Фантомы - Вудс Стюарт - Страница 53

— Слушайте, — сказал он девушке, — можете сами прослушивать проверку.

Из встроенного в компьютер громкоговорителя сначала донесся телефонный гудок, затем звук набора номера, затем еще гудок, потом тишина. И это значило, что компьютер соединился с «Источником» и теперь передает главной ЭВМ цифру бюджета и пароль. На экране перед Эмилио появились слова:

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ИСТОЧНИК.

Аппичелла быстро потянулся к контрольной клавише и нажал на Р. Появился запрос системы. Аппичелла отпечатал:

НОВЫЙ ФАЙЛ

НАЗВАНИЕ НОВОГО ФАЙЛА? — спросил компьютер.

КЭТ

Экран опустел. Аппичелла нажал на клавишу выхода, затем отпечатал:

ПЕРЕДАТЬ КЭТ

Затем последовал краткий потрескивающий шум дисковода, пока файл передавался через американский спутник связи из компьютера Малибу на компьютер в Мериленде, затем Аппичелла вновь нажал на контрольную клавишу Р, возвращая систему в состояние запроса. Он отпечатал:

ВЫХОД

ВЫХОД ЗАВЕРШЕН, — отозвался главный компьютер, — ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ СЕАНСА СВЯЗИ: 25 СЕКУНД, — и экран вновь опустел.

Аппичелла обратился к своему компьютеру:

СТЕРЕТЬ КЭТ

1 ФАЙЛ СТЕРТ, — ответил компьютер.

Дело сделано, и следов не осталось. Это, конечно, неплохо, что он передал краткое изложение плана вторжения на файлы, но вот еще бы узнать, какое оборудование Советы используют для перехватов. Если оно так себе, то они уже знают, что из Малибу осуществлялась международная связь, но ведь это дело обычное. Если же оборудование очень хорошее, то им удастся расшифровать и само послание. Будем надеяться, что оно достаточно безобидное, чтобы из-за этого послания началась паника.

— Ну вот, — сказал он девушке, — все в полном порядке.

— Хорошо, — ответила девушка. — О, мистер Аппичелла, если вам надоест компания Ольги, вы дадите мне знать?

— Дорогая моя, да это же чудесная мысль. Вы можете рассчитывать на это.

Он встал со стула и убрался на рабочем месте. К этому времени солнце уже светило в окна.

— Ну, похоже, погода улучшается. Думаю, надо сходить искупаться. Пошли со мной?

— Как бы я хотела, — ответила девушка, надувая губы.

— Ну тогда в другой день.

Он двинулся из комнаты, затем остановился.

— А скажи-ка мне, дорогая, какой номер входящей сюда компьютерной связи, включая и код страны? Ведь Майоров попросил меня проверить передающий модем и с другого конца.

Она поискала номер, записала его на бумажке и отдала ему.

Он поцеловал ей руку, получил соответствующий ответ, затем покинул здание. Солнце хоть и появлялось нерегулярно, но небо очищалось от туч быстро. Он увидел, что карт Майорова все еще стоит у входа к бассейну. Аппичелла вернулся в коттедж, переоделся в купальный костюм, захватил полотенце и пошел к пляжу. Здесь с полдюжины молодых людей, обитающих в Малибу, загорали или упражнялись в плавании на яликах. Он расстелил полотенце в нескольких ярдах от этой группы и уселся.

— Что там происходит? — окликнул он одного из них, указывая на странную яхту.

— Какая-то яхта потеряла мачты и придрейфовала сюда. Один из парней, которые прибуксировали ее, говорит, что там не то англичанин, не то американец.

— Подумать только! — засмеялся Аппичелла. — И большой экипаж?

— Я думаю, что он один управлял. Должно быть, сумасшедший.

Аппичелла откинулся назад, опираясь на локти и уставился в море, время от времени поглядывая на яхту. У входа к портовому бассейну появился и встал на карауле вооруженный часовой. Наконец Майоров и мужчина, которого звали Джоунс, покинули лодку и на карте поехали вверх на холм. Аппичелла встал и пошел обратно в коттедж. Оттуда ему тоже был виден портовый бассейн. И он уселся там на террасе с чашечкой кофе.

