Дочь Лебедя - Бак Джоанна - Страница 62

— Миссис Рассел не любит, когда пользуются ее комнатой, — говорит женщина, показывает ей ванную, розовые полотенца, розовое мыло и большой черный телефон. Флоренс спрашивает номер телефона.

— Миссис Рассел не любит, когда дают ее номер.

У Флоренс в кармане двадцать долларов, которые она обменяла этим утром в аэропорту. Ей не хочется тратить десять долларов на то, чтобы узнать номер телефона, но в то же время ей ведь придется здесь жить какое-то время, так что лучше наладить отношения. Она дает женщине десять долларов и мягко спрашивает, как ее зовут.

— Кармен, — отвечает женщина, пристально разглядывая десятидолларовый банкнот.

— Это половина денег, которые у меня есть, возьми их и иди.

— Я не беру денег, — говорит Кармен. — Вы будете есть?

— Нет, — отвечает Флоренс, — я хочу узнать номер телефона.

— Я не дам, — говорит Кармен.

Она оставляет Флоренс в комнате с большой розовой кроватью.

Флоренс распаковывает те немногие вещи, которые у нее при себе, достает пепельницу из «Ритца», авторучки и губки для ванной, которые приносили в номер каждое утро как подарки. Эти маленькие вещи из «Ритца» сделают эту комнату более надежной, и «своей».

Она садится на кровать, вытянув ноги. Ей следует позвонить Бену и все объяснить, нужно занять где-то денег на жизнь, нужно… Она откидывается на подушку, чтобы немного подумать с закрытыми глазами и, если верить бронзовым часам, просыпается часа через четыре.

Она спускает ноги с кровати, встает и идет в ванную комнату. Затем спускается на первый этаж этого мрачного незнакомого дома. Судя по размерам и обстановке холла, она делает вывод, что миссис Рассел богата, средних лет, республиканка — по всем стенам развешаны фотографии Эйзенхауэра, Никсона и Рейгана. В столовой четырнадцать стульев. В центре обеденного стола — пара глиняных дерущихся петухов, венгерская керамика с ручной росписью: явно подарок. «Расписные петухи — это не то, что передают по наследству», — думает Флоренс. Джекоб сразу же сделал бы вывод, что ее незнакомая хозяйка — парвеню. В комнате полутьма, где-то должен быть выключатель, но она никак не может его найти. И везде, в каждом окне — гигантские кремовые пластмассовые кондиционеры, в два раза больше тех, которые у нее дома. Шторы в цветочек, бархатные шторы, шторы в полоску.

Наверху она пытается открыть дверь в спальню миссис Рассел. Она закрыта.

Наступает вечер; дни в Нью-Йорке короче, чем в Париже. Она свободна, спокойна, в безопасности и не имеет понятия, чем ей заняться вечером.

Она проспала четыре часа и проголодалась. Флоренс спускается вниз на кухню, где Кармен чистит столовое серебро. Она делает непроизвольное движение, желая прикрыть его тряпкой, когда видит Флоренс.

— В холодильнике есть еда? — спрашивает Флоренс.

— Я приготовлю, — говорит Кармен, — прежде чем уйду.

— Вы уйдете? — спрашивает Флоренс.

— Я ухожу домой.

— А когда вы вернетесь? — Она чувствует как за ее спиной до огромных размеров вырастает дом, открытый и незащищенный. Ей хочется, чтобы в доме кто-то был на случай если влезут воры.

— Я вернусь завтра утром в восемь.

— Вы хотите сказать, что ночью я останусь совсем одна? — спрашивает Флоренс.

— Да, — отвечает Кармен. — Так что вам приготовить?

Она защищает холодильник своим телом. Флоренс думает о том, что бы там могло быть.

— Миссис Рассел давно уехала? — спрашивает она.

— Два месяца назад, она уезжает и приезжает.

— А что в холодильнике?

— Много еды. Что вы хотите?

Флоренс пытается сообразить, что может храниться два-три месяца.

— А вы не возражаете, если я сама загляну в холодильник?

Против своей воли, со вздохом, Кармен открывает дверцу холодильника. И Флоренс видит, что это морозильник, набитый белыми коробочками с надписями: «Куры», «Рыба», «Мясо». В углу она видит «Мясо по-мексикански».

— Вот это, — говорит она, доставая холодную белую коробочку.

— Я разогрею в микроволновой печи, — говорит Кармен, — Когда вы будете есть?

