Пленение Селии - Валентайн Мицци Сцерето - Страница 33

Жадные звуки, издаваемые ртом Селии, сопровождали бульканье, исходившее из ее задницы в момент встречи с пенисом сэра Джейсона, в ушах кузенов эта непристойная какофония звучала чудесной симфонией. Очевидно, мысль о двойном вторжении, к радости Селии, пока была забыта. Поэтому она отдалась телом двойному слиянию, находя, что возбуждается все больше вкусом Колина на своем языке и ощущением пульсации сэра Джейсона в узком пространстве задней магистрали. Соки неудержимо вырывались из нее и стекали по бёдрам, а на постели росла лужа. Сзади Селию пробивало словно током, Что заставило ее поднять ягодицы, и она подавала их навстречу надвигающейся дубине из плоти, расслабляя внутренние мышцы, чтобы сэр Джейсон мог получше войти в нее. Он схватил бедра Селии, чтобы удержать ее на месте, и приподнял над кроватью.

— Раздвинь ноги, — приказал он, не сбиваясь е ритма. — Я хочу войти целиком!

Эти слова поразили Селию словно гром и отдались в кончиках ее земляничных сосков. Она без возражений раздвинула бедра, упираясь на колени и локти, чтобы удержать Колина во рту и в то же время принимать в заднем будуаре всю длину пылавшего члена сэра Джейсона. От кружившего голову восторга, вызванного парой членов Хардвиков, пальцы Селии потянулись к жадному клитору и начали поглаживать его скользкую и сочную поверхность, а ее бедра похотливо вращались под воздействием многократного возбуждения.

Сэр Джейсон довольно улыбался, когда увидел, что рука Селии отчаянно движется между бедер, а исходившие из нее тихие стоны побуждали его таранить ее еще сильнее. В самом деле она именно этого и ждала от него, а сэр Джейсон, будучи весьма щедрым парнем, поклялся трахать ее горячий маленький зад до крови. Все эти отчаянные возражения против творимого с нею насилия были ничем иным, как спектаклем, устроенным для него, чем-то вроде женской фривольности, дабы скрыть внутреннюю суть ее похоти. Сочный мед, вытекавший из крохотной розовой щели, не мог соврать, так же как и гостеприимный будуар, как раз в это мгновение обжигавший его пенис. Шелковистый клитор Селии тоже не мог врать, ибо всегда служил сигналом того, что она возбуждается.

Пока сэр Джейсон долбил находившуюся перед ним бархатистую магистраль, гипнотический ритм движений вернул его назад в другое время, к заднему будуару, который он предпочел бы не вспоминать. В его воображении снова возник парижский салон, изящные пастельные тона теснились вокруг него ярче и резче, чем это было в действительности. У сэра Джейсона все еще кружилась голова и одолевало смущение после неожиданной встречи его пениса с мясистыми устами Ларса, когда он обнаружил, что рядом возник пожилой итальянский джентльмен и предложил отведать содержимое оловянной табакерки. Сэр Джейсон с благодарностью принял предложение, и к нему тут же снова вернулась прежняя энергия. Хотя его мужская гордость пострадала после неприятного случая с шведским парнем, гостей так увлекло представление, разыгравшееся у их ног, что сэр Джейсон не без оснований посчитал, будто никто, кроме нового друга, не заметил его непреднамеренного грехопадения, а джентльмен, предложивший табакерку, к счастью, даже не обмолвился об этом.

Ларс исчез, видимо, его уста удовлетворились кремовыми подношениями своей невольной жертвы. Итальянец отвел сэра Джейсона в сторону, предлагая еще раз отведать сильнодействующего нюхательного средства. Обе девушки все еще не унимались, их уста и носы углубились между раздвинутых бедер друг друга, пока гости салона продолжали смотреть, забавляясь и приятно возбуждаясь похотливыми посасываниями. Один пожилой джентльмен решил присоединиться, присел рядом с ними и положил руки на юные попочки. Он запустил столько пальцев, сколько смог, в анус каждой, причем значительная часть его руки исчезла в заднице испанской девушки. После этого вторжения лизание продолжалось с еще большим рвением.

