100 великих казаков - Шишов Алексей Васильевич - Страница 105

105

В авангарде 1-й русской армии шла 3-я кавалерийская дивизия, в составе которой находился 3-й Донской казачий полк. Её командир, чтобы выяснить обстановку перед собой, приказал выслать вперёд несколько конных разъездов. Один из таких разъездов, состоящий из шести казаков, возглавил приказной (ефрейтор) Кузьма Крючков.

Казачий разъезд благополучно перешёл границу Восточной Пруссии и оказался на неприятельской территории. На следующий день донцы обнаружили у одного из селений вражеский кавалерийский дозор из десяти всадников, а затем ещё один, состоявший из 17 человек. Это свидетельствовало о том, что где-то поблизости располагался крупный отряд немецкой кавалерии. Появление русских конников германцы не заметили.

Крючков, отправив с донесением к командиру полка двух казаков, с оставшимися под его командованием тремя казаками — Астаховым, Ивановым и Щегольковым — решил принять бой. Такое решение требовало большого мужества, поскольку о равенстве сил и говорить не приходилось.

Казаки спешились и устроили для неприятельских кавалеристов засаду. Когда те приблизились, донцы обстреляли немцев из винтовок, после чего, вскочив на коней, бросились на них в лихую атаку. Вражеские кавалеристы, поддавшись панике, стали уходить. Но четыре казака, держа пики наперевес, настигли их по дороге.

Крючков намного опередил своих товарищей и первый врезался в ряды отступавших вражеских всадников. Он взялся за шашку и стал ею рубить направо и налево. Через минуту к нему на поддержку подоспели Астахов, Иванов и Щегольков. На дороге завязалось ожесточённое сражение.

Немцам стало ясно, что на них напало всего горстка русских из четырёх казаков. Тем не менее исход яростного рукопашного боя оказался не на стороне двух германских кавалерийских разъездов: только трём всадникам удалось ускакать от расходившихся казаков, остальные остались лежать на поле боя убитыми и ранеными.

Победители тоже получили множество ранения, но остались в живых. Сам Кузьма Крючков получил в том бою 16 колотых ран, нанесённых ему пиками и саблями. Однако ни одна из них смертельной для жизни или крайне тяжёлой не оказалась, и отважный приказной остался в строю. Лично он уничтожил в том бою одиннадцать вражеских конных солдат.

О громком подвиге донского казака и трёх его боевых товарищей узнала с газетных и журнальных страниц вся действующая русская армия и вся Россия. Пожалуй, летом 1914 года никто из героев-фронтовиков не пользовался среди соотечественников такой популярностью, как бесстрашный конный воин Кузьма Крючков.

Командующий 1-й армией генерал П. К. Ренненкампф телеграфными строками поздравил наказного атамана Войска Донского с героическим поступком казака-донца. И сообщил, что он первым среди армейских нижних чинов награждён Георгиевским крестом 4-й степени. Такие же боевые награды получили и казаки Астахов, Иванов и Щегольков. После излечения в госпитале георгиевскому кавалеру был предоставлен заслуженный краткосрочный отпуск с отъездом на родину…

Герой Первой мировой войны был родом из хутора Нижне-Калмыковский Усть-Хопёрской станицы. Окончил станичную школу, занимался хлебопашеством. Строевую службу начал в 3-м Донском казачьем полку, с которым и встретил войну. Боевое крещение у него получилось героическим.

Вернувшись в строй, Кузьма Крючков продолжал сражаться доблестно и отважно. К концу войны он удостоился ещё двух Георгиевских крестов 2-й и 3-й степеней и двух Георгиевских медалей «За храбрость». За годы войны стал подхорунжим.

После демобилизации старой русской армии Крючков в составе своего 3-го Донского казачьего полка вернулся с фронта домой. Там он встретил начало Гражданской войны, встав на сторону Белого движения. Георгиевский кавалер стал участником Вёшенского восстания 1919 года, сражаясь в рядах 13-го Донского казачьего полка.

