Слуги света, воины тьмы - Ниланд Эрик - Страница 92

— Конечно, я видел эту запись, — ответил Беал.

«Неправильность» ситуации кристаллизовалась в его мыслях: никто не дрался.

Никто не сказал ни единого нехорошего слова о двойняшках. Беал думал, что, по идее, уже должна была бы пролиться кровь — особенно после того, как он столь успешно натравил своих сородичей друг на дружку на последней встрече.

Беал улыбнулся и перевел взгляд с Абби на Льва.

— Что ж, думаю, мы все можем согласиться, что представление с участием отщепенца Лиги выглядело весьма зрелищно. Уверен, у нас не будет разногласий по поводу того, как нам действовать дальше.

Он надеялся, что из-за его высказываний между Львом и Абби снова вспыхнет ссора. Они никогда ни в чем не «соглашались». Но они промолчали.

— Именно так, — проговорил Ашмед, повернул голову и улыбнулся Селии.

Селия продолжала холодно смотреть на Беала.

— О, — сказал Ашмед, — надеюсь, ты не станешь возражать. — Мы все решили, что, поскольку Оз отсутствует, милая кузина Селия будет участвовать в собрании от его имени.

Беал кивнул, продолжая улыбаться, но во рту у него сразу стало сухо, как в пустыне.

Неужто это катастрофическое общее спокойствие — ее рук дело? Конечно, это было в духе Селии — явиться бесшумно и перерезать глотку противнику прежде, чем он успеет понять, что происходит.

— Я бы хотела еще раз прослушать аудиозапись, если ты не возражаешь, — сказала Селия.

По шатру разлились звуки чудесного скрипичного соло — музыка Элиота Поста.

Он играл значительно лучше, чем в прошлый раз. Старинная мелодия разбередила давно забытые чувства Беала. У него ком подступил к горлу, он вспомнил старые, более приятные времена, когда он был молод, до того, как жизнь настолько усложнилась.

Новая тема мелодии напомнила ему о маленьких девочках, а потом вдали певучим эхом зазвучала каллиопа.

— Прекрасно, — пробормотал Беал.

— Да, — согласился Лев. — Я мог бы слушать это весь день.

Ашмед кашлянул.

— Полагаю, эта мелодия и последующее оживление аттракционов представляет собой доказательство того, что юный Элиот принадлежит к нашему семейству.

— Могущественный смертный, получивший соответствующее обучение, способен на такое, — вмешалась Абби. — А значит…

— Искушение Элиота — единственный способ доказать или опровергнуть это, — заявил Лев. — Нам следует поторопиться.

Селия кивнула.

— Мой агент на месте. Она готова к действиям.

— Ну так пусть действует, — проговорил Беал чуть более нервно, чем ему хотелось.

Селия прищурилась и кивнула.

— Это будет сделано сегодня. Если все пройдет удачно, Элиот будет совращен, забран из оберегающих его рук Лиги и доставлен к нам — либо как мертвый смертный, либо как очень живой инфернал.

Пальцы Беала плотнее сомкнулись вокруг пульта взрывного устройства. Насколько проще было бы нажать кнопку отсрочки взрыва, извиниться и уйти. Жестокость всегда проще компромиссов.

Но у Беала имелся и уже осуществлялся собственный план относительно того, как заполучить Элиота Поста. Этот план он связывал с отцом мальчика, Луи, который теперь был простым смертным. Возможно, Беал тоже сумеет ускорить ход событий, или, что гораздо предпочтительнее, с успехом помешает планам Селии.

— Пятнадцатилетний сосунок, — проговорила Абби, игриво приподняв мизинцем хвост своего скорпиона, — отравленный пубертатными гормонами и искушаемый неотразимой соблазнительницей Селии…

— Ага, — пробормотал Лев. — Просто не терпится увидеть, как он ее отфутболит.

— О чем это ты? — Беал разжал пальцы, сжимавшие пульт. Они знали что-то такое, чего не знал он. — Какие могут быть у Элиота шансы?

— Примерно такие же, какие у Фионы Пост, когда она устояла перед твоим искушением, — процедила сквозь зубы Селия и кивком указала на один из дисплеев.

Абби щелкнула кнопкой на пульте. На всех дисплеях одновременно появились кадры одной и той же видеозаписи.

