Четырнадцать в цель - Куприянов Денис Валерьевич - Страница 52

- Когда это я жульничал? – даже будучи погружённым в свои мысли, Грэй не смог пропустить такого выпада в свой адрес.

- Офицеры из пятого егерского рассказывали, как ты прячешь карты в своих волосах!

- Врут, – без тени смущения ответил Грэйлон. – Завидуют, что продули мне свои годовые жалования.

- А княжеские дружинники говорят о краплёных колодах!

- Тоже врут! Не могут простить, что из-за проигрыша вынуждены были весь вечер танцевать на столе в женских платьях.

- И сам князь тоже врёт? – вкрадчиво спросил Частон.

- Князь не врёт, а вот ты врёшь, – полуэльф укоризненно посмотрел на собеседника. – Я с князем не играл. Кончай морочить парню голову, я если и играю, то честно.

- Горы не вынесут столь откровенной лжи и рухнут в сей же миг! – выдохнул варвар. – Может, ещё скажешь, что и к ночной буре ты тоже отношения не имеешь?!

- Я не имею, он имеет. – Грэй кивнул в сторону Андрея.

Частон недоверчиво оглядел юношу с головы до ног. Тот попытался принять невозмутимый вид великого мага, полного уверенности в себе.

- Лис, отдай его мне! – вдруг взревел горец. – Ну, чему он может у тебя научиться?! Только в карты мухлевать да девок портить! А у нас шаман на последнем издыхании, даже погоду предсказать не может! Приходится по его пердежу ориентироваться: чем громче, тем погода будет хуже! А если твой ученик такой мастер погоды…

- Даже не мечтай, – резко оборвал его полуэльф. – Он может всё напутать и вместо дождя устроит вам извержение вулкана. И вообще, сами-то вы ему какие уроки преподать можете? Научите делать концентрат Сейк’аре из овечьего дерьма?

- У нас не овцы, а козы, – обиделся Частон. – Зато про твои уроки всем прекрасно известно, – он снова повернулся к Андрею. – Знаешь, какое у него тут прозвище?!

- Лис?

- Как бы не так! – хохотнул горец. – У нас его зовут «Грэй Шестнадцать Раз»!

- Странная кличка, – удивился юноша.

- Из-за этой клички ему и пришлось отсюда сбежать и поклясться не возвращаться! Видишь ли, наш король Синеухий и Грэйлон однажды поспорили, кто из них обладает большей мужской силой! Я тогда был ещё молодым, но хорошо помню, как мы собирали для них женщин! Синеухий тогда смог оприходовать тринадцать красавиц подряд, но Грэй оказался сильнее, справившись с шестнадцатью! Вот из-за этих трёх девах они и повздорили! Король обвинил Лиса в эльфийском колдовстве, хотя и сам баловался настойкой Ильрачи, а уж она столько сил прибавляла…, – горец мечтательно зажмурился, похоже, вспоминая эффект от того снадобья.

- И ничего я не колдовал, – возразил полуэльф. – Я разве виноват в том, что Синеухий таким хлюпиком оказался?

- Вот ему это и объяснишь! – Частон снова заржал. – Кстати, мы уже пришли, так что готовься к долгому и неприятному разговору!

Убежище представляло собой просторную и довольно уютную пещеру. Большая её часть была освещена лампами, то ли электрическими, то ли магическими. Кое-где были пробиты окна, но насладиться горными пейзажами Андрею так и не дали. Грэйлона пещера не впечатлила, и он пробормотал о том, как низко пал Синеухий.

- То ли дело старое убежище...

- В Гнезде мы ещё не все завалы разобрали, – отозвался Частон. – Но, думаю, к концу года мы туда вернёмся!

По пути через убежище им встречались соплеменники провожатых, такие же лысые здоровяки с густыми бородами. Наконец, отряд оказался возле отдельной пещеры. У входа в неё стояли двое караульных, но, увидев Частона, они, не задавая вопросов, пропустили путников, а там…

Андрей изо всех сил старался сохранить равнодушный вид и глупо не таращиться на ожидавшего их человека. Тот был огромен, даже Частона превосходил ростом на целую голову. Оценить размеры бороды было тяжелее, поскольку толстые косы, в которые она заплеталась, хозяин перекинул через плечи за спину. Мускулатура великана заставила бы позеленеть от зависти самого Шварцнеггера, а головной убор из перьев сделал бы честь вождю каких-нибудь команчей. Густые перья скрывали правое ухо, зато левое было выставлено на всеобщее обозрение во всей красе. Как и следовало из прозвища, оно было ярко-синего цвета. Правда, разобрать, естественный это цвет или краска, было сложновато.