— Прямо сейчас, пожалуйста, — отвечает Флоренс.

Кармен приносит Флоренс «Мясо по-мексикански» на серебряной тарелке, которая стоит на серебряном же подносе в самую маленькую из трех гостиных, красную. Флоренс включила телевизор, чтобы посмотреть новости.

— Сегодня днем…

Кармен внезапно выпрямляется и подходит к телефону.

— Это вас, — угрюмо говорит она.

— Но как вы узнали, что звонит телефон?

— Зажегся свет. Миссис Рассел глухая; когда звонит телефон, то зажигается свет.

Это Сильви, которая хочет узнать, свободна ли Флоренс. Прежде чем она соображает, что та имеет в виду, Сильви добавляет:

— Пообедаем вместе.

— Возможно, — отвечает Флоренс.

— Это не ответ. Поедешь со мной и Тьерри.

Флоренс соглашается.

— Сильви, а кто эта миссис Рассел? — спрашивает Флоренс.

— Я расскажу тебе во время обеда.

Флоренс отказывается от «мяса по-мексикански» и относит поднос на кухню. Там стоит Кармен, раскладывает почту по стопам и перевязывает тесьмой.

— Я скоро ухожу, — говорит Кармен.

Флоренс боится оставаться в доме одна, но не подает виду. У нее есть крыша над головой. Она должна помнить об этом, быть благодарной и спокойной.

— Я покажу вам, где ключ, — говорит Кармен и ведет ее к входной двери. Там четыре ключа и две двери. Флоренс сразу и не заметила. Кармен ей подробно объясняет, в какой последовательности закрывать и открывать двери. Тут она замечает маленькую белую коробочку сигнализации.

— А как включить вот это? — спрашивает она.

— Она сломана. Мы не пользуемся, — отвечает Кармен и отдает Флоренс связку ключей с серебряным брелком на цепочке.

— Сколько нужно времени, чтобы открыть все замки? — спрашивает Флоренс.

— Не более пяти минут, — отвечает Кармен.

Когда Кармен уходит, Флоренс поднимается наверх, чтобы принять ванну. Она поднимается и чувствует, как с каждым шагом из нее уходит энергия. Она пускает воду в розовую ванну. Уже раздетая, она опускает ногу в воду и чувствует, что вода чуть теплая…

Направляясь в отель к Сильви, она на цыпочках спускается с лестницы, чтобы не нарушить идеально-неестественный порядок в доме миссис Рассел. Уже вставив ключ в замочную скважину, она вдруг замечает, что мигает лампочка на телефоне в дальнем углу гостиной. Она мчится через гостиную, чтобы успеть снять трубку.

— Да? — Она даже задохнулась.

— Могу я поговорить с миссис Эллис? — Мужской голос невыносимо громкий.

— Ее здесь нет. — Она никогда не думала о себе, как о миссис Эллис.

Она находит на аппарате нужную кнопку, и голос становится тише.

— Могу я оставить ей сообщение?

В мозгах у Флоренс что-то медленно срабатывает.

— Простите, вы сказали Рассел или Эллис? — спрашивает она.

— Миссис Эллис. — Голос вежливый, добрый, предупредительный…

— Пол?

— Флоренс?

— Откуда у тебя этот номер?

Она стоит в темноте, потому что забыла спросить Кармен, где выключатели, но, Господи, как же он нашел ее. Здесь, в этом чужом доме.

— Я позвонил вам домой, и сварливый мужчина посоветовал мне позвонить Сильви Амбелик в отель, что я и сделал, а она уже сообщила мне… Что вы делаете?

Но она ведь не может сказать ему, что ушла из дома. Если она это сделает, он испугается и исчезнет, он не спасет ее, если поймет, как сильно он ей нужен.

— Что я делаю? — повторяет она, чтобы выяснить, что он имеет в виду.

— Сейчас.

— Сейчас я сижу в темном доме на Шестьдесят третьей улице.

— Ну, тогда включите свет.

— Если бы я могла, но я никак не могу найти выключатель.

— Знаете, — говорит он — вы отличаетесь исключительной наивностью, которую я нахожу очень привлекательной. А вы пробовали найти выключатель на лампах?

— На?..

— На лампах обычно бывает выключатель, на маленькой цепочке или на шнурке.

Она и впрямь находит цепочку на лампе рядом с телефоном, и гостиная озаряется светом.