Фантомы - Вудс Стюарт - Страница 56

— А как далеко до Копенгагена? — спросил Юрий. Он выглядел так, словно собирался в путешествие.

— Если не буду останавливаться, то с хорошим ветром под парусом доберусь примерно за два с половиной дня.

Юрий настороженно поглядел на него.

— Гм, Уилл... у тебя нет журналов?

— Ну конечно, Юрий, есть. Давай-ка посмотрим, что у нас тут есть.

Непродолжительные поиски привели к «Нью-Йоркеру» и «Тайму».

Юрий выглядел разочарованным.

— Гм, Уилл... а может, есть «Плейбой»?

Уилл подумал, что может, и есть. Обыск спального места бывшего члена экипажа финна Ларса привел к обнаружению одного потрепанного экземпляра «Плейбоя», еще более потрепанного шведского журнала для женщин, ну а самой волнующей находкой оказался британский автомобильный журнал.

— Большое спасибо, Уилл, здорово, — сказал Юрий, засовывая журналы под спецовку.

Уилл облазил лодку в поисках чего-нибудь еще, годного в подарок рабочей команде, и нашел немного жевательной резинки, несколько шариковых авторучек и бутылку виски «Джек Дениел». Все было принято с благодарностью.

— Может, с ребятами выпьете кофе, Юрий? — спросил Ли.

— Нет, спасибо. Вам пора. У меня приказ отправить лодку, как только будет готова. Но сначала вам надо расписаться за мачту.

— Расписаться?

Юрий сделал движение, словно пишет. Он хотел, чтобы Ли расписался за полученное оборудование.

— Ну хорошо, Юрий, а где я должен расписаться?

— В конторе.

Ли и четверо этих мужчин покинули лодку и направились обратно в ангар, к небольшому кабинету в конце его. Там Юрий на русском языке составил краткую опись выданного оборудования. Ли подписал этот документ, а затем дал Юрию свою визитную карточку.

— Скажешь своему боссу, чтобы счет мне прислали сюда, о'кей?

Юрий широко улыбнулся, демонстрируя ряд золотых зубов.

— О'кей, — сказал он. — А теперь я пойду на небольшой лодке, а вы за мной.

Он, пошатываясь, вышел на причал. Ли забрался обратно на яхту, включил двигатель и выбрал швартовы. Когда Ли отваливал от причала, он увидел, как на своем карте для гольфа подъехал Майоров, остановился и стал наблюдать за отходом. Ли помахал рукой и прокричал слова благодарности; Майоров тоже помахал в ответ. Ли был счастлив, что все наконец закончилось. С идущим впереди Юрием яхта проделала путь до входа в залив, а затем, когда начались волны, Юрий повернул обратно.

Уилл взял курс строго на запад, чтобы по возможности быстрее оказаться в шведских водах. Там ему придется изменить курс на юго-запад, к Дании. Пока была видна земля, он сам управлял лодкой. Когда же позади него огни Лиепаи скрылись в полумраке северной ночи, он включил автопилот и спустился вниз сделать себе кофе. В течение последних двадцати четырех часов поспать удалось совсем мало, так что кофе был ему необходим. Облегчение, накатившее на него после того, как он покинул Латвию, подействовало усыпляюще, и ему пришлось бороться со сном, пока закипал чайник. Когда тот закипел, он выглянул из рубки над люком и быстро оглядел горизонт, затем приготовил чашку кофе и присел у столика для карт.

Он прикончил кофе, но продолжал сидеть, злясь на себя и клюя носом. Раздавшийся затем необычный негромкий звук впереди заставил его открыть глаза. Он вновь их прикрыл ненадолго и тут же широко раскрыл, глядя в противоположный конец каюты. Там стоял человек, которого он никогда не видел раньше.

Ни один из мужчин с минуту не говорил, один от потрясения, другой — неизвестно почему.

— Добрый вечер, — сказал незнакомец по-английски с акцентом. — Меня зовут Эмилио Аппичелла.

Ли по-прежнему пребывал в оцепенении и молчал.

— Вы англичанин? — спросил этот человек.

— Американец, — наконец смог вымолвить Ли.

— Хорошо, очень хорошо, — отозвался этот мужчина. — А я итальянец. И я шпион вашей страны.

— Вы что?

— Я — шпион американского Центрального Разведывательного Управления, — сказал этот мужчина так, словно о его работе его спросили на вечеринке. — И мне надо попасть в ближайшее посольство США, пожалуйста.