Сэр Джейсон ощутил новое возбуждение в штанах и подумал, не привнести ли в это действо кусочек из традиций Хардвиков. Однако как раз в этот момент заговорил его друг. «От всего этого становится довольно скучно. Я знаю кое-что гораздо более интересное, если вам угодно составить мне компанию». Судя по его тону, это предложение не вызывало сомнений; итальянец явно знал, что происходят гораздо более экзотические события, и был настроен достаточно дружелюбно, чтобы поведать о них сэру Джейсону.

Нюхательное средство оказало еще большее волшебное и наркотическое действие на чувства сэра Джейсона, и он последовал за своим компаньоном в глубь коттеджа, а его пенис в ожидании поднялся во весь рост — это состояние не ускользнуло от хищного взора другого мужчины. Оба вошли во что-то, похожее на спальню. Глазам сэра Джейсона понадобилось несколько секунд, чтобы привыкнуть к освещению или, точнее, его отсутствию, ибо в комнате горели только свечи, отбрасывая вокруг неестественный отблеск. В этой темной комнате группа мужчин к женщин теснилась вокруг постели — некоторые стояли, другие наклонились вперед, их вздохи и стоны еще больше возбудили любопытство сэра Джейсона. К сожалению, те стояли близко к действу, вызнавшему столь шумное и страстное проявление чувств, закрывали ему обзор, и его нетерпение не ускользнуло от взора компаньона.

— Не беспокойтесь, мой друг, — шепнул итальянец, хлопая сэра Джейсона по плечу. — Скоро вам представится прекрасный случай.

Снова он предложил табакерку сэру Джейсону, тот отщипнул щедрую порцию и, приблизив пальцы к носу, глубоко втянул воздух. Порошок не только не успокоил его, как он того ожидал, а лишь усилил недовольство, и его охватило желание увидеть сокровище, которое прячут от него. Он и в самом деле побил бы любого, кто стал бы ему мешать. Но в тот момент, когда он бросился вперед, чтобы плечами пробить дорогу в толпе, та расступилась, позволяя ему приблизиться к тайному действу, за которыми все эти люди зачарованно наблюдали с затаенным дыханием.

Колеблющиеся языки свеч выхватили белоснежную резво выпяченную задницу, ее доступность подчеркивалась горой подушек спереди. Глубокая впадина девичьей спины сменилась парой созревших холмов. Холмы были хорошо разведены, что возможно лишь после многократных сеансов вторжения, а ущелье между ними обнажало льняные кудряшки во всем шелковистом великолепии. У сэра Джейсона прервалось дыхание, когда мерцание свечей выхватило влагу, сочившуюся из темного углубления между ними и орошавшую соседние кудряшки, эта сплошная чернота зияла вследствие бурной активности, которой до сих пор подвергалась и, по-видимому, получила удовольствие от этого. Более совершенного экземпляра он еще не встречал.

Сэра Джейсона нежно подтолкнули за локоть, и он ринулся к постели, на полпути сбросив на пол свои брюки. Изголодавшаяся головка его пениса легко вошла в анонимную задницу и одним мощным толчком пронеслась мимо мускулистого ободка, а его яички стукнулись о сверкавшие ягодицы. Зрители воскликнули, словно сэр Джейсон заполнил их собственные магистрали, и он засиял от гордости, жалея эти бедные души за восторг, который они так и не испытают.

Улегшись на спину объекта наслаждений, сэр Джейсон уделил все внимание горячему и скользкому отверстию, в которое проникал его объемистый орган, возбуждаясь мыслью о том, что множество мужчин извергли сюда свои подношения и щедро умаслили ему дорогу. С каким восторгом он смотрел бы, как каждый из них по очереди подходит к этой расцветающей заднице и окунает в ее уютные глубины свой маленький или большой член. Первое вторжение всегда самое приятное, ибо как вестибюль, так и гостиная еще не подверглись соответствующему расширению. И требовали определенных усилий, чтобы туда войти. Наверное, эта юная красавица плакала, когда к ней без церемоний пришли в гости, особенно если подставить девичью задницу неопытному члену. Сэр Джейсон с удовольствием понаблюдал бы за изнасилованием девственного ануса или, что еще лучше, сам обзавелся бы пенисом, который взломал бы девственную печать, которая теперь жаждала заполучить глубоко внутри себя как можно больше мужских инструментов.