Фиона сидела в углу зеркального лабиринта. Вокруг бушевал пожар. Она сидела на полу около открытой коробки конфет.

Абби увеличила изображение и нажала еще одну кнопку.

— В данный момент включен эфирно-спектральный фильтр, — пояснила она.

На экране появились до того невидимые силовые линии, мерцающие радуги и тени. Руки Фионы заскользили вдоль этих линий и теней, после чего она вытянула изнутри себя нить.

— У меня просто мурашки по коже бегут всякий раз, когда я это вижу, — прошептал Лев. — Девчонка уже прочти профи.

Фиона попыталась перерезать силовую линию, тянущуюся от конфет, но это у нее не получилось. Естественно. Стоило нитям наркомании присосаться к человеку, и они никогда не рвались.

Но Фиона не сдавалась.

Она вытащила наружу часть себя — ту часть, к которой присосались конфеты, и рассекла ее.

— Все дело в ее аппетитах, — объяснила Абби. — Она не могла превозмочь твою власть, но она отсекла собственную уязвимость.

— Немалая потребовалась смелость, — отметил Лев.

Беал повторно просмотрел запись, с трудом веря тому, что видел. Никому никогда не удавалось противиться навязанным им искушениям, в особенности после того, как формировалась зависимость.

— Главное в том, — проговорила Селия, — что слабейшая из близнецов сумела превозмочь твои наилучшие старания.

Беал взбеленился. Как ему хотелось броситься к Селии и впиться пальцами в ее хорошенькую шейку.

— Конечно, — сказал он. — Замечательная новость, не так ли? Еще одно доказательство силы этих детишек.

Ашмед поднял указательный палец.

— Откажись от этой мысли. Сейчас будет еще кое-что на ту же тему. Отказ Фионы от конфет и ее сопротивление искушению в действительности говорят о том, что генетически она принадлежит Лиге, но если все же в ее жилах есть хоть капля крови Луи, искушение в конце концов возьмет власть над ней…

— И она станет нашей, — сказала Абби, и ее глаза налились кровью.

— Давайте проясним, о чем мы, собственно, ведем речь, — вмешалась Селия, положив руки на стол. Она вела себя настолько непринужденно, что Беалу на миг показалось: во главе стола сидит она, а он — напротив, а не наоборот. И это она возглавляет собрание.

— В нашем договоре о нейтралитете, «Pactum Pax Immortalis», — продолжала Селия, — утверждается, что ни одно из двух семейств не имеет права причинять членам другого семейства телесные повреждения или угрожать интересам друг друга. С правовой точки зрения все изложено предельно ясно.

— Если только, — прервал ее Лев, — нет общего согласия.

— Этот момент оставался слабым местом в договоре, — сказала Селия, — вплоть до последнего времени. Если кто-то из этих детей или они оба имеют смешанное происхождение, они могут вредить друг другу сколько угодно, и мы можем использовать их для атаки на Лигу.

Ашмед взял со стола пульт и нажал кнопку. На дисплеях появилось изображение Элиота и Фионы, окруженных пламенем.

— Огнепоклонник из Лиги настигает их.

Фиона сделала шаг вперед. Был слышен только треск бушующего пламени, заглушавший голос девочки, но по ее тону и позе было видно, что она бросает вызов врагу.

Движения ее рук были необычайно стремительны. Она и огнепоклонник набросились друг на друга.

Фиона устояла.

А ее противник рухнул наземь — рассеченный пополам.

— Мне очень нравится этот фрагмент, — прошептал Лев. — Запусти еще раз.

— Впечатляет, — прошептала Абби.

— Такой дар мы можем использовать в своих интересах, — сказал Ашмед. — Представьте себе Фиону и Элиота, поддерживаемых нашим семейством и подкарауливающих Генри Миме в каком-нибудь темном закоулке. Какой шанс спастись будет даже у Шута? Какой шанс будет у любого из них?

Все согласно кивнули — кроме Беала.

Они действовали слишком быстро и могли добраться до Элиота раньше его. Им надо помешать.

— Есть только одна сложность, — заявил Беал.

Остальные члены совета дружно повернули к нему головы.

— Мы бросали кости и договорились относительно условий. Мы решили, что для надежного испытания двойняшек необходимы три искушения. Как бы мне ни хотелось ускорить ход событий… — он пожал плечами, — кости все решили.