Гиблое место - Кунц Дин Рей - Страница 69

Занятные-то они занятные, но Бобби сейчас больше занимал вопрос, над которым раньше он как-то не задумывался: отчего в небольшом штате агентства "Дакота и Дакота" столько азиатов? Кроме Ли Чена и Хэла, еще два вьетнамца – Нгуен Туан Фу и Жами Куанг. Из одиннадцати – четверо азиаты. У Бобби и мысли не было, что Ли, Хэл, Нгуен и Жами – какая-то отдельная группа. Они же все разные, вот как яблоки, груши, апельсины и персики. Но теперь ему стало ясно, что за этой готовностью принять на работу сотрудника азиатского происхождения скрывается не только такое дивное качество, как отсутствие расовых предрассудков, но и что-то еще. Бобби еще не разобрал, что именно.

– А загадочнее фильмов о Годзилле и Мосуре вообще не найти, – продолжал Хэл. – Бобби, а Клинт уже отправился домой к Фелине. Вот везучий, нам бы так.

– Ли еще не рассказал про мистера Синесветика, – напомнила Джулия.

– Золта, – уточнил Бобби.

Ли указал на пачку бумаг, содержащих данные, выбранные из полицейских архивов всей страны.

– Большинство управлений полиции начали по-настоящему пользоваться компьютерами и создали единую сеть лишь девять лет назад. Поэтому в файлах, до которых удалось добраться, имеется информация только за последние девять лет. За это время в девяти штатах отмечено семьдесят восемь зверских убийств, которые, по всей вероятности, совершил один человек. Повторяю: по всей вероятности. В прошлом году этими преступлениями заинтересовалось ФБР. Для координации работы следователей из местных органов и управлений штатов была создана группа из трех человек. Двое собирают информацию на местах, один обобщает.

– Три человека? – хмыкнул Хэл. – Не похоже, чтобы этим убийствам придавали такое уж большое значение.

– Сотрудники ФБР вынуждены браться за несколько дел сразу, – объяснила Джулия. – Последние лет тридцать им приходится несладко: судьи взяли моду сажать преступников только на короткие сроки, и сейчас на свободе разгуливает столько уголовников, что у ФБР на всех и сотрудников не хватит. Так что три человека, которые постоянно занимаются одним делом, – это по нынешним временам уже много.

Ли вынул из пачки бумаг одну и выделил из того, что в ней содержалось, самое главное.

– Кое в чем эти убийства очень похожи. Во-первых, на телах всех жертв обнаружены следы зубов. Чаще всего на горле, но иной раз убийца не обходит вниманием и другие части тела. Во-вторых, у многих замечены увечья, травмы головы. И все-таки главная причина смерти не они, а потеря крови в результате укусов – чаще всего в области яремной вены и сонной артерии.

– Так он еще и вампир в придачу? – спросил Хэл. Джулия отнеслась к его вопросу вполне серьезно.

В этом кошмарном деле нельзя отбрасывать ни одно, даже самое бредовое предположение.

– Может, и вампир, но только не в том смысле, что он-де выходец с того света. Судя по тому, что нам известно о Поллардах, все они почему-то наделены невероятными способностями. Знаешь фокусника, который выступает по телевизору, Рэнди Чудодея? Он как-то вызвался заплатить сто тысяч всякому, кто сумеет доказать, что обладает редкостными психическими возможностями. Так вот, если бы Полларды приняли его вызов, плакали бы его денежки. Тут никакой мистики. Они вовсе не демоны, не дети сатаны, не одержимые бесами.

– Всему виной просто генетические отклонения, – подсказал Бобби.

– Вот-вот. И если у Золта действительно замашки вампира и он кусает свои жертвы, то лишь потому, что страдает психическим заболеванием. Это вовсе не значит, что он какая-то нежить.

Бобби живо представил белобрысого гиганта, который гонялся за ними под проливным дождем по черному пляжу Пуналуу. Здоровый, как паровоз. Если бы Бобби предложили: "Выбирай, кто будет твоим противником – Золт Поллард или граф Дракула", он предпочел бы сиятельного упыря. Попробуй-ка справься с братцем Фрэнка такими немудреными средствами, как крест, чеснок или осиновый кол, воткнутый в надлежащее место.