Глава 38

Гельдер по вызову прибыл в кабинет Майорова. Он не знал, чему посвящена встреча, но вот уж видеть Майорова ему никак не хотелось. Это была их первая встреча с тех пор, как они вернулись из Москвы, и Гельдера все еще переполняла холодная злость на этого человека, ставшего причиной страданий Трины Рагулиной. Когда Гельдер появился у кабинета Майорова, как раз прибыли Майоров и Джоунс.

— А, Гельдер, — сказал Майоров. — Заходи, заходи.

Он выглядел очень озабоченным. Прошел в кабинет.

— Садись и извини, я отвлекусь на минутку, нам надо разрешить одну ситуацию. — Он обратился к Джоунсу. — Ну, мистер Минц, что вы думаете?

— Я думаю, мы обязаны немедленно отправить его в Москву для допроса в Центре. Не слишком ли подозрительное совпадение, что к нам именно в этот момент вдруг заглядывает какой-то американец?

Майоров из бумаг, брошенных им на стол, поднял небольшую карточку.

— Возможно, вы и правы. Хотя...

Он посмотрел на наручные часы, казалось, над чем-то размышляя, затем взялся за телефон.

— Дайте мне международную линию.

Глядя на карточку, он набрал серию цифр, затем включил громкоговоритель.

Гельдер услышал помехи, затем гудки вызова; затем ответил женский голос:

— Доброе утро, это «Ли и Ли».

— Доброе утро, — сказал Майоров с более явным британским акцентом. — Могу я поговорить с мистером Ли?

— С каким мистером Ли вы хотели бы поговорить? С Биллом или Уиллом?

Майоров глянул на Джоунса.

— С мистером Уиллом Ли, пожалуйста.

— Извините, но Уилл находится за границей. Здесь его отец; может он вам помочь?

— Нет, это личный разговор. Я его старый приятель, звоню из Лондона. Не подскажете, где я мог бы отыскать Уилла?

— О, одну минуту, я только погляжу расписание его маршрута.

Последовала пауза, заполненная шуршанием бумаг.

— Вот. Значит, если он не выбился из графика, то сейчас он должен идти под парусом, но через три дня он должен быть в Копенгагене. У меня есть номер телефона его отеля там.

Майоров записал номер телефона.

— Спасибо, постараюсь отыскать его там. До свидания.

Он прервал связь и уставился на визитку, вид его был задумчивым.

Гельдера ошеломило имя Уилла Ли, настолько ошеломило, что он не мог говорить.

— Это не доказательство, — сказал Джоунс. — Если он агент, то это просто прикрытие. И я не сомневаюсь, что в копенгагенском отеле даже забронирован для него номер.

— Само собой, — сказал Майоров, — но есть еще кое-что. Когда я работал в Первом управлении, мы там всегда вели досье на американских политиков, особенно на тех, кто мог бы стать президентом. Так вот в шестидесятых годах был один губернатор штата Джорджия, чья кандидатура в списке демократов рассматривалась на место тогдашнего вице-президента, Линдона Джонсона, чтобы выдвинуть их с Джоном Кеннеди в 1964 году. И звали его Уильям Генри Ли, известного как Билли. И этот человек на яхте, очевидно, его сын.

— А я вам говорю, что это все прикрытие, — страстно заговорил Джоунс. — Он выступает под именем реального человека, вот и все. Так же, как это делал Гельдер, выполняя свое задание.

— Прошу прощения, сэр, — сказал Гельдер. — Но я думаю, что я знаю этого человека, Уилла Ли.

— Что? — в замешательстве спросил Майоров.

— Это произошло, когда я был в Стокгольме. Совершенно случайно мы оказались в ресторане за одним столиком.

Майоров потребовал полного отчета о той встрече, и они с Джоунсом с интересом выслушали. Когда Гельдер закончил, первым заговорил Джоунс.

— Слишком много совпадений, чтобы быть правдой, — сказал он. — И мы не можем позволить этому человеку покинуть Малибу, разве что отправить его в Москву.

— Нет, — сказал Майоров. — Неужели вы не понимаете, что это наоборот, слишком много совпадений, чтобы не быть неправдой? Чтобы их встреча состоялась запланированно, кому-то должно было быть известно о его, Гельдера, прибытии в Стокгольм. Но даже он сам не знал, что окажется там. Это было непредсказуемо. А если бы и оказалось предсказуемым, и если их встреча не случайна, ему бы ни за что не позволили уехать. Его бы мгновенно арестовали.