Фантомы - Вудс Стюарт - Страница 60

— Шведская противолодочная оборона была чрезвычайно слаба, поэтому с проникновением в их воды больших трудностей не возникало. Их возможности в этом отношении были столь малы, что, я убежден, для нас не будет преград и при самом лучшем развитии их техники, и я оказался прав. Мой план и начался и закончился провокацией. Осенью 1981 года я приказал подлодке класса «Виски» сесть на мель у базы Карлскрона. Возникшая в результате суматоха полностью соответствовала моему ожиданию. Шведское общественное мнение повернулось против Советского Союза, парламент занялся расследованием данного инцидента, а их премьер-министр, в свое время весьма спокойно относившийся к нам, оказался в полнейшем замешательстве. И это было прекрасно.

— Я не понимаю, сэр, — сказал Гельдер.

— Эта провокация была необходима для создания атмосферы антагонизма между двумя нашими странами, — ответил Майоров. — И все это время я усиливал этот антагонизм. Ведь он давал нам право на оборону от них. — Он хмыкнул сам себе. — Все оказалось даже лучше, чем я предполагал. После так называемого инцидента «Виски» на скалах" мы увеличили проникновение в их воды; мы направляли команды в мини-подлодках; мы высадили на их берег подразделения СПЕЦНАЗ, чтобы они уже несколько недель прожили в стране до настоящего времени и установили местонахождение арсеналов и военных баз, все улучшая и улучшая разведывательные данные; вооруженные планами обороны Швеции, которые нам предоставил Тюлень, наш человек в их правительстве, мы заминировали береговые огневые точки и гавани военных кораблей, а поскольку наши мины сделаны из такого материала, который чрезвычайно трудно засечь с помощью аппаратуры, их не обнаружили. Так же, как и тот буй, который вы разместили около Стокгольма.

Они подошли к воротам, миновали их, затем вошли в гавань подлодок. Майоров остановился у стоянки субмарины класса «Виски», на палубе которой был выстроен экипаж с офицерами.

— После прошлой вашей миссии настроение шведов граничит с истерикой, и теперь, в большей части благодаря вам с Соколовой, они созрели для финальной и решающей провокации.

Гельдер широко раскрыл глаза.

— Совершенно верно, Гельдер, — улыбнулся Майоров. — Это и будет вашим заданием. Когда вы посадите лодку на мель в Стокгольмском архипелаге, тем самым вы приведете в бешеную активность военно-морские силы в этом регионе; и внимание всех шведов будет приковано лишь к одному крошечному островку недалеко от Стокгольма. — Майоров помолчал для пущего эффекта. — А потом, — сказал он, — мы направим спасательную партию — такую спасательную партию, которую они никогда не забудут.

Майоров взошел на борт подлодки и, проигнорировав экипаж, взобрался на боевую рубку и спустился через главный вход.

Гельдер следовал за ним, не отставая ни на шаг. Они подошли к столику для карт на штурманском посту.

— Вот здесь, — Майоров указал пальцем на крошечный островок Хоггарн, который Гельдер проходил в предыдущий раз. — Здесь ты посадишь ее на мель, как я уже говорил ранее. Юго-западный берег острова песчаный, так что вы легко управитесь. Нам бы не хотелось, чтобы потом ее сняло течением. Нужно, чтобы вас нашли соответствующим образом, ведь прошлый раз нам пришлось ждать, чтобы какой-то местный рыбак позвонил в полицию; и тогда вы будете быстро окружены всеми подходящими судами, находящимися в том районе.

Майоров повернулся к нему лицом.

— А теперь слушай меня внимательно. Ни в коем случае нельзя позволить ни одному шведу подняться на борт этого судна, и с самого начала переговоров дать им это ясно понять. С момента прибытия первых же шведских военно-морских сил все время держать в готовности палубное вооружение и орудие боевой рубки. При любой попытке подняться на борт, открыть огонь по вторгающимся, это ясно?

— Да, сэр, совершенно ясно, — ответил Гельдер, — но вы понимаете, что я не могу бесконечно держать оборону посаженной на мель подлодки.

— Я понимаю это, но ожидаю, что вы будете сражаться какое-то время, прежде чем сдаться.

