Дверь в декабрь - Кунц Дин Рей - Страница 80

— Вам нужна девочка.

— Нет, — ответил Ахландер, его глаза блеснули, лицо в смеси цветов и тени стало еще более ястребиным. — Мы хотим, чтобы она умерла.

— И быстро, — добавил Бут.

— Вы предлагали Россу Мондейлу такую же сумму? Уэкслершу и Мануэльо? — спросил Дэн.

— Господи, нет! — ответил Бут. — Но теперь только вы знаете, где найти Мелани Маккэффри.

— Единственный во всем городе, — поддакнул Ахландер.

Со своей стороны стола они пристально наблюдали за Дэном.

— Судя по всему, вы даже хуже, чем я думал. — Дэн покачал головой. — Вы считаете, что убийство невинного ребенка, чем бы оно ни обуславливалось, может считаться правильным поступком, добрым деянием?

— Ключевое слово — невинный, — ответил Бут. — Когда вы поймете, что произошло в серой комнате, что убило этих людей…

— Я, возможно, уже знаю, что их убило, — перебил его Дэн. — Мелани, не так ли?

Они молча уставились на детектива, удивленные его проницательностью.

— Я прочитал часть вашей книги, о выходе в астрал. — Дэн смотрел на Ахландера. — Она подтолкнула меня к решению головоломки, и я смог собрать отдельные элементы в целостную картину.

Он-то надеялся, что ошибался, боялся подтверждения своих самых худших подозрений. Но от правды никуда не уйти. Волна холодного отчаяния, такого же реального, как дождь за окнами, окатила его.

— Она убила их всех, — ответил Ахландер. — Пока шесть человек. И убьет остальных, если у нее будет шанс.

— Не шесть, — поправил его Дэн. — Восемь.

Фильм Спилберга закончился. Эрл купил билеты на следующий фильм в этом же мультикомплексе. Они перешли в другой зал, Лаура и Эрл вновь посадили Мелани между собой.

Лаура пристально наблюдала за дочерью во время первого фильма, но ребенок не проявлял желания ни заснуть, ни впасть в более глубокое кататоническое состояние. Глаза Мелани следили за происходящим на экране до самого конца фильма, а однажды уголки рта буквально на мгновение искривились в улыбке. Во время просмотра она не произнесла ни слова, не издала ни звука, только раз или два шевельнулась, устраиваясь поудобнее, но даже минимальное внимание к происходящему в реальном мире говорило об улучшении ее состояния. У Лауры вновь возродилась надежда на выздоровление девочки, хотя она и понимала, что рассчитывать на быстрый прогресс не приходится.

А кроме того, где-то, то ли рядом, то ли нет, находилось Оно.

Лаура посмотрела на часы. Две минуты до начала просмотра.

Эрл оглядывал зрителей, которых собралось в два раза меньше, чем на предыдущий фильм. Все вроде бы пришли посмотреть кино и не вызывали никаких подозрений. И волновался он меньше, чем перед первым фильмом. До того как погас свет и осветился большой экран, только раз проверил, на месте ли пистолет.

Мелани глубже утонула в кресле, выглядела более усталой. Но широко открытыми глазами смотрела на экран, на котором начался показ рекламных роликов новых фильмов, до начала проката которых оставалась неделя-другая.

Лаура вздохнула.

Большая часть второй половины дня прошла тихо и спокойно. Может, теперь все образуется.

— Восемь? — в ужасе переспросил Ахландер. — Вы говорите, что она убила восьмерых?

— Вы знаете насчет Коликникова в Вегасе? — спросил Дэн.

— Да, — кивнул Бут. — Он был шестым.

— Вы знаете насчет Рензевеера и Толбека в Маммоте?

— Когда? — спросил Ахландер. — Когда она до них добралась?

— Прошлой ночью.

Двое мужчин переглянулись, и Дэн буквально почувствовал, как их соединил воедино поток страха.

— Она избавляется от людей в определенном порядке, — пояснил Ахландер, — в соответствии с тем, как много времени они проводили в серой комнате и сколько причинили ей неудобств. Палмер и я бывали там реже, чем любой из остальных.

Дэн с трудом сдержался, чтобы не возразить, что слово «неудобства» он выбрал неправильно, куда больше тут подходило другое слово — боль.