— Постойте-ка минутку, — сказал Ли, приходя в себя. — А как вы оказались на борту этой лодки?

— Я весь день ждал, когда подвернется такая возможность, — сказал Аппичелла. — Я уж думал, что русские не оставят ее без надзора, но наконец, когда вы все вместе ушли в это здание для лодок, мне удалось забраться на борт. — Он указал в сторону форпика. — Там я спрятался под чехлами для парусов.

— Ну хорошо, допустим, но я не могу вас вывезти из этой страны, я... что вы там такое сказали о ЦРУ?

— Я шпионил в этом месте несколько дней на ваше ЦРУ. А теперь вы должны помочь мне добраться до любого американского посольства. Ведь вы же американец.

— А теперь послушайте минутку. Вы хоть представляете, что эти люди сделают со мной, если обнаружат вас на борту этой лодки?

— Да, я представляю, — ответил Аппичелла. — Я знаю слишком много о Майорове, о том человеке, который заправляет в этом месте, знаю такого, что ему бы не понравилось. Я полагаю, что лучше не рассказывать вам об этих вещах, но если они нас поймают, то все равно не поверят, что я вам не рассказал. Так что нам обоим придется слушать вопли друг друга из подвалов Лубянской тюрьмы, вот что я думаю.

Ли, ошарашенный, уставился на итальянца.

— Прекрасно, — смог он наконец выговорить. — И что же нам теперь делать?

— То, что я уже сказал, добираться до какого-нибудь американского посольства, — сказал Аппичелла, словно разговаривая с ребенком. — Но боюсь, я не имею представления о том, где мы точно находимся. А вы?

Ли подозвал его к столику для карт.

— Вот здесь, — сказал он. — Мы покинули Лиепаю, и уже около часа идем строго на запад.

— М-м-м-м, — промычал Аппичелла. — Я думаю, мы должны идти в Стокгольм. Похоже, он ближе, чем Копенгаген. А куда вы направлялись?

— В Копенгаген, и продолжаю направляться, но полагаю, мне хотелось бы избавиться от вас как можно скорее. Вам хочется в Стокгольм?

— Если вам не трудно, — сказал Аппичелла. — И послушайте, не могу ли я на минутку выйти на палубу, — сказал он с выражением, словно его вот-вот вытошнит. — Я чуть не задохнулся под чехлами.

— Ну разумеется, — на полном серьезе ответил Ли, — но если вы решили блевать, то ради всего святого, делайте это за леерное заграждение, хорошо?

Аппичелла торопливо, вслед за ним, вскарабкался в кокпит и сделал, как ему было сказано.

— Ну теперь намного лучше, — сказал он, отдуваясь.

Ли быстро огляделся.

— Так, но оставаться здесь надолго вам нельзя, — обеспокоенно проговорил он. — Если за нами наблюдают с другого судна, все должно выглядеть так, словно я здесь один.

Аппичелла кивнула.

— Да, и я полагаю, теперь мне внизу будет удобнее. Не найдется ли у вас стакана молока?

Он по трапу спустился вниз.

За ним Ли.

— Молока у меня не осталось; как насчет апельсинового сока?

Аппичелла кивнул.

— Если больше ничего нет.

— Послушайте, гм... еще раз не скажете, как вас зовут?

— Аппичелла, Эмилио Аппичелла, — ответил он, протягивая руку. — Пожалуйста, зови меня Эмилио.

— А я, Эмилио, Уилл Ли, — сказал Ли, чувствуя нелепость происходящего. — Зови меня Уилл.

— Вот и хорошо, Уилл. Я не знаю, как тебя занесло в Малибу, но я счастлив, что так случилось.

— Надо полагать, счастлив. А как ты назвал это место?

— Малибу, как в Калифорнии. Так его русские называют.

— Давай-ка присядем, Эмилио. — Они оба присели у столика в каюте. — Сколько ты там пробыл?

— Всего лишь несколько дней. Я приехал сделать для Майорова небольшую работенку, которую никто из их людей не может сделать. А когда я ее закончил, они не разрешили мне уехать.

— Так что это за место, колледж или еще что?

— Может быть, я всего не знаю, но думаю, тебе лучше не знать об этом, ведь я не знаю, заслуживаешь ли ты доверия ЦРУ. — Аппичелла поднял руки. — Не обижайся, ведь дело же не в тебе лично, ты понимаешь.