видом просыпающейся природы в полной мере.

– Вот, – сказала Ивона, выныривая из сумки, – замечательная вещь. Одно из недавних достижений прикладной магии.

Она извлекла на свет некий предмет, представляющий собой два соединенных друг с другом темных овальных стекла, от которых отходили загнутые на концах планки с вправленными в них мелкими, но хорошо ограненными камнями.

– Вроде очков от солнца, – пояснила девушка. – Мне Стериан такие показывал, да и эльфы их иногда носят, чтоб свет не слепил. Но это – другое.

Она что-то сделала с кристаллами, а затем надела «очки» и посмотрела сквозь них на замок.

– Ага, так я и думала, – сказала она. – На, хочешь посмотреть?

– Я же не маг, – ответил я, вертя «очки» в руках.

– Не важно. Эта… этот прибор разработан для использования не только магами. Я его уже активировала, так что любуйся на здоровье!

Сквозь «очки» замок стал полупрозрачным, расплывшись нагромождением черных теней. Зато стали видны другие, и довольно занятные, веши: какие-то бледно фосфоресцирующие полосы и росчерки под землей, такие же пятна кое-где внутри стен. Основание, на котором был выстроен замок, лучилось в нескольких местах, но особо выделялись четыре симметрично расположенные яркие точки на уровне пола первого этажа и одна-в центральной башенке наверху. Даже не будучи геометром, я отчетливо понял, что вместе они образуют правильную пирамиду, и кабинет Велимира на третьем этаже находится как раз в ее центре.

– Она неактивна, – сказала Ивона, – остается только выяснить, что ее «включает».