Теперь он понимал, почему они держались так спокойно, когда его провели в библиотеку, почему не сомневались, что у них есть время выпить и не спеша объяснить Дэну, чего от него хотят. Они полагали, что станут жертвами в последнюю очередь, а уверенность в том, что Говард Рензевеер и Шелдон Толбек еще живы, позволяла им только бояться, не впадая в панику.

За огромными французскими окнами серый день сменился короткими сумерками.

В библиотеке тени росли и перемещались, словно превратились в живых существ.

Свет лампы от «Тиффани» становился все ярче по мере того, как день угасал. Многоцветные пятна и полосы в сочетании с тенями уменьшали размеры комнаты, создавали впечатление, что стены надвигаются на стол и людей, собравшихся вокруг него.

— Но если Говард и Шелби мертвы, — заговорил Бут, — тогда мы — следующие, и… она… она может прийти в любой момент.

— В любой момент, — подтвердил Дэн. — Поэтому у нас нет времени на выпивку и подкуп. Я хочу точно знать, что происходило в серой комнате и почему.

— Рассказывать нет времени! — воскликнул Бут. — Вы должны остановить ее! Вы, вероятно, знаете, что мы развивали в девочке способность ВИТ — выхода-из-тела, и она…

— Что-то я знаю, еще больше подозреваю, но пока мало что понимаю, — ответил Дэн. — И я хочу знать все до мельчайших подробностей, прежде чем решу, что делать дальше.

— Мне нужно выпить. — В голосе Бута слышалась дрожь, он поднялся и нетвердым шагом направился к бару, который занимал один из углов библиотеки.

Ахландер плюхнулся на стул, который освободил Бут. Посмотрел на Дэна.

— Я вам все расскажу.

Дэн пододвинул к столу ближайшее кресло.

В баре Бут так нервничал, что уронил на пол пару ледяных кубиков. А когда наливал себе бурбон, горлышко бутылки выбило дробь о край стакана, прежде чем Бут сумел унять дрожь в руках.

Лаура продолжала следить за лицом Мелани.

Девочка все глубже утопала в кресле.

Этот фильм, который шел только десять минут, похоже, не увлекал ее, как картина Спилберга. Пока глаза девочки оставались открытыми, и она вроде бы следила за происходящим на экране, Лауре оставалось только гадать, сколь долго фильм будет занимать девочку.

Палмер Бут мерил библиотеку шагами и пил бурбон, удивляя столь нехарактерной для него потерей самоконтроля.

Альберт Ахландер, втянув голову в узкие плечи, отчего еще больше стал похож на птицу, рассказывал о проекте, который реализовывался в серой комнате.

Дилан Маккэффри, пусть и был доктором психологии, всю сознательную жизнь интересовался различными аспектами оккультизма. Он прочитал несколько первых книг Ахландера, начал с ним переписываться и постепенно особо заинтересовался ВИТ, выходом-из-тела, или так называемым выходом в астрал. Феномен выхода в астрал базировался на теории, согласно которой в каждом человеке соседствуют две сущности: физическое тело из плоти и крови и астральное, или этерическое тело, иногда называемое психогейстом. Другими словами, каждый человек имеет двойную природу, включает в себя двойника, который может функционировать отдельно от физического тела, позволяя человеку находиться одновременно в двух местах. Обычно двойник, астральное тело (Ахландер называл его «тело чувств и ощущений»), пребывал в физическом теле и оживлял его. Но при крайне необычных обстоятельствах (как правило, со смертью) астральное тело покидало физическое.

— Некоторые медиумы утверждают, — продолжал Ахландер, — что могут по собственной воле выйти из физического тела, но весьма вероятно, что они лгут. С другой стороны, есть много историй заслуживающих доверия людей, которым снилось, как во время сна они поднимаются из своих тел. Они рассказывают и о путешествиях в невидимом состоянии, часто в те места, где их близкие умирали или им грозила смертельная опасность. К примеру, десять лет тому назад такое случилось с одной женщиной в Орегоне. Во время сна она поднялась из тела, поплыла над крышами домов в сельскую местность и прибыла на то место, где машина ее брата перевернулась на узкой дороге, по которой редко ездили автомобили. Его зажало в разбитой машине, и он истекал кровью. Она не могла помочь, будучи астральным телом, силы у которого нет, только чувства. В таком состоянии можно только наблюдать. Но она вернулась в спящее тело, позвонила в полицию, сообщила о месте аварии и спасла ему жизнь.