Несколько минут вошедшие и Синеухий мерялись взглядами, после чего гигант сел в здоровенное кресло, наподобие трона стоявшее посреди пещеры, и проговорил:

- Три вещи всегда были неизменны: стойкость гор, мудрость старших и лисья хитрость. Что привело тебя, Лис Грэйлон, в края, куда ты зарёкся ступать во веки веков?!

- Поменьше пафоса, Бран, – ухмыльнулся полуэльф. – И не во веки веков, а всего лишь в течение пары сотен лет, пока ни забудут наш скандал.

- Его забудут, как же, – фыркнул великан. – Ещё и в песнях увековечат. Кое-что я уже слышал, – он умолк и вдруг яростно зарычал. – Кончай морочить мне голову! Говори, зачем ты сюда припёрся?!

- Нечаянно, – спокойно ответил Грэй. – Обстоятельства так сложились.

- Обстоятельства?! Вечно они у тебя складываются как-то странно! Ну, раз уж ты здесь, говори, чего от меня хочешь?!

- Во-первых, – полуэльф принялся загибать пальцы. – Приют на пару-тройку дней, чтобы мы могли восстановить силы. Во-вторых, запас провизии и боеприпасов для горного похода. Одежда, кстати, тоже не помешает. В-третьих, проводника, знающего западную часть Ширана…

На этих словах Синеухий взревел:

- Ты совсем обнаглел, Лис?! Из-за тебя мои караваны вот-вот разграбят, а ты смеешь просить так много?!

- Я сожалею, – Грэйлон на мгновение принял грустный вид. – А в-четвертых, я хотел попросить помочь избавиться от Всадников.

- После того, как ты их привёл сюда?! – возмутился Синеухий и перевёл взгляд на Ларри. – А ты, Троллебой, здесь какими судьбами? Я думал, ты навсегда покинул горы, приняв предложение короля.

- Я достаточно долго поработал на короля, обучая его стрелков, а сейчас хочу вернуться домой, – спокойно ответил старик. – И спасибо этим эльфам, если бы не они, мой труп сейчас бы остывал в разграбленном поезде.

Великан встал со своего трона и с минуту молча рассматривал странников. Лицо его стало каменным, и понять, что творится сейчас в его черепной коробке, не представлялось возможным. Молчание нарушил вбежавший в пещеру мальчонка. Не обращая никакого внимания на столпившийся народ, паренёк протянул Синеухому кусочек ткани с какими-то письменами. Быстро изучив записку, гигант смял её и отбросил в сторону.

- Хорошо, Лис, я помогу тебе, – на этот раз спокойно произнёс он. – Да и негоже мне терпеть убытки из-за каких-то мелочей. Арена всё решит. Но я сдержу слово только в том случае, если и ты сдержишь своё.

- Какое именно? – лицо полуэльфа светилось любопытством.

Неожиданно Синеухий состроил жалобную физиономию.

- Ради всех богов, не появляйся здесь больше, – простонал гигант.

Когда Синеухий сказал об Арене, Андрей подумал, что тот хочет вызвать на поединок вождя Всадников и по итогам сражения разрешить конфликт. Но всё оказалось совсем не так.

Юноша раздвинул ветки кустарника, загораживавшего обзор. С его позиции открывался хороший вид на ту самую дорогу, по которой они должны были идти, не покажи им Ларри тайную тропу. Горы здесь расходились в стороны, и склоны становились более пологими. Местность чем-то напоминала стадион, наверное, поэтому и получила название «Арена». Правда, идеально овальной эта долина не была и с одного конца суживалась и постепенно переходила в ущелье.

Залёгший рядом с Андреем Частон травил байки о том, что раньше, когда здешние территории принадлежали оркам, в этом месте проходили ритуальные сражения, на которых происходил выбор нового вождя. Вообще варвар уже много чего поведал о жизни в горах. С его слов выходило, что Всадники, которые за ними гонятся, вовсе и не Всадники, а отщепенцы. Настоящие Всадники обитают в северной части Ширана и представляют собой союз нескольких орочьих племен, а эти – всего-навсего равнинный сброд, полукровки, забывшие отцовские заветы о возвращении своих исконных земель и опустившиеся до обычных наёмников. Вспоминая рассказы Грэя, Андрей не очень-то верил этому: по всему выходило, что и среди равнинных хватало своих идеалистов. А контрабандисты в речах Частона оказались вовсе и не преступниками, а хозяевами гор. Правда, их таковыми почему-то никто не признаёт, за исключением князя Ширана, который, тем не менее, то и дело пытается перекрывать все их тайные пути и охотиться за караванами. Но всё же горец похвалил ширанского правителя за толковость, ведь тот умудрился подружиться как с северными орками, так и с южными контрабандистами, хотя в противном случае князя бы давно смели в междоусобных войнах вместе с его городом и деревнями.