— Сдаться? — Гельдер был шокирован.

— Но ты же сам сказал, что не можешь бесконечно оборонять подлодку, а я бы не хотел, чтобы вы все погибли. Но не беспокойтесь, под шведским арестом вы будете не долго; когда мы получим сигнал, что они открыли по вам огонь, можете быть уверены, что мы выдвинемся очень быстро.

— Я понял, сэр.

— Хорошо, — Майоров достал из внутреннего кармана конверт и вскрыл его. — Здесь три кодовых слова, — сказал он, показывая бумагу. — КИТ — вы отправите его, когда успешно сядете на мель; ЛИСА — когда на сцене появятся шведские вооруженные силы; МЕДВЕДЬ — когда по вам откроют огонь. Все расписано в этом приказе.

— Я понял, сэр.

— А вот еще три закодированные инструкции, которые вы, может, получите, а может, и нет, но которые вам не надо отправлять. — Он извлек из кармана небольшую карточку, на которой были написаны три группы по пять цифр. — Смотри сюда, — сказал Майоров, переходя в отсек связи. — Здесь установлено специальное оборудование, только для вашей подлодки. Оно принимает такие вот пятицифровые группы. Если получите вот эту группу, — он указал на карточке группу 10101, — вы тут же открываете огонь по шведам из палубного вооружения, по какой-нибудь значительной цели, по вашему выбору. Понятно?

— Да, сэр.

— А если вы получите эту группу, — он указал на карточке группу 10201, — то немедленно сдаете субмарину шведам. А если получите эту группу, 10301, то прикажешь оператору передавать гидросигнал вот на этой частоте, — он достал другую карточку. — Понятно?

— Не совсем, сэр. Для чего нужен этот гидросигнал?

Майоров подвел его обратно к столику для карт и показал:

— Вот точка, где в прошлое задание ты установил буй.

— Да, сэр, это именно та точка.

Гельдер проследил за пальцем Майорова, проводящим прямую линию до острова, где он должен посадить лодку на мель.

— Как видишь, ты будешь в пределах непосредственной передачи гидросигнала на буй. В своем нынешнем положении буй находится глубоко в проливе, и он недоступен для радиопередач, только для гидро и только на этой особой частоте. Когда он примет сонарный сигнал, он освободит свою верхнюю часть, которая всплывет на поверхность, связанная с базой кабелем. Плавающая на поверхности часть буя будет служить антенной, получающей передачи со спутника.

— Принимать передачи, сэр? — Гельдер-то полагал, что этот буй будет вещать, а не принимать.

Казалось, что Майоров на мгновение растерялся.

— Извини, я хотел сказать передавать, а не принимать. Передавать на наш спутник, который передаст соответствующие данные продвигающимся войскам. Прогуляйся со мной еще разок, Гельдер.

Майоров забрался в боевую рубку и с помощью гандшпуга открыл стяжные болты водонепроницаемого ящичка, привинченного к стальной переборке. Внутри находилось такое же оборудование, что и в каморке связи.

— Здесь ты видишь еще один приемник пятицифровых групп, чтобы ты знал, на тот случай, если будешь внизу или в боевой рубке в момент отправки сигналов. — Он вернул крышку на место и закрепил ее. — А теперь я хотел бы, чтобы ты повторил только что полученные инструкции.

Гельдер перечислил пункты инструкции. КИТ — на мели; ЛИСА — контакт со шведскими силами; МЕДВЕДЬ — огонь открыт. Сигнал 10101 на особом устройстве — приказ открыть огонь по шведам; сигнал 10201 — приказ сдать подлодку шведам; сигнал 10301 — приказ передать гидросигнал к активизации навигационного буя.

— Прекрасно, — сказал Майоров, похлопывая его по плечу. — Ну а теперь мы познакомим тебя с твоим экипажем.

Майоров начал выбираться из боевой рубки, и тут появился Джоунс.

— Полковник, — сказал творец легенд, отдуваясь. — Мне очень жаль, что я прерываю ваш инструктаж, но исчез Аппичелла.

Майоров нахмурил брови.

— Исчез? Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, сэр, что, очевидно, он исчез с базы.

— Это невозможно, — жестко сказал Майоров. — Ни один человек не может покинуть ее.