Эгнор - Крабов Вадим - Страница 83

— Вы их не распускайте, барон, — посоветовал военный, когда староста удалился, — они всегда плачутся, а ведь графские мытари сюда редко заглядывали, с арендой вообще демоны знают что творится. Головная боль для графа была. Теперь ваша.

— Учту, господин Брамус. — Свою должность он так и не назвал.

Замок встретил нас неприветливо. Ворот вообще не было, стены были полуразрушены и заросли травой, донжон сиротливо стоял на половину высоты, а рядом лежали обломки его стен. Из надворных построек более или менее целой была конюшня. Крыша большого старинного двухэтажного здания сохранилась едва наполовину, а застекленными были окна половины первого этажа, где жил старик управляющий. Над одной из труб курился дымок, что несказанно порадовало! Нам порядком надоела постоянная сырость.

— Эй, Семус, встречай хозяев! — зычно крикнул Брамус.

Через несколько минут открылась входная дверь, и во двор вышел невысокий худощавый сутулый человек в плаще и сказал дребезжащим, но сильным еще голосом:

— Привет, Брамус, хозяин здесь граф, и ты это знаешь лучше меня. Вам, гости, здоровья, и заводите коней в конюшню, слуг здесь нет. Эк вас сколько. А лошадей-то с поклажей! Купцы, что ли?

— Действительно, барон, — обратился ко мне военный, — так и надо поступить. В доме все объясним.

Завели и распрягли коней, насыпали привезенного с собой овса, натаскали воды, а продукты и пожитки занесли в дом.

— Здравствуйте, господин барон, — поклонился мне старик, когда недоразумение прояснилось, — вы уж простите, не ожидал, что графу удастся сбагрить это баронство. Ой, простите, я совсем не то имел в виду!

— Ладно, ладно, Семус, мы все понимаем. Ты останешься с нами?

— Если позволите. Идти мне некуда.

— Конечно, позволю. Останешься управляющим. На днях мужики приедут, ремонтная артель. Командуй. Ремонт дома и построек. Надо будет нанять конюха, кухарку… короче, всю дворню, тебе лучше знать. Деньги есть.

— Неужели жизнь здесь начнется? — с воодушевлением произнес эконом. — Вот радость на старости лет. Я же вырос здесь и после выслуги у графа сюда же вернулся.

— Начнется, дед, начнется, — задумчиво произнес я.

Только насколько? Надо будет съездить забрать захоронку. Это километров сто — сто пятьдесят отсюда, мы узнали у Вагира. Он еще посмеялся над теми руинами, мол, все, кто древнюю карту видел, ездят туда искать.

Теплилась слабая надежда, что, по крайней мере, зиму нам дадут здесь пережить, а там… может, вообще обойдется? Верилось с трудом, но надежда была: общаться с местными служителями Спасителя, с жителями деревень. Пусть видят, что черноты в нас нет. В это же время активно строиться, помогать деревенским, короче, жить так, будто ты здесь надолго, и кто знает, может, это действительно так и окажется.

Черные беспокоят почему-то больше, чем помощники, хотя явно должно быть наоборот, а не могу избавиться от этого чувства. Главное в сообществе «Стихия» — не переусердствовать с возмущениями, так что портал отсюда не открывать, однозначно, этим и помощников дольше не привлечем. Учить местную магию, улучшать модули и заниматься разгадкой древних. Хожу все вокруг да около.

Как не хватает знания языка! Может, всплывет сам из видений? Разумеется, всплывет, только тогда, когда «девочки» его расшифруют. Закон бутерброда, чтоб его!

С энергией моей непонятно, не могу подобраться, и все тут. Нечисто здесь, чую, как и история моего появления в Эгноре.

Сидя за камином в большой теплой и пустой пока кухне, после горячей еды и подогретого вина у меня появились другие мысли.

Несмотря на ненастье, мне здесь понравилось. Почти физически я почуял запах свободы и долгожданного дома. Перед глазами уже стоял ухоженный особняк с богатым парком, садом и тенистыми аллеями в летнюю жару. Почему именно сейчас, когда в воздухе висела холодная сырость, — очень даже понятно. По прохладным аллеям гуляла Лиза с детьми, над которыми кудахтала симпатичная молодая гувернантка. И как только Лиза позволила нанять ее — совершенно непонятно, а я в это время подглядывал за ними из-за недалеких кустов и был счастлив. Совершенно. Пришлось тряхнуть головой, чтобы развеять это уютное видение и вернуться в суровую реальность. А не хотелось — до ломоты в зубах!

Поживем — увидим.