Весной 1919 года за боевые подвиги в ходе Вёшенского восстания производится в офицеры и получает чин хорунжего. Кузьма Крючков участвовал во многих боях на Северном Дону, отличившись в ходе наступления деникинских войск (Донской белоказачьей армии). Погиб прославленный герой Первой мировой войны в августе 1919 года в бою под деревней Лопуховкой Саратовской губернии.

Григорий Михайлович Семёнов

(1890–1946)

Генерал-лейтенант. Походный атаман Дальневосточных казачьих войск

Родился на берегах реки Онон в караульском посёлке Куранджа степной станицы Дурулгуевской Забайкалья (ныне Читинская область) в семье зажиточного, образованного казака. Образование получил домашнее: отец имел семь сундуков книг, среди которых были в том числе и буддистские сочинения. Кроме бурятского и калмыцкого языков владел ещё и английским языком. Хорошо знал конное дело и обладал необычайной физической силой.

Юношеские увлечения Григория Семёнова как-то не отвечали его будущему жизненному пути. Он живо интересовался археологией и палеонтологией, принимал участие в научной экспедиции, которая занималась раскопками в окрестностях Куранджи, предпринятой с целью пополнения экспозиции Читинского краевого музея.

В 1908 году Семёнов поступает в Оренбургское казачье училище, которое заканчивает через три года с чином хорунжего. Службу начал в 1-м Верхнеудинском казачьем полку, нижние чины которого в своей массе были бурятами. Кроме этого, Семёнов некоторое время преподавал в бригадной гимнастическо-фехтовальной школе.

В 1912 году с одной из сотен этого полка был отправлен в Ургу (ныне Улан-Батор, столица Монголии) для проведения военно-топографических съёмок. Там он прославился тем, что однажды проехал верхом 350 вёрст за 26 часов по морозной степи.

В январе 1914 года Семёнов переводится в 1-й Нерчинский казачий полк Уссурийской конной бригады. В рядах этого полка прошёл боевое крещение в начавшейся Первой мировой войне. В самом начале её участвовал в Варшавско-Ивангородской операции под русской крепостью Новогеоргиевск.

Первую мировую войну казачий офицер из Забайкалья начал с воинского подвига. В ноябре 1914 года он возвращался с несколькими казаками из разведки. Тем временем прусские уланы в бою захватили знамя 1-го Нерчинского полка, но на своё несчастье на обратном пути повстречали казаков, которые в беспощадной атаке отбили полковой штандарт. За это дело Григорий Семёнов удостоился ордена Святого Георгия 4-й степени.

Через месяц он совершает на войне новый подвиг. Во время несения дозорной службы будущий белый атаман с одиннадцатью казаками нападает на заставу баварской пехоты, «снимает» её и берёт в плен 65 германцев. Наградой ему стало Золотое Георгиевское оружие — шашка с надписью «За храбрость».

В 1-м Нерчинском полку подъесаул Григорий Семёнов командовал 6-й сотней. А командиром полка в 1915 году был полковник барон П. Н. Врангель, который в своих воспоминаниях так отзывался о подчинённом:

«Семёнов, природный забайкальский казак, плотный коренастый брюнет, с несколько бурятским типом лица, ко времени принятия мною полка состоял полковым адъютантом и в этой должности прослужил при мне месяца четыре, после чего был назначен командиром сотни.

Бойкий, толковый, с характерной казацкой смёткой, отличный строевик, храбрый, особенно на глазах начальства, он умел быть весьма популярным среди казаков и офицеров. Отрицательными свойствами его были значительная склонность к интриге и неразборчивость в средствах достижения цели.

Неглупому и ловкому Семёнову не хватало ни образования (он кончил с трудом военное училище), ни широкого кругозора, и я никогда не мог понять — каким образом мог он выдвинуться впоследствии на первый план гражданской войны…»

Затем Григорий Семёнов воевал в составе 3-го Верхнеудинского полка Забайкальской казачьей дивизии, продолжая отличаться далеко не смиренным нравом. В начале 1917 года участвовал в наступательной операции на Кавказском фронте, которую проводил в Персии русский экспедиционный корпус. В мае 1917 года в чине есаула возвращается на Румынский фронт.