Дверь в декабрь - Кунц Дин Рей - Страница 85

Он мог бы ехать и с меньшей скоростью, но счет шел на секунды. Даже если бы астральное тело девочки и не прикончило Бута и Ахландера за несколько минут, оно вернулось бы в мультикомплекс в Уэствуде гораздо быстрее Дэна. Автомобиль не мог соревноваться в скорости с духом, последний мгновенно перемешался из одного места в другое. А кроме того, у дворецкого могла возникнуть мысль, что Дэн имеет какое-то отношение к происходящему в библиотеке. Он мог позвонить охраннику, тот бы начал закрывать еще открывающиеся ворота, блокируя путь Дэну. И тогда были бы потеряны уже не секунды — минуты.

В тридцати футах от ворот, видя, что они все еще открываются, Дэн убрал ногу с педали газа, чуть придавил на педаль тормоза. Автомобиль чуть повело в сторону, но Дэн легким поворотом руля вернул его на середину дороги. Раздался резкий скрежет. Задний бампер чуть зацепил одну из створок. Улица пустовала. В визге шин и тормозов Дэн повернул налево и тут же прибавил скорости.

С включенной мигалкой погнал седан на пределе возможностей. На полной скорости прошел несколько слепых и наполовину слепых поворотов, рискуя собственной жизнью и жизнью тех, кто мог ехать навстречу.

Мысли вернулись в прошлое: Дельмар, Кэрри, Синди Лейки…

Этот список не должен пополниться!

Мелани была убийцей, да, но она не заслуживала смерти за содеянное. Она была не в своем уме, когда убивала их. А кроме того, убийство при самозащите зачастую не ставили человеку в вину, а здесь был тот самый случай. Если бы она не убила их, всех до единого, они бы продолжали преследовать ее, если не из мести, то с тем, чтобы продолжить эксперименты.

Если бы она не убила всех десятерых, ее мучения бы продолжались.

Ему требовалось донести до нее эту мысль. И он полагал, что знает, как это сделать.

«Господи, пожалуйста, позволь моему плану сработать».

Уэствуд находился неподалеку. С включенной мигалкой, не думая о собственной безопасности, он мог добраться до мультикомплекса менее чем за пять минут.

Дельмар, Кэрри, Синди Лейки… Мелани…

Нет!

Зрительный зал превратился в большой холодильник.

Лаура вскочила, не представляя себе, что нужно делать, зная только одно: невозможно усидеть на месте, когда Оно приближается.

Температура воздуха падала. Ей показалось, что в зале уже холоднее, чем на кухне ее дома или в номере мотеля, во время прежних визитов Неведомого.

Сзади кто-то вежливо попросил Лауру сесть, головы поворачивались к ней и с половины зрительского зала, которая находилась по другую сторону центрального прохода. Но через какое-то мгновение внимание зрителей переключилось на холод, который внезапно воцарился в зале.

Эрл тоже поднялся, но на этот раз вытащил пистолет из кобуры.

Мелани издала пронзительный, печальный крик, но глаза не открыла.

Лаура схватила ее, тряхнула:

— Крошка, проснись! Проснись!

По залу пронесся шелест голосов. Но зрители реагировали не на Лауру и Мелани, они обсуждали тот факт, что мерзнут. А потом все в ужасе замолчали, потому что огромный экран с громким треском разорвало снизу доверху. Зазубренная линия черноты появилась на проецируемых образах, у фигур на экране корежило лица и тела, поскольку серебристая поверхность, на которой они существовали, начала морщиниться, вздуваться, опадать.

Мелани дернулась в кресле, ударила рукой воздух, раз, другой, третий… Удары доставались и Лауре, которая пыталась разбудить девочку.

Как только экран порвался, заставив замолчать зрителей, обе половины тяжелого занавеса, который его закрывал между сеансами, сорвало с направляющих под потолком. Половины занавеса взлетели в воздух, будто сам дьявол появился в зрительном зале и теперь расправлял свои крылья, такие же, как у летучей мыши. Но тут же они упали на пол грудами материи.

Этого зрители уже не выдержали. В замешательстве, испуганные, повскакивали с мест.

Получив с десяток ударов по рукам и лицу, Лаура сумела схватить Мелани за запястья и держала крепко. Через плечо посмотрела на экран.

