Зараза - Кук Робин - Страница 78

— Что вы хотите? — грубо спросил он.

— Я только хотела сказать, что поговорила с Лу Сольдано, — ответила Лори. — Вы же сами меня просили, — начала оправдываться она. Лори вошла в кабинет и, приблизившись к Джеку, положила на край стола листок бумаги с номером телефона. — Детектив ждет вашего звонка.

— Спасибо, Лори, — выдавил из себя Степлтон. — Но я сейчас не в настроении с кем бы то ни было разговаривать.

— Я думаю, он смог бы вам помочь, — заговорила Лори. — В самом деле...

— Лори! — резко оборвал женщину Степлтон, но сразу же умерил гнев. — Прошу вас, оставьте меня одного, — попросил он чуть помягче.

— Хорошо, — покорно согласилась Лори. Она, пятясь, вышла из кабинета и осторожно прикрыла за собой дверь. Несколько секунд она неподвижно стояла в коридоре, уставившись в пространство невидящим взглядом. Ее озабоченность возросла в геометрической прогрессии — таким Джека она никогда не видела, сегодняшнее поведение Степлтона не напоминало о нем как о бесшабашном сорвиголове, каким она себе его всегда представляла.

Поспешив в свой кабинет, Лори закрыла дверь и немедленно позвонила Лу.

— Доктор Степлтон вернулся на работу несколько минут назад, — сообщила она.

— Отлично, — сказал Лу. — Пусть он мне сразу позвонит. Я буду на месте еще час.

— Боюсь, что он не собирается тебе звонить, — проговорила Лори. — Он сейчас еще хуже, чем был утром. Я уверена — что-то случилось.

— Почему он не будет звонить? — спросил пораженный Лу.

— Не знаю, — ответила Лори. — Он даже со мной не захотел разговаривать. Внизу в морге находится какой-то убитый гангстер. Поблизости от Манхэттенского госпиталя недавно была перестрелка.

— Ты думаешь, что она имеет какое-то отношение к Степлтону? — спросил Лу.

— Я не знаю, что думать, — честно призналась Лори. — Я просто очень обеспокоена. Боюсь, что должно случиться что-то ужасное.

— Ладно, успокойся, — сказал Лу. — Оставь это дело мне, я что-нибудь придумаю.

— Ты обещаешь?

— Я тебя когда-нибудь подводил? — вопросом на вопрос ответил Лу.

Джек протер глаза и, с трудом разомкнув тяжелые веки, с ужасом оглядел гору неоконченных протоколов вскрытий, громоздившуюся на его письменном столе. Ясно, что сейчас он не сможет сосредоточиться настолько, чтобы как следует с ними поработать.

В этот момент Джек понял, что на столе лежат два незнакомых конверта. Один — большой манильский пакет, другой стандартных размеров — в таких обычно посылают деловые письма. Сначала Джек вскрыл большой пакет. Там была распечатка госпитальной карты больного и записка от Барта Арнольда, который писал, что по собственной инициативе вложил в пакет распечатку пациента Кевина Карпентера, так как Джек интересовался и им.

Эта записка приятно удивила Джека. Такое рвение помощника врача было достойно всяческой похвалы. Развернув распечатку Кевина, Джек пробежал ее глазами. Больной поступил в ортопедическое отделение для операции на коленном суставе, которая и была благополучно сделана утром в понедельник.

Оторвавшись от распечатки, Джек задумался над тем фактом, что Кевин заболел в первые же сутки послеоперационного периода. Отложив распечатку, он перечитал историю болезни Сьюзен Хард и удостоверился, что и та заболела на первые сутки после операции. Ей, правда, было выполнено кесарево сечение. Что это, простое совпадение? Джек заглянул в историю болезни Пачини — та же история: болезнь началась в первый день послеоперационного периода.

«Интересно, — задался вопросом Джек, — имеет ли отношение тот факт, что этим больным делали операции, к их заболеваниям? Видимо, нет, — решил Степлтон, — ведь ни Нодельману, ни Лагенторпу не производили никаких хирургических вмешательств. Но в любом случае, — подумал Джек, — не стоит забывать об операциях».