– Есть еще одно совпадение, – продолжал Ли. – В целом ряде случаев двери и окна домов, где жили жертвы, были заперты изнутри. Как убийца ухитрился проникнуть в дом, как выбрался из дома – непонятно. Не иначе вылезал через каминную трубу.

– Семьдесят восемь случаев. – Джулия поежилась. Ли бросил бумаги на стол.

– Может, и больше. Гораздо больше. Иногда этот тип старался замести следы и, чтобы полиция не обнаружила укусы, наносил все новые увечья. Бывало, даже сжигал тела. Так что семьдесят восемь случаев – это считая только те, когда полиции удавалось разгадать его хитрость. Вот я и говорю: семьдесят восемь случаев – наверняка лишь часть его преступлений, и то за последние девять лет.

– Отличная работа, Ли, – сказала Джулия. И Бобби похвалил сотрудника.

– Я еще не закончил, – возразил Ли. – Вот только закажу по телефону пиццу – и опять за дело.

– Да будет тебе. Ты уже десять часов работаешь не разгибаясь, – посочувствовал Бобби. – Отдохнул бы.

– Если бы ты, как я, верил, что время – категория субъективная, у тебя в запасе была бы целая вечность. Вот вернусь домой и представлю, что несколько часов – все равно что две недели, а завтра приду на работу как огурчик.

Хэл Яматака покачал головой и вздохнул.

– Да уж. Ли, что касается всякой восточной мистики на постном масле, тут тебе и карты в руки. Ли загадочно улыбнулся.

– Спасибо за комплимент.

Бобби и Джулия отправились домой укладывать вещи – завтра им предстоит поездка в Санта-Барбару. Ли вернулся к своим компьютерам, а Хэл остался в кабинете шефа, растянулся на диване, сбросил туфли, положил ноги на журнальный столик и снова раскрыл роман Макдональда "Последний оставшийся". Вчера в больнице он начал перечитывать его уже в третий раз. Если предсказание Бобби сбудется и Фрэнк пропал навсегда, то нынешний вечер пройдет без происшествий и Хэл сможет дочитать до середины.

Может, работа в агентстве приглянулась Хэлу вовсе не потому, что она сулит захватывающие приключения. Может, дело не в том, что ремесло садовника для него чересчур банально, а тут у него имеется хоть и хилый, но все-таки шанс стать героем. Скорее всего он пренебрег наследственной профессией до другой причине: разве смог бы он стричь газоны и кустарники, сажать цветы и в то же время наслаждаться детективным романом?

Дерек сидел в кресле. Он навел пульт на телевизор, и в телевизоре засветилась картинка.

– Хочешь смотреть новости?

– Нет, – сказал Томас. Он лежал на кровати, подперевшись подушками, и смотрел, как за окном чернеет ночь.

– И хорошо. Я тоже не хочу. – Дерек нажал кнопку на пульте. Картинка поменялась. – А викторину смотреть хочешь?

– Нет. – Томас хотел не смотреть, а следить за Бедой.

– И хорошо. – Дерек снова нажал кнопку. Новая картинка. – А хочешь смотреть, как дядьки кривляются, чтобы было смешно?

– Нет.

– А что хочешь смотреть?

– Все равно. Выбирай сам.

– Сам?

– Выбирай сам, – повторил Томас.

– Вот красота, – обрадовался Дерек, и на экране замелькали картинки. Наконец он выбрал одну: кино про космонавтов. Космонавты в космонавтских костюмах бродят по страшной планете. Дерек блаженно вздохнул.

– Это хорошее. Какие у них шапки здоровские.

– Шлемы, – поправил Томас.

– Я тоже такой хочу.

Пускаясь в черную ночь на поиски Беды, Томас на этот раз представил себе не мысленную ниточку, а лучевое ружье, которое стреляет невидимыми лучами. Ух и отлично стреляет! Бах – и Томас возле Беды. А волны от нее сегодня сильные-пресильные. Томас перепугался, нажал кнопку на ружье и вернулся в самого себя, который лежал на кровати.

– У них в шапках телефоны, – догадался Дерек. – Наверно, космонавтам нарочно дают по шапке, чтобы в них говорить.