Эпилог

В тенистом саду за легким столиком с напитками сидели два молодых человека. На первый взгляд вполне обычные друзья. Вернее, недруги. Ненависть друг к другу сквозила в каждом слове беседы. Если бы человеку удалось заглянуть в глаза любого из них, он бы сошел с ума от ужаса, узрев вечность. И задохнулся бы от божественной силы.

— Ты же знаешь, Спаситель, — сквозь зубы выделив последнее слово, сказал брюнет, — не люблю я твои апартаменты, говори по делу.

— Ах, Вартараар, ты уже поплатился разок за свою нетерпеливость, — спокойно ответил блондин, пригубив великолепное вино. — Не любишь вспоминать, как в замкнутом пространстве оказался?

— Можно подумать, ты меня туда отправил.

— Но я помог тебе выбраться. Мои адепты тебя вытянули, забыл?

— Поэтому и сижу сейчас здесь, а не у себя. Не отвлекайся, голову печет.

Блондину, похоже, нравилось испытывать терпение старого недруга, поэтому с делом намеренно не торопился. Он щелкнул пальцами, и сад наполнился прекрасными звуками воистину божественной музыки. Брюнет поморщился.

— Вот скажи мне, зачем ты с демонами связался?

— По мне, так они лучше твоих ангелочков, которых ты попросту своровал у Самого, и ни один из них и в подметки не годится настоящим, а мои слуги — натуральные. А какая от них прана идет, закачаешься!

Теперь легкая тень недовольства пробежала по лицу блондина.

— И все-таки тогда, когда ты понял, что одна из жертв была аватаром Его, о чем подумал?

— Ты всерьез думаешь, что я буду изливать тебе свои чувства? А о чем думал ты, когда совсем недавно вытащил меня со свалки?

— Охотно отвечу: что ты поможешь мне укрепиться в Эгноре в результате борьбы с тобой. Так и случилось. Мелких божков почти не осталось. Теперь от тебя избавиться можно.

Брюнет захохотал. Надолго, до слез. Блондин терпеливо ждал и снисходительно улыбался.

— Неужели ты возомнил себя Творцом? — отсмеявшись, заговорил темный. — Я не хуже тебя знаю, как идут дела в Эгноре и других мирах. Куда тебе, — он пренебрежительно махнул рукой, — скорее я тебя выпру. Люди бросают тебя, молятся формально. Да ты слабеешь с каждым днем.

— Ну-ну.

— Нет, конечно, пока не по моим зубам, но мое время придет.

— Вот чтобы оно когда-нибудь пришло, я и позвал тебя к себе.

Вартараар подозрительно посмотрел на Спасителя.

— Не переживай, я тоже заинтересован. Недавно была пробита блокировка Эгнора, и не твоими демонами, ты в курсе?

— Нет, — задумался на мгновение, — в десятый раз после Его ухода, и что?

— А кто тебе сказал, что Он ушел? В том, что мир блокирован, неизвестно чья заслуга, а Его пути воистину неисповедимы.

— Короче.

— Эх, не умеешь ты вести светскую беседу. А короче — я подправил вероятности, поэтому тот, кто по явился в Эгноре, вскоре на тебя выйдет. Будь готов. Все.

— Как в прошлый раз?

Блондин пожал плечами. Темный, не прощаясь, исчез.

«Как был дураком, так и остался, — думал Спаситель, — я в любом случае в выигрыше: либо пришелец тебя ослабит, а я дальше сковырну, либо ты пришельца приструнишь. Тогда он не успеет выполнить свою задачу», до сих пор неизвестно какую, что всегда бесило.

Он вспомнил, как давно облизывался на богатый в то время мир и не смел подступиться. Творец, как всегда погибнув своим аватаром, сплотил людей, и те сбросили всех божков, включая Вартараара, а потом устранился. Или нет, кто Его разберет, но появилась магия. Причем такая мощная, что мешала всем богам, которые слетелись на «бесхозный» мир, как стервятники на падаль.

Спаситель «воспитал» эльфов и чуть подправил их месть, но такого эффекта не ожидал. Людей почти не осталось. Пришлось терпеливо ждать, долго собирать и учить адептов и даже призвать недалекого, предсказуемого Вартараара, чтобы достичь нынешнего могущества. Можно, казалось бы, наслаждаться властью, но постоянно мешало смутное беспокойство. Спаситель не мог понять отчего, поэтому специально отслеживал все случаи пробоя блокировки Эгнора. Кстати, было совершенно непонятно, кто ее установил. Это раздражало, но в то же время и сильно ослабляло аватары богов, а в той ситуации это было выгодно.