Механик еще не остановил показ, поэтому на разорванном экране продолжалась демонстрация фильма. Горели и лампы аварийного освещения. Света вполне хватало для того, чтобы все увидели, что произошло потом. Пустующие кресла первого ряда, привинченные, как и все остальные, к полу, вырвало «с мясом», высоко подняло в воздух и швырнуло в экран. Они прорвали прочный пластик, уничтожая еще нетронутые части экрана.

Люди начали кричать, несколько человек побежали к выходу в глубине зрительного зала.

Кто-то закричал: «Землетрясение!»

Землетрясение не могло объяснить происходящее, и едва ли кто поверил такому объяснению. Но это слово в Калифорнии всегда вызывало панику. А из пола уже вырвало кресла второго ряда. Болты со скрежетом ломали бетон.

Лаура подумала, что какое-то чудовище проникло в зал со стороны экрана и теперь прокладывало путь к ним, круша все на своем пути.

— Уходим отсюда! — прокричал Эрл, хотя он не хуже Лауры понимал, что от Неведомого, пусть они и не знали, кто это или что это, убежать невозможно.

Мелани прекратила сопротивление, обмякла. Так обмякла, что напоминала мертвую.

Механик выключил проекционный аппарат, в зале вспыхнул свет. Все, кроме Лауры, Эрла и Мелани, спешили к дверям в задней части зала, половина зрителей уже успела выскочить в фойе.

С гулко бьющимся сердцем Лаура подняла Мелани на руки, по ряду направилась к проходу. Эрл следовал за ней по пятам.

В воздух уже поднимались кресла четвертого ряда. Они летели в сторону изорванного экрана и с грохотом разбивались. Но больше всего шума создавали двери запасных выходов по обе стороны от экрана. Они с диким треском снова и снова открывались и захлопывались. Пневматические доводчики, призванные обеспечить их плавное закрытие, ничего не могли поделать с той силой, что двигала дверьми.

Лаура видела не двери, а голодные пасти, и знала: если она попытается выйти через одну из этих дверей, то окажется не на автомобильной стоянке, а в чреве невообразимо страшного чудовища. Безумная мысль. Безумная. Но Лаура была на грани паники.

А если бы она не стала свидетельницей полтергейста куда меньших пропорций на кухне своего дома, то, наверное, и не смогла бы сдержать охватывающую ее панику. Что все это значит? Опять Неведомое? И почему Оно так хочет добраться до Мелани?

Дэн знал. Если не все, то что-то точно знал.

Но его знания не имели ровно никакого значения, потому что в этот момент он помочь им не мог. И Лаура сомневалась, что когда-нибудь увидит его вновь.

И пусть она едва не впадала в истерику, а запас эмоциональных сил стремительно подходил к концу, мысль о том, что она никогда больше не увидит Холдейна, безмерно ее опечалила.

Она уже добралась до прохода, когда ноги начали подгибаться под двойным весом Мелани и ужаса. Эрл сунул пистолет в плечевую кобуру и взял девочку из рук Лауры.

Лишь несколько человек оставались у дверей в фойе, толкая в спины тех, кто шел впереди. Двое или трое оглядывались, не в силах оторвать глаз от царящего у экрана хаоса.

Лаура и Эрл успели сделать несколько шагов по направлению к спасительной двери в фойе, когда из пола в первых рядах перестало вырывать кресла. Теперь неведомая сила переключилась на задние ряды. Кресла поднялись в воздух, а потом вповалку, друг на друга, их бросило в проход, создавая баррикаду.

Мелани не разрешали выйти из зала.

Держа девочку на руках, Эрл оглядывался, не зная, куда идти.

Внезапно что-то толкнуло его. Сильно. Отбросило назад. Что-то вырвало Мелани из его рук. Девочка покатилась по проходу, пока не уперлась в боковину одного из еще стоявших на месте кресел.

Крича, Лаура подскочила к дочери, перевернула на спину, приложила руку к шее, нащупала пульс.

— Лаура!

Она вскинула голову, услышав свое имя, и почувствовала ни с чем не сравнимое облегчение, увидев Дэна Холдейна. Он ворвался в зал через заднюю дверь, расталкивая последних, еще не успевших выбежать в фойе зрителей.