Он снова приступил к чтению распечатки по Кевину Карпентеру. Симптомы гриппа появились у него в шесть часов вечера и прогрессировали до начала десятого, когда встревоженные его состоянием врачи перевели больного в отделение интенсивной терапии. Там у пациента развился респираторный дистресс-синдром, от которого больной умер.

Джек положил распечатку в общую стопку. Открыв меньший конверт, Джек обнаружил там компьютерный список и постскриптум от Кэти. На конверте значилось просто: «Доктору Степлтону». В записке Кэти только выражала благодарность за его, Джека, озабоченность по поводу событий в Манхэттенском госпитале. Возможно, приложенный перечень, писала Кэти, поможет Джеку разобраться в ситуации.

Список был бесконечно длинен, как и те, которые Джек уже видел. Перечисление предметов абсолютно бессистемное. Названия не размещены даже в алфавитном порядке и не сгруппированы ни по назначению, ни по каким-то другим объединяющим признакам. Список, присланный на этот раз Джеку, касался больного Бродерика Хамфри, сорока семи лет. Диагноз заболевания указан не был.

Ясно, что списки составляются в порядке поступления заказов на те или иные предметы. Эта догадка подтверждалась тем, что все они начинались совершенно одинаково — каждый больной при поступлении обеспечивался одним и тем же стандартным инвентарем.

Такая бессистемность весьма затрудняла сравнение списков, а надо было выяснить, чем конкретно контрольный список отличается от всех прочих. После пятнадцати минут размышлений и безнадежного блуждания в длинных колонках названий и цифр Джек решил прибегнуть к помощи компьютера.

Первым делом надо было составить перечень отдельно для каждого пациента. Списки были разнесены по разным файлам. Джек не обладал навыками печати, поэтому дело это заняло у него изрядную толику времени.

Так прошло несколько часов. Зашла Лори — попрощаться и спросить, не может ли она чем-нибудь помочь. Джеку было не до нее, но он ответил, что все в порядке и помощь ему не нужна.

Введя все данные, Джек задал машине вопрос: чем отличаются списки больных инфекционными болезнями от списка контрольного случая? Ответ компьютера был обескураживающим — на экране высветился новый внушительный список. Просмотрев его, Джек понял, в чем проблема. Все инфекционные больные провели какое-то время в отделении интенсивной терапии — в отличие от контрольного пациента. Кроме того, все пятеро ключевых больных умерли, а контрольный остался жив.

Несколько минут Джек был в отчаянии — все его усилия пропали даром, но тут ему в голову пришла еще одна идея. Используя уже введенные данные, Джек попросил компьютер сравнить список до момента поступления больных в отделение интенсивной терапии.

Ответ был дан немедленно — Джек не успел еще оторвать палец от клавиши, а на экране засветилось слово «увлажнитель». Джек в изумлении уставился на компьютер. Ясно как день, что все больные с инфекционными заболеваниями в отличие от контрольного пациента пользовались увлажнителями вдыхаемого воздуха, а увлажнители поступали в отделения из отдела централизованного снабжения. Но значима ли эта разница? Джек вспомнил увлажнитель, который стоял в детстве у его постели, когда он болел крупом. Прибор состоял из сосуда, где кипела вода, а из носика, соединенного с мундштуком для дыхания, валил густой пар. Такой увлажнитель явно не годился для распространения бактерий — при температуре 100 градусов сварится любой микроб.

Но немного погодя Джек вспомнил, что теперь существуют новые модели ультразвуковых увлажнителей, в которых ингалируемая смесь не нагревается. Это уже совсем другое дело — кажется, он что-то нащупал.

Схватившись за телефон, Джек позвонил в госпиталь и попросил соединить его с отделом централизованного снабжения. Миссис Дзарелли уже не было, поэтому Степлтон попросил к телефону вечернюю дежурную. Трубку взяла женщина, представившаяся как Дарлин Спрингборн. Джек объяснил, кто он такой, и спросил, есть ли в отделе снабжения увлажнители?

— Конечно, есть, — ответила Дарлин. — Особенно широко ими пользуются в зимние месяцы.

— Каким типом увлажнителей пользуются в госпитале, — поинтересовался Джек, — паровым или ультразвуковым?